— Пап, давай не будем, если не хочешь, чтобы я тебя сейчас обвинила во всех грехах.
— Я ведь попросил прощения.
— Вот давай к этой теме больше не возвращаться.
— Как скажешь, я только — за, — он снова вырулил от обочины. — И насчёт этих Вельских…
— Папа, я против, — прервала я его новую тираду.
— Ладно… как скажешь… — задумчиво произнёс отец. — Просто я не понимаю, что такого выйти замуж за богатейшего жениха страны. Он выбрал тебя, ты ему понравилась, он готов немного поженихаться… И вообще, выйдешь за него замуж и делай что хочешь, у тебя будет столько денег, что будешь абсолютно свободным человеком.
Он сказал, а у меня в памяти это задержалось.
Выйти замуж и делать что хочешь.
— А без замужества, разве нельзя делать — что хочешь?
— Без замужества можно, но тогда у тебя не будет столько денег, — усмехнулся папа.
Я подумала про Давида… он ведь тоже не беден.
Давид
Возвращаюсь домой. После приёма зашел в бар, посидеть, подумать, догнаться. Может быть, снять шлюху, привести к себе, чтобы отодрать хорошенько.
Признаю, встреча с Софьей пробудила во мне снова тут злость. Я думал, она уже затихла… за столько дней. А нет, стоило увидеть эту чёртову пианисточку и покатилось куда-то к чертям собачьим моё спокойствие… я чуть не трахнул её прямо в туалете.
Твою же мать…
В баре выпил, немного попялился на высаженных в ряд шлюх. Вроде бы выбрал одну, потом передумал. Вышел на улицу поймал такси и поехал домой.
Выхожу их лифта, на ходу расстёгивая рубашку. Сейчас просто упаду на кровать, даже раздеваться не стану… резко остановился, смотрю на пол перед дверью моих апартаментов.
— Мать твою… — тихо выдыхаю.
Сидя на полу, склонив голову и опираясь на сумку, похожую на мешок, спит Софья. В том же серебристом платье, в котором была на приёме. Ноги вытянула, одна туфля свалилась, лежит рядом.
Во дела. Значит, девчонка сама притащилась.
Я присел на корточки, ткнул пальцем в её плечо. Она открыла глаза, поморгала, пытаясь понять, где находится, осмотрелась, вспомнила видимо, что сама сюда прискакала и наконец, с гордым вызовом уставилась мне в глаза.
— Ты адресом не ошиблась, девочка?
— Нет, — говорит сердито.
Ухмыляюсь, что ни говори, а приятно, что она после того, как я довёл её в туалете до оргазма, собрала вещи и прибежала ко мне за недополученным.
Это мне льстит.
И какого хрена теперь с ней делать? На приёме Оравин уже успел всем доложить о том, что собирается породниться с Вельскими.
Я так понимаю, Софья не очень этому рада.
— Поднимайся, я вызову тебе такси, поедешь домой, — встаю с корточек.
— Никуда я не поеду, — нахохлилась, словно немного потрёпанный воробей.
Волосы её слегка растрепались и видок недовольный.