– Значит, ты решил.
Я киваю.
Он выдыхает через нос, медленно, будто оценивает масштаб будущей катастрофы.
– Тогда слушай, – говорит он. – Если уж ввязываться – делай это с головой. Делай так, чтобы она не испугалась. Чтобы не подумала, что ты предлагаешь из жалости.
– Я предлагаю не из жалости, – отвечаю резко.
– А из чего?
Я молчу. Секунду. Две.
Потом говорю тихо:
– Потому что люблю.
Он смотрит внимательно. Потом коротко кивает.
– Ну… тогда у тебя есть шанс.
Я вдыхаю так, будто, наконец, сделал первый настоящий вдох за сутки.
Ржавый разворачивается к двери, но останавливается, кладет руку на косяк.
– Сергей.
– Да?
Он говорит негромко:
– Ты только не забывай одну вещь. Она может не ответить тебе взаимностью.
И выходит.
Глава 64
Холод от подоконника пробирает через ткань брюк, но мне всё равно.
Я сижу у окна коридора, ноги подтянуты, лоб упирается в стекло.Снаружи – мокрый кампус, редкие желтые листья, ветер безжалостно швыряет их на бетонные плиты.Студенты проходят мимо, смеются, спешат – у всех жизнь идёт, движется, кипит.У меня – словно застыла.
Света появляется почти бесшумно – как всегда. Пальто усыпано мелкими дождевыми точками, волосы убраны в хвост.
– Ты чего тут? – спрашивает тихо, словно в библиотеке. – У нас же пара через пять минут.
– Мне нехорошо, – говорю. И это правда. Точно не ложь.
– Опять голова? – Света хмурится. – Хочешь, я тебе место займу? А конспект потом дам.
– Было бы здорово.
Она кивает, но задерживается ещё на секунду.
– Ты только… не пропадай, ладно? Ты в последнее время будто не здесь.
Я не отвечаю. Только сжимаю пальцы в кулак под длинным рукавом.