— Мне не нравится имя, — задумчиво морщит носик.
— Если проблема только в имени — это не проблема. — Улыбнувшись снова прижимаю её к себе.
— Подожди пару лет своего Мишку, Сокольский новый проект задумал, он теперь будет строительством заниматься. Хочу выкупить его долю в ресторане, ты как?
— Я только за. — Ещё бы я был против, меня совсем не устраивает, что партнер моей жены — высокий голубоглазый блондин. — Только я не хочу ждать два года. Я и так столько пропустил. Первого Машкиного УЗИ так и не видел.
— Зато третье до сих пор в женской консультации с истерикой вспоминают… — Вика тихо смеётся и, привстав на цыпочки, чмокает меня в щёку. — Я хочу, чтобы ты знал. Я очень тобой горжусь.
Мы садимся за стол, и к нам подходит Мария с Маруськой на руках.
Мария в белом брючном костюме, который сшила ей Нина.
Наотрез отказалась от длинных свадебных платьев NinaOrlova, фаты и букетов. И думаю, это к лучшему, потому что невеста из Марии может быть только такая — стильная, уверенная и деловая.
— Вот, забирайте своё сокровище. Она у Ильи бутоньерку из кармана выдернула и сжевала.
— Следить надо лучше за ребёнком, — Нина подлетает ревнивой фурией и забирает Марусю у крестной. Ворчливо продолжает. — У вас с Ильей свадьба, вот и радуйтесь. — Тут же обращается к внучке. — Муся, деточка, открой рот, что за гадость ты съела? Она же грязная!
— Мама, не переживай. Ничего с Мусей не будет. Давай её сюда.
Нина неохотно сажает дочку мне на колени. Маруська резко вскидывает руки и со смехом тянет мой галстук на себя. Я одновременно умиляюсь и пытаюсь выдрать ткань из слюнявых пальчиков. Вот ещё и новая забава появилась.
— Ничего, скоро ходить будет, другие интересы появятся. — Мария с видом знатока скрещивает руки на груди.
Прячу ухмылку, потому что с ходьбой у Орловых, видимо — наследственное. Илья Сергеевич обещал, что первые самостоятельные шаги мы с дочкой будем делать вместе. Но пока я иду на опережение.
— Ба, — Сашка подлетает маленьким ураганом. — Можно я во дворе поиграю?
— Можно, — одновременно отвечают Нина и Мария и тут же смеряют друг друга негодующими взглядами.
Мы с Викой переглядываемся. Наверное, Аглаи у нас не будет. Придётся срочно рожать Нину, иначе это противостояние не закончится никогда.
— Папа… Скорее, Машка!!!
Сашка кричит так, будто сестра схватила нож и носится с ним по квартире.
Хотя с Машки станется… Идеальная беременность, как оказалось, вовсе не гарантия, что у ребёнка будет милый покладистый характер.
Влетаю в детскую, едва не снеся двери, и с облегчением прислоняюсь к косяку. На меня смотрит перемазанная красным маркером мордашка дочки. На красном фоне белоснежные острые зубки выглядели бы угрожающе, если бы не заливистый смех.
— На Хагги посмотри, — обиженно супится сын.
Перевожу взгляд на размалёванную красными полосками белоснежную спину и улыбаюсь.
— Зачем ты позволял ей с собой такое делать, а? — с напускной строгостью спрашиваю у собаки.
Хагги поворачивает ко мне голову, постукивает хвостом. Высунув язык, легко дышит. Наверное, если бы мог, развёл бы в недоумении лапами: «Что с этой мелочью пузатой делать? Пусть развлекается».
Дочка заваливается вперед, опирается на собачью спину и сосредоточенно вздыхает. Напрягается и готовится.
— Вика… — хрипло шепчу. — Иди сюда.
Слышит меня жена или просто чувствует, но тут же тенью становится рядом у плеча. Полотенцем вытирает руки — опять что-то готовила.
— Смотри…
Маруська неуклюже встаёт. На её ладошках клочки собачей шерсти, но это мелочи.