— Да, всё хорошо, — невольно обернулась, не выйдет ли прямо сейчас Давид. — Пойдём, — поскорее направилась в сторону зала.
Всё оставшееся время Алексей не отходил от меня ни на шаг. Потом мы с папой попрощались с Вельскими, отцом и сыном, и покинули здание ресторана. Сели в машину и поехали домой.
— Ну как тебе Алексей? — повернулся ко мне папа и дёрнул бровями, — Хорош, правда? У его папаши контрольный пакет акций Севернефть и Юггаз.
— И что я должна на это ответить? — под впечатлением от встречи в туалете, мне абсолютно всё равно, кто Алексей и его отец, будь они даже владельцами половины мира, не думаю, чтобы это сыграло хоть какую-то роль в моих чувствах.
— Должна ответить — Да папа, мне понравился Алексей.
— Зачем мне так отвечать?
Понимаю, к чему он клонит, только у него ничего не получится.
— Ну, хотя бы потому, что они сейчас ведут со мной переговоры, — он сделал акцент, показывая значимость того, что уже сказал.
— Переговоры о чём?
— Не о чём, а о ком, — усмехнулся папа, — Ты что, вообще ничего не поняла?
— А что я должна понять? — может, я не на то думаю, пусть уже озвучит.
— То, что они предлагают нам породниться, дурочка.
— Это как? — действительно разыгрываю дурочку.
— Тьфу ты, ты что такая тупая, Соня? Ну, включи фантазию, подумай, что у меня и у тебя есть такого, что могло так сильно заинтересовать Алексея.
— Пап, говори прямо, я не понимаю твоих намёков.
— Ты — Софья! Конечно, ты! — выкрикнул и засмеялся, чуть руль не отпустил, машина вильнула.
— Хочешь нас убить? — я возмущённо схватилась за руль.
— Зачем же, я ещё внуков собираюсь понянчить в самом скором времени.
— Каких ещё внуков, ты о чём?
— Хватит, это уже не смешно, — раздражился, — Мы с Вельскими договариваемся о вашей с Алексеем свадьбе, неужели непонятно.
— Что? О свадьбе?! А меня не забыли спросить?
— Ты же сказала, он тебе понравился.
— Когда я так сказала?
— Только что.
— Ничего я не говорила. И вообще, я не понимаю, почему ты постоянно мной распоряжаешься по своему усмотрению, как будто я вещь. Достаточно было того, что ты меня отдал какому-то зеку, чтобы я ехала к нему в тюрьму…
— Какому ещё зеку? А, ты про Давида, но он ведь уже не зек, и он отказался от тебя, какие теперь проблемы?
— А такие, что он собирался меня везти в тюрьму какому-то важному зеку, которого недавно убили в тюрьме.
— Да ты что, — папа нажал на тормоз, остановил машину у обочины. — А почему же ты мне не сказала раньше?
— А что бы ты сделал? На тебе долг висел, помнишь?
— Ой, слава богу, что всё обошлось. Я-то думал, он тебя себе забрал.