Развод. Горькая правда: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ручка двери нетерпеливо дергается.

— Занято-о-о, — кричит врач. — Подождите, приём идет.

Не смотря на запрет, дверь продолжает сотрясаться. Потом распахивается и Мария, округлив глаза от изумления, издает короткий смешок.

— Сто раз просила замок починить, — возмущается доктор. — Да что же это такое… Мужчина, куда вы лезете на своем транспорте.

Мне не видно, что происходит, и я запрокидываю голову. Увидев, как обдирая коляской краску на дверных косяках в кабинет пролезает Глеб, в ужасе прикрываю глаза.

— Мужчина, подождите! Что вы делаете?

— Хочу присутствовать на УЗИ своего ребёнка. Что такого? — невозмутимо подъезжает и разворачивается так, чтобы видеть экран. — Продолжайте…

Врач делает странное движение шеей и переводит взгляд на меня. Смотрит в напряжённом ожидании.

— Да, это отец, — сиплю, прикладывая руку к горящему лбу. В поисках поддержки ищу взгляд Марии.

— Продолжайте же, — Глеб делает поторапливающий жест рукой.

Мария одними губами шепчет мне: «Я же говорила».

— Наверное, нужно в травматологию переводиться, там не так нервно. — Врач внимательно изучает колёса коляски и переводит взгляд на Глеба. — Как бы то не было, не разрешайте своей… м-м-м… женщине, вешать гардины.

54. Горькая правда

— Делаю вид, что готовлю, но иногда бросаю взгляд на Глеба, который хмуро смотрит какой-то фильм. Уже нет прежней худобы, он так раздался в плечах, что стал мощнее, чем раньше. Ежедневные тренировки дают о себе знать. Я специально не спрашиваю, как у него продвигаются дела с восстановлением.

Во-первых, не хочу выдавать свой интерес. Во-вторых, мне, особо, и некогда. А в-третьих, не знаю, что потом делать с этой информацией. Потому что, рано или поздно, им придётся уехать, а я уже как-то привыкла к тому, что у нас сложился здесь странный, но все-таки симбиоз.

Пока мне удобно, что Глеб с Ниной здесь — кручусь, как могу, стараюсь до родов завершить дела с открытием ресторана.

На экране бегут какие-то бандиты, стреляют друг в друга, красиво падают, поливая все кровью.

— Какой бред, — говорит Глеб и переключает канал. Там идут биржевые сводки, и он хмурится — не любит аналитику или совсем все плохо на финансовых рынках?

— Вика, говори, что случилось. А то лопнешь, — говорит, не поворачиваясь ко мне.

Я молчу. Мысли рассыпаются, тщательно подготовленный план моей речи превращается в труху.

— Вика, давай… — выключает звук и поворачивается ко мне в пол оборота. На экране молча растут и падают графики.

— Эм… Нас развели. — Мне самой не по себе от этой новости.

— На деньги? — его глаза темнеют, смотрит на меня, как тигр, которого дернули за хвост. Немного опешивший, но уже готовый треснуть лапой.

— Нет, просто развели. Теперь мы с тобой, посторонние люди.

— Так, — голос звучит сталью. — Мне так и не дали право на защитное слово?

— А что изменится, Глеб? — Вытирая руки полотенцем, подхожу к нему. — Это же всё, конец.

— Разойдёмся в темноте, так в темноте и останемся, — мрачно потирает лоб. — Как ты будешь новую жизнь в темноте строить, а?

Смотрит на меня с вопросительным ожиданием. И я не знаю, что ответить. Я не знаю, что будет дальше, может быть он прав? И новую жизнь стоит начинать со старой правды?

Сажусь напротив, зажав руки с полотенцем между коленями. Почему-то мне сейчас так страшно и неловко, что кровь отливает от лица. Я, вроде бы, ничего не сделала. Только почему именно мне сейчас плохо?

— Хорошо, рассказывай, — говорю на выдохе. — Только без своих аллегорий, я уже знакома со сказочными персонажами.