– Единственный способ испвавить повожение – это ваз и навсегда вазделаться со втовосовтными животными. Напъимер, в Авгентине и Авствалии…
Миссис Бикертон растерянно смотрела по сторонам. В конце концов положение спас мистер Аркрайт. Пора было начинать карнавальное шествие. Из-за горы наползали новые тучи цвета черного винограда – приближалась еще одна гроза.
Набравшись смелости, он что-то прошептал на ухо леди Вернон-Мюррей. Она кивнула, дернула мужа за фалды и сказала:
– Генри! Время истекло!
– Что, довогая?
– Время истекло!
И бригадир быстро распрощался с публикой, объявив, что надеется встретиться со всеми «в сковом въемени на охоте», и сел на место.
Следующим пунктом программы было вручение ее светлостью серебряного портсигара «всем и каждому, кто вернулся с этой войны». Когда леди Вернон-Мюррей сошла вниз по ступенькам, ее приветствовали громкие одобрительные возгласы. Она протянула подарок бомбардиру – от плетеного кресла метнулась вперед рука, похожая на огромный коготь, и схватила сигаретницу.
– Рр! Рр! – раздался уже знакомый рыхлый хрип.
– Ох, какой ужас, – ахнула миссис Бикертон.
– Дамы и господа, – обратился мистер Аркрайт к толпе через мегафон. – А теперь мы переходим к главному аттракциону сегодняшней программы – показу карнавальных платформ. Представляю вам номер первый… – Тут стряпчий сверился со своей программкой. – Выступают леркенхоупские конюхи, которые выбрали себе тему… «Сражение при Омдурмане»![51]
Показалась упряжка белогрудых шайров[52], которые везли воз с сеном, а на возу была представлена живая картина: лорд Китченер в окружении пальм в горшках и полудюжины деревенских пареньков. Одни были подпоясаны леопардовыми шкурами, кто-то вместо шкуры обошелся подштанниками, но все были с головы до ног вымазаны сажей и размахивали копьями или ассегаями, вопили и били в тамтамы.
Зрители тоже завопили, принялись кидать в ряженых бумажные дротики, а ветеран битвы за Роркс-Дрифт стал трясти костылем и, когда телега проехала, прокричал:
– Ну погодите, ниггеры, вот я вам накостыляю!
На повозке номер два прибыли «Робин Гуд и его Весельчаки». Затем – «Владения Империи» с мисс Бессель из Фрогэнда в роли Британии, а четвертая платформа представляла «Труппу работяг-комедиантов».
Ребята запели под аккомпанемент расстроенного пианино; когда они срифмовали слова «немецкий бутерброд» и «задний проход», слушатели погрузились в испуганное и потрясенное молчание, если не считать гогота Реджи Бикертона, который принялся смеяться и не в силах был остановиться. Рози тоже хихикала и прятала лицо под фартуком.
Тем временем Льюис Джонс потихоньку к ней подбирался. Он даже присвистнул, желая привлечь ее внимание, но она смотрела как будто сквозь него и улыбалась.
При появлении предпоследней платформы, изображавшей «Смерть принца Лливелина», группка валлийских националистов дружно запела.
– Довольно, джентльмены! – прокричал мистер Аркрайт. – Довольно, говорю я. Спасибо!
И тут бурные ликующие возгласы заставили всех подняться. Мужчины свистели. Женщины тянули шеи и восторженно ахали:
– Ну не чудо ли она?.. Просто чудо!.. Ах! Поглядите на этих ангелочков!.. Какие сладкие!.. Какие же они миленькие!.. Ой, да это же Сис… Смотрите! Это же наша Сисси… Ах! Ах! Ну какая же она рас-кра-савица!
– Мисс Сисси Пэнтолл из Буков, – продолжал восторженным тоном мистер Аркрайт, – которая соблаговолила почтить нас своим присутствием в роли Мира. Дамы и господа! Я представляю вам… Мир!
Пол и бока платформы были скрыты под текучими, подвижными складками белого ситца. Над ступицами колес свисали лавровые ветви, на всех четырех углах стояли вазы с белыми лилиями.
Хор ангелов расположился вокруг трона, на котором восседала крупная светловолосая девушка в белоснежной тунике. В руках она держала плетеную клетку, внутри которой сидел белый голубь с веерообразным хвостом. Распущенные волосы девушки рассыпались по плечам, а сама она от холода стучала зубами.
Дамы уже поглядывали на полосы дождя, отчетливо видневшиеся над Черной горой, и искали глазами ближайшие зонтики.
– Давай уже пойдем, – сказал Бенджамин.
После короткого совещания с леди Вернон-Мюррей мистер Аркрайт поспешно объявил заранее предрешенный результат: победительницей карнавального конкурса стала мисс Пэнтолл из Буков. После чего ее гордый отец провел свою упряжку коней кругом, чтобы Сисси перешагнула с платформы на помост и получила заслуженную награду.
Не вынеся аплодисментов и приближающихся раскатов грома, голубка мира перепугалась и принялась отчаянно биться крыльями о прутья клетки. Полетели перья, ветер подхватил их, и несколько перышек упали к ногам Рози Файфилд. Нагнувшись, она подобрала два перышка и, разрумяненная, с вызывающей улыбкой встала перед Льюисом Джонсом.
– Ну надо же, и вы здесь! – сказала она. – А у меня для тебя подарок. – И она протянула Льюису одно из голубиных перышек.
– Спасибо большое, – ответил он со смущенной улыбкой.
[51] Сражение, состоявшееся в 1898 году в Судане между англо-египетскими войсками и суданскими повстанцами во время восстания махдистов.
[52] Шайр – британская порода лошадей-тяжеловозов.