Куличина это заинтересовало.
— Что случилось, старина? — спросил он.
— Что, что… Тот недоумок по договору не платит.
— Это ты о ком же?
— О заведующем артелью! — крикнул Даминев.
— Мирхаев, что ли? — допытывался Куличин.
— А кто ж у нас еще заведующий!
— Чего ж ты раньше молчал?
— Толку-то… Он и с министром не посчитается, а с нами и подавно.
— Эх, голова два уха! — засмеялся Куличин. — Вот сейчас дам записочку, беги с ней к Мирхаеву и получишь свои денежки…
Даминев опешил.
— Ты что, издеваешься? Нашел, чем шутить…
Меж тем Куличин набросал несколько слов на лощеной бумаге и вручил ее Даминеву. Тот нерешительно принял ее и, удивленный, спросил:
— Тебе что, родня Мирхаев-то? Сват, брат или приятель?
— Ладно, ты беги, не твоего ума дело, — ответил Куличин.
— Нет, ты объясни! Я знаю, ты разыгрывать мастак. А если шутка твоя скандалом обернется? Шишек не оберешься…
— Ха! Ты слышал, когда я врал кому-либо? Нужны деньги — иди. Нет — сиди, малюй, — рассердился Куличин и принялся за прерванную работу. И на лице его не дрогнул ни один мускул. «Была не была! — подумал Даминев. — Бог не выдаст, черт не съест!»
И выскочил за дверь.
А в Куличине вдруг заговорила совесть. Уж слишком доверчиво отнесся Даминев к записке, по-детски совсем.
— Эх, соли парню на рану насыпал, — вздохнул он вслух. — Обидится смертельно…
А немногим раньше в мастерской случилось вот что.
Даминев потребовал у заведующего артелью оплатить по договору выполненную работу.
— Денег нет! — отрезал Мирхаев.
Ну, и слово за слово — рассорились. Даминев крыл его «твердолобым» и «бюрократом», а тот уперся: нет денег, да и все тут.
В конце концов Даминев, которому позарез были нужны деньги, чтобы выкупить путевку на курорт, пригрозил визитом к министру и обещал рассказать тому, до чего же Мирхаев зловреден. Да так дверью хлопнул, что у Мирхаева икота началась.
Даминев к министру, конечно, не пошел, а вернулся в мастерскую.
…И вот он вновь влетел в кабинет Мирхаева, насторожив того высоко поднятой над головой бумажкой и торжествующим видом своим.
Мирхаев думал.
А Даминев кричал:
— Вот! Попробуйте теперь зажать деньги! И, бросив бумажку на стол заведующего, уселся в кресле.