Спокойно.
– Мы закрываемся, – повторяю учтиво.
– Да как вы тут с клиентами обращаетесь?
– Не думаю, что я плохо с вами обхожусь, сэр.
– Я требую книгу жалоб, – говорит он, разозлившись.
– Сейчас посмотрим… – размыкаю руки за спиной и встаю поудобнее.
– Не беспокойтесь, – вмешивается Томас, который спешно подошел к столику. Он разгадал мое намерение. – Это за счет заведения. Простите нам нашу неучтивость, больше не повторится. Но нам пора закрываться. Если придет инспекция и увидит, что мы не придерживаемся часов работы, нам не поздоровится.
Мужчина настроен и дальше препираться, но женщина его останавливает:
– Не нужно, дорогой. Пойдем.
Он уступает и дает ей увести себя за руку, испепеляя меня взглядом, а мне до лампочки. Когда парочка скрывается за дверью, я разворачиваюсь и вижу, что Томас стоит подбоченившись и глядит на меня тем же укоризненным взглядом, что и клиент.
– Клянусь, я ему ничего такого не сказал.
Слышу, как открывается дверь.
Прикрываю глаза. Этому типу было мало.
Разворачиваюсь со сжатыми кулаками, но разжимаю их, когда вижу, что в кафе вошел не самодовольный тип, а девушка. Не спутница того идиота. Другая. Покрасивее. Нет, не красавица. Хотя это неважно. Она подходит, слегка смущаясь.
– Наконец-то, – говорит Томас. – Я уж думал, ты не придешь.
Она молчит. Лишь улыбается.
– Ладно. Фернандо, это Аманда. Аманда, Фернандо.
Обмениваемся рукопожатием. Искренним. Сдержанным. Вот она – та, которую мне предстоит терпеть в ближайшие несколько недель. Я думал, она будет совсем молоденькая. Когда Томас сказал, что это дочка подруги его жены, я представил себе двадцатилетнюю, которая ничего не смыслит. Но эта девушка на пару лет младше меня, стало быть, разменяла четвертый десяток.
– Рада знакомству.
– И я.
Все трое молчим. Как-то странно. Хочу что-нибудь сказать, но ничего не приходит в голову. Аманда смотрит в сторону, понимая всю неловкость ситуации. Томас быстро сглаживает неровность.
– Пойдем. Покажем тебе все тут.
Идем за бар, и Томас объясняет ей, как все устроено: кофемашина, кассовый аппарат, посудомойка, соковыжималка. Затем отправляемся на кухню, в маленькую каморку, где провианта ровно столько, чтобы пережить страшный час-пик. Томас заливается соловьем, рассказывая о печке и о жаровне. Видно, что он гордится. В завершение он объясняет ей расстановку столов и предупреждает, что дверной замок иногда не срабатывает и что мы всегда проверяем, хорошо ли закрыли дверь.
Мы оба киваем, соглашаясь с правилами.
– Хорошо. Вот и все, – говорит Томас. – Я оставил ключи на месте. Сегодня закрываете вы, ладно? Если что-то будет непонятно, звоните. Но не по пустякам. Мне не хотелось бы отвлекаться на работу в эти дни.
– Не беспокойся, Томас. У нас все будет под контролем.
Как же я «красноречив» временами.
– Не сомневаюсь, – кивает он, подходя к двери.
– Передавай привет от меня Эвелин.
– От нас, – добавляет Аманда.