Дорогие мои москвичи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А Крупская как же?

— А та днями просиживала в смартфоне и ничего не замечала.

— Вот что хотите со мной делайте, но ни о каких смартфонах в те времена даже не слыхивали. Но пьесу вашу мы всё равно толкнём, куда надо. Обещаю.

— Не обещайте деве юной, как говорят у нас на Арбате.

— Кстати, а где рукопись? — спросил исторический просветитель. — Вы мне даже не показали её.

— Какую рукопись? — успел вымолвить начинающий драматург и повалился набок. Хорошо, кресло было глубокое.

Помощница просветителя вызвала скорую. Приехали быстро. Пока приводили старого человека в чувство, проверили его портфель. Никакой пьесы там не оказалось. Зато нашли социальную карту москвича и персональное приглашение от "Московского долголетия" в танцевальную группу. По ним и определили, что никакой он не Пантелеймон Будуаров, а просто Пётр Бурлаков.

— Два в одном, — поделился с хозяином кабинета доктор. — И склероз и деменция. Ему же сто лет почти. Но вы не волнуйтесь, мы сами доставим дедушку домой в целости и сохранности.

Смешинка

Поздний воскресный вечер. Счастливое мирное время. На широкой и мягкой кровати уютненько так расположилась девочка Саша, которая приехала к бабушке с дедушкой на выходные. Но сразу же спать она не собирается. Надо ещё чтобы дедушка обязательно рассказал на ночку смешную историю. Он всегда ей рассказывает такие истории перед сном. А она всегда смеялась и, перебивая дедушку, добавляла к его повествованию свои весёлые придумки.

— Дед, ну скоро ты? — позвала она дедушку.

— Господи! — проворчал дедушка, входя в комнату. — Я тебе давно уже всё рассказал.

— А ты просто придумай что-нибудь, — посоветовала Сашенька.

— Ладно, как скажешь, — согласился дедушка и, не раздеваясь, лёг рядышком с внучкой. Сашенька тут же сложила ручки под голову и крепко прижалась к родному дедовому плечу.

Все дедушкины истории всегда начинались со вступительного слова "однажды". Но рассказывать разные необычные и весёлые истории становилось дедушке всё сложнее — уж всё, казалось, самое смешное и удивительное он уже вспомнил и обсмеял вместе с внучкой. Поэтому в последнее время он чаще всего произносил по ходу то, что просто в голову приходило. При этом, начиная очередную галиматью, он сам точно не знал, какое слово должно последовать за вступительным. Именно так было и в этот раз.

— Однажды, — начал дедушка свою очередную историю, — уехал я на недельку из Москвы и иду по окраине села. С одной стороны дома, а с другой стороны густой лес. Чувствую, мне по-маленькому надо, как тебе иногда. Но к огородам же я не пойду, там люди и видно всё. И я, конечно, пошёл в лес. Вижу, на опушке домик деревянный, из брёвен сложенный, с двумя входами с разных сторон. На одной стороне написана большая буква "М", а на другой стороне написана большая буква "Ж". Знаешь, такие туалеты бывают в деревнях или на автобусных остановках за городом?

— Знаю, — ответила Саша. — Мы заходили в такой, когда на дачу к маминой подруге ездили.

— А что буквы "М" и "Ж" означают, знаешь?

— Да, мужчины и женщины.

— Правильно. Так вот, забегаю я туда со стороны буквы "М", а там медведь сидит. И как зарычит на меня: "Ты что, слепой что ли!" Я говорю испуганно: "Нет, не слепой. Я зашёл сюда, потому что буква "М" с этой стороны". А медведь ещё страшнее как зарычит: "Так это же звериный туалет. А буква "М" означает, что это для медведей". Представляешь? Вот такая история со мной приключилась.

Сашенька громко засмеялась. Дедушка тоже сам расхохотался, но что дальше рассказывать, он не знал и не думал вовсе. Рассмешил ведь внучку, подумал он, обязанность свою выполнил и хватит.

— Вы чего там расхихикались! — послышался из кухни строгий голос бабушки. — Опять смешинка в рот попала. Спать пора, завтра папа с мамой рано приедут, в садик надо, а они гогочут. Дед, кому говорю, закрывай двери и иди сюда.

Дедушка встал, нежно поцеловал внучку в лобик, пожелал спокойной ночи и хотел выйти уже. Но Сашенька, продолжая смеяться, остановила его:

— Подожди, дед, а с другой стороны жираф сидел, что ли?

Но дедушка закрыл уже за собой дверь, и Сашенькин вопрос так и остался без ответа.

Несчастные

Суббота. Сижу, думаю. Стук в дверь. Открываю.

— Давай! — предложил Вадим, показывая бутылку коньяка. — Выходной же.

— Это у вас выходной. А у нас, писателей, самый что ни есть рабочий день.

— Да какой ты писатель! — махнул бутылкой сосед, чуть меня не задел, и на кухню без спроса прошёл. — Баснописец несчастный. Куда ты рюмки прячешь? И закуску доставай.