– Ага. Значит, идти лучше грязным, а не мокрым. Твое платье постирать?
Пауза. Затем ответ:
– Если можно?
Я стягиваю платье с ширмы и принимаюсь за дело. Мне не стыдно признаться, что я упрощаю себе работу талантом. Дарзо старался вбить мне в голову, чтобы я применял магию только в экстренных случаях или когда выхожу на дело. Но вы когда-нибудь пытались вручную отстирать дорожную одежду? Хорошо еще в комнате есть выжималка, которая уберет лишнюю влагу перед тем, как я развешу все сушиться у огня.
– Еще что-то нужно? – спрашиваю я.
Фаэна высовывает голову из-за ширмы и недоуменно глядит на мою протянутую руку.
– Ты ведь не про задание спрашиваешь, да? А про одежду?
Раздраженный, я отвечаю:
– Я не дурак и не вчера родился. Мне понятно, почему ты так долго там возишься. У тебя эти дни. Отдавать мне окровавленное исподнее я не прошу. Но кроме него у тебя же еще что-то есть? Чулки, сорочки, второе платье? Я все равно стираю. Так тебе помочь или нет?
Вид у нее расстроенный.
– Ой, конечно, конечно. Я просто… – Она прячется и через несколько секунд перекидывает через ширму еще одежду. – Дело не в этом. То есть не только в этом. Перед тем как ты появился, тот… человек… грубо толкнул меня в стену, и у меня теперь синяк на всю грудь. И царапины.
Мне становится понятно, почему по дороге сюда Фаэна несколько раз морщилась, прикладывала руку к груди, а когда я замечал, смущалась.
– Почему ты не продумываешь, что будешь делать дальше? – спрашивает она.
– Каким-нибудь вещам нужна холодная стирка?
– Что? Какая? – недоумевает она.
– В холодной воде. И я уже все продумываю. Так это и выглядит. Я думаю, пока руки заняты. А теперь расскажи мне о тех магах, – отвечаю я.
Фаэна рассказывает о каждом из троицы, затем велит мне взять досье из папки, которую она забрала у девушки внизу. В досье прорва подробностей: имена, места, приближенные слуги, любимые увеселительные места, любимая еда, предпочтения в постели, любовницы. Все свежее, есть даже сведения о том, где они ужинали прошлым вечером.
Я прочел только половину, но уже вижу, что шпионы поработали хорошо и собрали самые нужные для задания сведения. Мамочка К ничего не делает спустя рукава.
Но сведений все-таки слишком много, и бóльшая часть из них впоследствии окажется мне не нужна, поэтому я вернулся к этому месту и все вычеркнул, чтобы не утомлять вас скучными подробностями.
Кстати, давайте-ка быстро установим одно правило. Если я когда-нибудь совершу что-нибудь, что покажется вам опрометчивым или даже глупым, вы просто имейте в виду, что у меня, скорее всего, были очень веские причины поступить так, как я поступил… или поступаю? Или собираюсь поступить? Как же сложно с этими временами глаголов.
Короче – если я делаю что-то похожее на глупость, считайте, что я забыл упомянуть некие очень важные подробности, которые бы объяснили, почему мне нужно так поступить.
~– Перед этим ты хотел сказать «так, как я поступил», потому что для будущих слушателей твои нынешние действия будут уже свершившимся фактом, независимо от того…~
«Хорошо. Огромное спасибо. Вернись и поправь за меня все сам, раз такой умный».
Вот почему я знаю, что в ка'кари заключена огромная волшебная сила – несмотря на то что у него нет легких и он молчит, я все же отчетливо слышу его вздох.
– Можно кое-что спросить? – произносит Фаэна, когда я развешиваю последние постиранные вещи.
Я молча перевожу взгляд на нее.
– Ты так и не попросил меня доказать, что я работаю на… ту, на кого работаю, – говорит она.
– Ага, – отвечаю я. Наверное, я кажусь таким же немногословным, как Дарзо, но на самом деле я просто не знаю, что еще сказать.
– А собирался? – спрашивает она.
– Ну вот, ты все испортила. Я-то хотел дождаться, когда ты ляжешь спать, а потом запрыгнуть на кровать, приставить тебе к глазу стрелу поострее и с ором допросить. Чтобы правильно начать наше сотрудничество, сама понимаешь.