По корпусу, этаж за этажом, начали проявляться следы былых сражений: ожоги от плазменного оружия, разрывы на броне, замятые переборки. Некоторые фрагменты и вовсе исчезали — как будто были выжжены даже из памяти.
Следом вспыхнула вторая волна сигнальных огней — тестирование корпуса: этаж за этажом, секция за секцией.
— жёлтый: в процессе проверки,
— зелёный: пригоден для жизни,
— красный: разрушен, отрезан, опасен.
Красного было много.
Очень много.
Некоторые отсеки не реагировали вовсе. Другие сигнализировали об утечках, разгерметизации, остаточном излучении. Целые инженерные блоки, шлюзовые тоннели, ангары — всё оказалось мёртвым, выжженным, непригодным.
Но даже в этом изломанном виде корабль жил.
Он пульсировал огнями, сбрасывал избыточное давление, продувал воздуховоды, запускал резервные цепи.
Он собирался продолжать свою миссию.
Даже наполовину мёртвый, он готовился стать щитом для тех, кто всё ещё спал в его чреве.
Он был построен, чтобы защищать.
И он будет защищать.
Внутренние системы ожили. Потоки данных хлынули по инфо — проводам, как кровь по венам. Один за другим включались модули сканирования, анализаторы, ядра жизнеобеспечения и медподдержки.
Корабль переходил ко второму этапу — к тем, ради кого он существовал.
На основном экране вспыхнула схема креосектора: разветвлённая, уводящая вглубь корпуса сотни криогенных капсул.
Каждая — чья-то судьба. Сны и страхи. Молчаливая просьба о втором шансе.
Пошёл сбор данных. Цифры стекались в таблицу — графики, сигналы, показатели.
Капсул на борту: 980
Активировано: 573
Жизненные признаки зафиксированы: 83
Остальные — тишина. Ни пульса. Ни мыслей. Ни шанса.
Корпус тихо скрипнул — металл реагировал на движение внутренней массы. Сканеры вновь прошлись по секторам, в поиске любого шанса.
Дополнительная проверка:
70 из 83 выживших — в разгерметизированном отсеке.
Капсулы уцелели, но вокруг — вакуум. Ни тепла. Ни кислорода.
Лишь 13 капсул находились в секторе максимальной безопасности. Давление, питание, теплообмен — всё в норме.
Теоретически, их можно было пробудить относительно безопасно.
На главном мониторе загорелись тринадцать ячеек — мягкий голубой свет, как островки надежды среди хаоса.