Звери в природе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Кормящаяся песчанка перегрызает побег поперек. Затем, быстро поворачивая срезанную веточку передними лапками, зверек моментально разгрызает ее на кусочки длиной в два-три сантиметра, съедая при этом наиболее привлекательные части. На месте кормежки песчанки всегда остается кучка обрезков веточек и побегов поеденных растений. Если песчанка кормится на голой площадке, она приседает при этом довольно низко, если же среди травы или полукустарничков — стоит почти вертикально.

В холодное время года большие песчанки деятельны главным образом в середине дня. Летом они делают перерыв на самые жаркие часы. Как и при сильном ветре, они в эти часы выбегают, срезают веточку и тащат ее к норе, где и поедают. Наиболее же активны они летом в утреннее и вечернее время. С началом лета песчанки приступают к запасанию корма, складывая нарезанные на кусочки веточки в норах. Важное место в запасах занимает саксаул. Чтобы срезать веточку саксаула, песчанка залезает на куст и очень быстро ее перегрызает. Веточка падает вниз, зверек спрыгивает следом, подхватывает ее зубами и тащит к норе. Кроме саксаула песчанки заготавливают различные солянки, полынь, гáрмалу. Последнее растение совершенно не поедается скотом. Песчанка запасает его осенью, когда оно из интенсивно-зеленого становится бледно-желтым. Есть еще растение, очень ядовитое для скота, — это итсигéк (Anabasis aphylla). Его песчанка заготавливает зеленым, как и саксаул, и очень охотно ест. Запасы хранятся в камерах-кладовых. Эти кладовые находятся на небольшой глубине, и песчанки не набивают их запасами до самого потолка. Многочисленные отверстия создают вентиляцию, и запасы хорошо подсыхают. Иногда на твердых глинах и каменистых почвах песчанки устраивают стожки на поверхности колонии.

Детеныши у большой песчанки появляются ранней весной, в апреле, а на юге ареала — и еще раньше. До наступления летней жары песчанки успевают принести один за другим два выводка, с промежутком между ними не более месяца. На севере ареала в благоприятные годы размножение на этом не прекращается, но в центре и на юге, как правило, после этого наступает перерыв. Часть зверьков приносит потомство еще и осенью. Таскать корм в норы песчанки начинают, когда подрастают детеныши. В это время они таскают туда самую нежную зелень, например песчаную осоку. По мере подрастания молодые зверьки сами начинают участвовать в этой работе, и постепенно все население колонии переходит к запасанию. Но даже зимой, в морозы, если только нет ветра и светит солнце, песчанки выходят на поверхность и поедают растения «на корню». При сильных же ветрах и буранах они не выходят по нескольку дней, питаясь, по-видимому, лишь запасами.

В норах большой песчанки, как я уже сказал, обитает множество разных животных. Эти мощные сооружения с устойчивым микроклиматом, существующие по многу лет, являются основным местом размножения различных паразитов. Видимо, поэтому песчанки нередко меняют выводковые гнезда, перенося детенышей из одной части колонии в другую. Бывает, что самка перетаскивает голых и слепых детенышей, а иногда таких, которые уже начинают выходить на поверхность. Раз я видел, как детеныши сами выходили навстречу матери, и она несла их в другую нору. Перенеся последнего, песчанка вернулась к норе, обследовала ее и больше уже не возвращалась. Во время этого занятия мать проявляет большую осторожность. Однажды песчанка выносила детенышей из норы, в которой стоял капкан. Держа в зубах детеныша, она делала высокий прыжок и перескакивала через капкан. Один раз она все же его задела, капкан захлопнулся, но в нем осталось лишь несколько волосков, а песчанка со своей ношей благополучно убежала.

Регулярно норами песчанок пользуются черепахи, которые на ночь и на жаркое время закапываются в песок. Зарываясь в норы песчанок, черепахи сильно расширяют их отверстия. Многие другие пресмыкающиеся — агамы, ящурки, змеи — используют норы песчанок в качестве убежищ. Небольшая птичка каменка-плясунья (из отряда воробьиных) устраивает в них свои гнезда. В песне этой птички много заимствованных звуков, и среди них есть замечательное подражание свистам хозяев нор. Там, где эта каменка гнездится в норах сусликов, в ее песне есть суслиные крики. Лазают в норы песчанок и домовые сычи. Буквально все наземные звери пустыни — ежи, хищники семейства куньих — не только заходят в норы большой песчанки, но и рожают в них детенышей. Изменяя почвы и растительность, песчанки влияют на расселение и тех животных, которые непосредственно норы не используют. Эта далеко не полная картина отношений между песчанкой и другими животными все же дает некоторое представление о том, насколько важна роль этого зверька в пустыне.

Необычайно увлекательно наблюдать за жизнью самих песчаночьих колоний. В основе населения колонии — семейная группа, которая весной начинается с одной пары зверьков. Молодняк до середины лета остается на родительской колонии. После подрастания молодых второго помета начинается частичное расселение первого молодняка. На дальние расстояния молодые песчанки переселяются главным образом ночью, пересекая подчас большие пространства, совсем лишенные колоний.

В середине лета и осенью население некоторых колоний может насчитывать до двух-трех десятков зверьков. Они вступают в сложные отношения друг с другом, посещают соседние колонии, охраняют свою территорию от вторжения чужих зверьков. Около входных отверстий нор песчанки насыпают конические кучки песка. В них зарыты экскременты песчанок, а сверху они их «метят», прижимаясь к поверхности песка брюхом. На брюшке у песчанки есть железа, особенно хорошо развитая у самцов. Она выделяет пахучий секрет, запах которого индивидуален для каждого животного. Молодые зверьки, начавшие выходить на поверхность, часто бегают за самцом и пролезают у него под брюхом. Таким образом все молодые зверьки одной колонии получают единую пахучую «метку». Это очень важно для распознавания «своих». «Чужаков» хозяева колонии обычно изгоняют со своей территории.

Если число песчанок по какой-либо причине сильно снижается, появляется много необитаемых колоний. Тогда зверьки начинают активно обследовать соседние колонии в поисках жилых. Затем они перераспределяются на территории таким образом, что жилые колонии образуют скопления. Так бывает после опустошительных вспышек эпизоотий или после проведения работ по истреблению песчанок. Песчанки довольно быстро восстанавливают свою численность.

О большой песчанке написано множество работ. Пересказать здесь все, что о ней известно, не входит в мою задачу, да это и невозможно. Мне хотелось лишь показать, что это одно из тех животных, на котором во многом держится жизнь в населяемых ими сообществах. Влияя на все стороны жизни этих сообществ, большая песчанка является главной фигурой в природных очагах инфекционных заболеваний, в первую очередь чумы и кожного лейшманиоза (пендинской язвы). Главными переносчиками этих заболеваний являются кровососущие насекомые: блохи для чумы и москиты для кожного лейшманиоза. Подземные галереи песчаночьих колоний создают идеальные условия для жизни этих паразитов. Блохи большой песчанки хорошо приспособлены к существованию в ее жилищах. С большой песчанкой связан ряд видов блох, для которых она является основным хозяином. Есть даже специфические весенне-летние и осенне-зимние виды блох большой песчанки. Все это говорит о древности связей между этими видами животных. Немало в норах большой песчанки и клещей и других кровососов. В некоторые годы даже множество комаров вылетает по вечерам из песчаночьих нор. Выплодившись весной во временных водоемах, они затем находят дневные убежища в колониях песчанок.

Не случайно поэтому в пустынях Средней Азии существует большая сеть противоэпидемических учреждений, для которых поселения большой песчанки — один из главных объектов изучения и профилактической работы. Как показала практика этих учреждений, борьба с большой песчанкой — дело нелегкое. Она очень активно заселяет новые для нее места, если они оказываются удобными. Так, она быстро расселилась по высохшим участкам Каспия и Арала, в Приаралье она заселила насыпи железных дорог. Лишь при помощи специальных дорогостоящих мероприятий удается достичь хотя бы минимального успеха в борьбе с ней. Но, несмотря на то что этот зверек доставляет множество хлопот, в жизни сообществ пустыни это необходимое звено, и вряд ли нужно ставить задачи его полного истребления. Скорее следует стремиться к тому, чтобы добиться ликвидации очагов опасных заболеваний без полного уничтожения большой песчанки. Такие пути были намечены в работах сотрудников противочумных учреждений и Московского университета под руководством профессора Н. П. Наумова, и поиски этих путей продолжаются.

Глава четвертая

Джейраны

Джейран — единственная в нашей стране настоящая газель, по облику очень похожая на своих африканских сородичей. Джейран хорошо приспособлен к питанию пустынными растениями, в том числе и такими, которые не ест домашний скот. Джейраны не вытаптывают пастбища, так как не образуют больших стад даже тогда, когда бывают многочисленными. Каждый год самки приносят детенышей, обычно двойни, поэтому размножается этот зверь быстро. Это не только самое большое украшение среднеазиатских пустынь, это огромное богатство. Джейран легко уживается вблизи человека при одном условии — отсутствии прямого истребления. Однако освоение пустынь, особенно с использованием автомашин, непременно сопровождалось истреблением джейранов. Сейчас этот зверь всюду редок, включен в Красную книгу Международного союза охраны природы и природных ресурсов (МСОП).

Лишь на заповедных территориях джейранов удалось сохранить в значительном количестве, но эти территории очень малы. Важнейшую роль в сохранении джейрана сыграл Бадхызский заповедник на юге Туркмении. Очень много сделали для этого его бывшие сотрудники — директор И. С. Сух и его заместитель Ю. К. Горелов. В дополнение к заповедным территориям для сохранения и разведения джейранов сейчас созданы питомники. Первый из них находится недалеко от Бухары. Бухарский питомник — хорошая иллюстрация того, как быстро способен размножаться джейран там, где его не уничтожают: за первые пять лет количество животных в питомнике увеличилось в десять раз. Питомник представляет собой участок пустыни протяженностью 15 километров и около трех километров в ширину, огороженный металлической сеткой. В конце 70-х годов туда выпустили около 40 джейранов, а мне пришлось там побывать через пять лет. На территории питомника обитало уже около 400 животных. Кроме джейранов там было десять куланов, вывезенных с острова Барсакельмес, несколько сайгаков и пара бухарских оленей. Несмотря на большое поголовье животных, территория, по сравнению с окружающей, не только не выглядела выбитой, но и отличалась более богатой растительностью. Одновременно с выпуском джейранов в питомнике были произведены посадки саксаула, который вырос в красивые рощицы. Конечно, на огороженной территории нельзя беспредельно увеличивать число животных. Поэтому дальнейшая задача питомника — расселение джейранов в места, где он исчез или стал очень редок. Главная сложность этой задачи — обеспечение надежной охраны в местах выпуска. Что касается самого джейрана, то даже звери, живущие в вольерах и получавшие корм от человека, оказавшись на свободе, замечали человека с расстояния около 300 метров и убегали, то есть вели себя как дикие. Основная же часть поголовья джейранов в питомнике ведет жизнь диких животных.

Для удобства наблюдений и подсчетов зверей в питомнике выстроены вышки. В часы, когда животные активны, с такой вышки можно видеть одновременно около двух десятков джейранов, а иногда и до пятидесяти. Я посетил питомник во второй половине ноября, в начале сезона гона. Крупные самцы охраняли свои участки и собирали самок в табуны. Встречалось также много годовалых самцов, которые бродили по территории поодиночке или парами. Это были вполне взрослые звери, но их, как правило, вытесняли более старые и крупные. Самцы, хозяева участков, постоянно обходили их неторопливой походкой. Периодически они останавливались, внимательно оглядывались, нюхали следы. Когда два самца встречались, они обычно не вступали в драку, а выясняли свои отношения на расстоянии. Часто можно было видеть, как они неторопливо прохаживались параллельно друг другу. У джейранов, как у большинства копытных, хорошее боковое зрение, и поэтому они, двигаясь рядом, могут легко узнавать и «оценивать» друг друга. Иногда рогачи (у джейранов рога имеют только самцы) начинали сходиться, угрожая друг другу рогами. Чаще всего они или останавливались на расстоянии 10–20 метров, или продолжали сходиться, но двигались не строго навстречу партнеру, а параллельно ему. Останавливаясь, они бодали кусты, демонстрируя угрозу. Иногда один самец «блокировал» движения другого, становясь ему поперек дороги.

Рогач все время следил за появляющимися на его территории животными. Увидев самку или явно слабого самца, он направлялся в их сторону. Сначала он шел шагом, высоко подняв голову и запрокинув рога, затем шаг его ускорялся и переходил в мелкую рысь, которая в свою очередь сменялась частыми короткими скачками. Самки и детеныши низко опускали голову, высоко поднимали хвост и начинали уходить от самца. Самец останавливался и угрожал рогами или бодал кусты. Некоторых самок он преследовал кругами, стремясь присоединить их к табуну. Взрослый, но слабый самец при приближении рогача-хозяина обращался в бегство. Хозяин преследовал его и, изгнав с участка, останавливался и издавал ему вслед хриплый крик. Самки в табуне в основном спокойно паслись. Самец активно реагировал лишь на появление новых животных. Иногда же он начинал упорно ходить за одной самкой в табуне. Рогач ходил, то и дело касаясь ее своей грудью и периодически делая попытки спаривания. Видимо, у самки начиналась течка.