Верзила испуганно вскинул руки вверх и, заикаясь, спросил:
– К-какие деньги?
– Две тысячи триста семьдесят два рубля шестнадцать копеек!
– Таких денег у меня отродясь не было! – с притворным огорчением вздохнул громила.
Случайный прохожий увидел, что в подворотне грабят, и пустился наутек от греха подальше.
Мячиков пошарил по чужим карманам и обнаружил только рубль.
– Где остальные деньги?
– Не знаю, о чем говорите, товарищ грабитель!
– Я тебе не грабитель, я следователь! – И Мячиков предъявил служебное удостоверение.
Утро только начиналось, до девяти часов, когда открывалась прокуратура, была еще уйма времени. Вести верзилу домой Мячикову не хотелось. Сначала они погуляли по городу, посидели в сквере, потом зашли в кафе, и Мячиков за свои деньги накормил верзилу завтраком. Ел верзила много и с аппетитом.
– Вижу вас в первый раз! – говорил верзила, выдирая сосиску из целлофана.
– Во второй! – не соглашался Мячиков.
– Первый!
– Второй!
Так продолжалось до девяти часов, когда Мячиков вместе с задержанным предстали перед Федяевым, у которого на этот раз была забинтована щека.
– Федор Федорович! – гордо заявил следователь. – Я нашел преступника!
– Я не преступник! – возразил гигант. – Он на меня клевещет!
– Значит, этот малый и ограбил Суздалеву? – обрадовался прокурор. – Как вы его сцапали, Николай Сергеевич?
– Кого я ограбил? – искренне изумился верзила. – Какую еще Суздалеву?
– Федор Федорович, – поспешно заговорил Мячиков, – тут все не так просто. Сейчас вы поймете. Суздалеву он действительно не грабил. Он ограбил меня. Он отнял у меня мешок с деньгами. Только не этот, а другой. Этот мешок набит бумагой. – И Мячиков сначала показал прокурору инкассаторский мешок, который все еще таскал с собой, а потом вытряхнул из него на стол мятую бумагу.
Федяев поглядел на бумагу, затем перевел настороженный взгляд на Николая Сергеевича и робко переспросил:
– Как это – у вас отнял? И не этот мешок, а какой? Что-то я не понимаю…
– Этот с бумагой, а тот был с деньгами! – терпеливо пояснил Мячиков.
– А как он к вам попал? – спросил Федяев.
– Очень просто! – наивно продолжал Николай Сергеевич. – Я уверен, что вы уже почти все поняли. Дело в том, что инкассатора ограбил я!
– Он ограбил, а меня таскают! – встрепенулся верзила.
– Как это вы ограбили? – растерялся прокурор. – В своем ли вы уме, Николай Сергеевич? Что за чушь вы несете!
– А грабить, как я убедился на собственном опыте, очень легко! – гнул свою прямую линию Мячиков. – Суздалева выходила из булочной, я вырвал у нее мешок и побежал. В меня стреляли, но не попали, за мной гнались на автомобиле, но догнать не смогли!
– На него это похоже! – неожиданно вставил верзила. – Он и на меня с пистолетом лез!
– Я хотел отнять у него деньги, – не стал отпираться Мячиков, – которые он отнял у меня!