Рисуем вебтун. Леденящий хоррор с первой главы: читать начало книги онлайн

Могу вспомнить еще массу случаев, когда я находил вдохновение в произведениях нон-фикшен. Однажды я принялся за довольно незамысловатый триллер «Хороший день для учебы». Так как действие происходит в учебном заведении, я начал искать материал, относящийся к учебе. Пока я его изучал, узнал о проблеме вступительных экзаменов. Чтобы детально описать вселенную вебтуна «Девушка из будущего», я читал книги по истории, философии, политике. Это позволило мне описать более широкий спектр жестокости, а не ограничиваться такими крайними проявлениями варварства, как убийство. Конечно, использование в качестве материала литературы нон-фикшен не обязательно гарантирует вам хороший сюжет. Чтобы создать оригинальный образ монстра в «Плоти и крови», я прочитал много книг в жанре нон-фикшен, но вскоре понял, что настоящие монстры существуют не в реальном мире, а в человеческом воображении.

Нон-фикшен помогает нам глубже взглянуть на темы, с которыми мы ежедневно сталкиваемся. Даже уже известные вещи начинают выглядеть по-новому при взгляде с другой стороны.

В отличие от данных, разбросанных по интернету, нон-фикшен предоставляет намного более углубленную и разностороннюю информацию. Разумеется, уникальный опыт тоже служит богатым источником вдохновения.

(1) Личный опыт

Фикшен и нон-фикшен как источники вдохновения полезны тем, что позволяют косвенно пережить чужой опыт. Однако самое концентрированное вдохновение происходит только из личного опыта. Этот опыт и есть неограненный материал вашей истории. Есть писатель, который использовал свой опыт работы судьей для сюжета драмы, есть спортсмен, который написал манхву про спорт, есть работник банка, который написал триллер про офис, – подобных случаев бесчисленное множество. Драматичная история получится более правдоподобной, если вы сталкивались с похожими событиями в реальной жизни.

Разумеется, только наличие необычного жизненного опыта не поможет вам написать хорошую историю. Французский писатель Реймон Радиге был талантливым с юных лет, и, когда ему говорили, что без жизненного опыта нельзя хорошо писать, он отвечал: «Тогда, чтобы писать о смерти, нужно сначала умереть?» Среди писателей, которые часто пишут о смерти, нет тех, кто испытал бы ее на личном опыте. И все же большинство из них с ней сталкивались.

Это было бы так же трудно, как ребенку, не знавшему разлуки, написать стихотворение о смерти.

Бесспорно, чтобы писать о смерти, совсем не обязательно умирать. Другими словами, писателю не нужно испытывать на себе абсолютно все, о чем он пишет. Например, если вы пережили утрату, вы, скорее всего, сможете довольно реалистично и серьезно описать смерть в своем произведении. Человеческие эмоции далеко не так разнообразны, как может показаться. Национальная академия наук США выделяет в своей классификации не более триннадцати человеческих эмоций (гнев, страх, ненависть, счастье, грусть, удивление, спокойствие, любовь, уверенность, зависть, неуверенность, презрение и стыд). Все эти эмоции может испытать каждый из нас в повседневной жизни. Если основные чувства соотносятся с тем, что происходит в сюжете, получится довольно правдоподобно описать даже более сложные эмоции.

Мой жизненный опыт нашел отражение в моих вебтунах следующим образом. После того как отслужил в армии, я вернулся в университет, там мне понравилась одна девушка. История закончилась не очень хорошо, и тогда я понял, что искренние желания могут принести много боли. В какой-то момент я даже осознал смысл выражения «так не доставайся же ты никому». Эта изуродованная любовь обратилась ненавистью и вскоре вернулась ко мне. Я ненавидел себя за слабость. Эти чувства копились внутри, как свинец, и, хотя я продолжал смеяться и разговаривать как обычно, этот осадок оставался глубоко в моем сердце.

Признаться честно, герои моих вебтунов – это альтер эго, созданные из этого осадка. В «Губительной связи» главный герой – недалекий мужчина, который влюбляется в роковую женщину. Она им манипулирует, а затем бросает. В эпизоде «Кровавые цветы» вебтуна «Девушка из будущего» история повторяется, как и в «Плоти и крови». Все мужчины в моих вебтунах всегда брошены и страдают. Это мой личный опыт, который я перенес в свои работы.

Однако каждый человек по-разному испытывает эмоции, по-разному справляется с ними, и потому каждый по-своему отразит их в своей истории. Например, благодаря моему личному опыту при написании эпизода «Хан Ёнвон» вебтуна «Плоть и кровь» у меня получилось прочувствовать и изобразить грусть от расставания, которую испытывали персонажи. Также образ персонажа по имени Йохан из этого же произведения был основан на чувстве скуки и апатии от потери мотивации после каждой публикации. В основу вебтуна «Хороший день для учебы» легли реальные чувства гнева и страха, которые я испытывал в школьные годы. В свою очередь, протагонист «Человеческого леса» Хару стал олицетворением замешательства, которое я ощутил, когда начал читать про психопатов.

(2) Культурный опыт

Помимо косвенного опыта, который нам предоставляют произведения жанра фикшен и нон-фикшен, и личного опыта, существует еще один вид, который может нам пригодиться, – культурный опыт. Хотя я сам не спортсмен, во время Олимпийских игр все равно погружаюсь в атмосферу этого события, или, например, хотя я не фанат группы BTS, для меня очевидно, какое большое значение они имеют для продвижения корейской культуры. Другими словами, даже если какое-то событие не имеет лично ко мне отношения, вокруг него формируется особая атмосфера, которая в итоге оказывает на меня воздействие.

В 2014 году после трагедии, произошедшей с паромом «Севоль», меня охватили скорбь и гнев, которые я никогда прежде не испытывал. Ответственные лица, которые исчезли, сказав детям оставаться на месте, политики, которые были заняты бессмысленными мероприятиями во время трагедии, организации, которые бросали насмешки в лицо семьям жертв… Все эти абсолютно антигуманные действия совершались без тени сомнения. Причиной этой трагедии стала не группа психопатов, а всеобъемлющее варварство обычных людей. Я почти дошел до ненависти к моей стране за все произошедшее, и из этой травмы родилась идея для вебтуна «Девушка из будущего». В нем рассказывается история общества, которое постепенно сходит с ума, а также его возможное будущее. Этот вебтун настолько пропитан пессимизмом, что даже неловко, будто обнажаю темную сторону своей личности, но я решил честно рассказать об истории его создания. На мой взгляд, это хороший пример того, как использовать культурный и социальный опыт при написании сюжета. «Девушка из будущего» помогла мне проработать и усмирить гнев, который у меня вызвала произошедшая трагедия.

(3) Пространственный опыт

Пространство, в котором находится человек, оказывает на него сильное влияние, и для этого совсем не обязательно вдаваться в подробности фэншуй. Драко Малфой жил в мрачном подземелье Слизерина, а Гарри Поттер – в гриффиндорском общежитии с прекрасным видом из окна. Поскольку наше восприятие формируют наши мысли, разные места будут по-разному воздействовать на людей.

Когда писал «Губительную связь» и «Человеческий лес», я жил на окраине провинции Кёнгидо. Неподалеку от моего дома находились какие-то заброшенные здания посреди заросших полей, от их вида у меня в голове возникали самые разные жуткие ассоциации. Особый отпечаток в памяти оставил недостроенный жилой дом на безлюдном холме, который напоминал мне тюрьму. Помимо полного одиночества и зловещей обстановки, которую я чувствовал при виде сорной травы в половину человеческого роста, ржавых контейнеров, разбитых окон, прогнивших строительных материалов, меня охватывал страх от одной мысли, что нахожусь в этом месте без разрешения. Даже когда я пытался не думать об этом, воспоминания настойчиво всплывали в моем сознании. Я был почти одержим этой идеей. Без нее мне бы не пришло в голову построить сюжет «Человеческого леса» вокруг игры в прятки.

Чем напугать читателя?

Я тревожный и недоверчивый человек. Я никогда не принимаю слова и действия людей за чистую монету и порой, сам того не осознавая, пытаюсь вычислить их истинные намерения. Если искать только темноту в сердцах людей, то находить будешь именно ее. Большинство персонажей моих вебтунов скрывают свои истинные чувства, и, когда от каждого героя исходит такое ощущение недосказанности, любая работа превращается в триллер. Хотите верьте, хотите нет, но «Человеческий лес» – это действительно единственный триллер, который я написал нарочно.

В обычной жизни сомнения – скорее проблема, которую нужно преодолеть, но в написании триллеров это почти своеобразный талант. В первую очередь недоверчивость – это следствие страха, что человеку что-то может навредить, а если вы очень недоверчивый, значит, ваш мозг – настоящий детектор пугающих предметов и явлений. Эксперты в сомнениях уже овладели искусством во всем искать опасность, но у новичков могут возникнуть некоторые трудности.

Во-первых, сомнение заставляет всегда обращать внимание на невидимое, скрытое и темное. Например, если вы покажете ладонь человеку, которого не одолевают сомнения, он просто посмотрит на нее, а вот недоверчивый человек обязательно задумается о тыльной стороне вашей руки. То есть первый секрет искусства сомнений – сосредоточиться на том, что лежит за гранью видимого.

Во-вторых, сомнение всегда связано не с ожиданием лучшего результата, а со страхом перед худшим. Перед лицом неизвестности недоверчивость всегда находит доказательства того, что ситуация будет развиваться наихудшим образом из возможных. Думать о худшем – это и есть второй секрет. Если ситуация хуже, чем предполагалось, то это облегчение, если все плохо, как и ожидалось, то хуже уже не будет. А вот если ситуация хуже, чем предполагалось, то задача профессионального сомневающегося – найти самый худший исход из возможных, потому что этого уж точно не произойдет. Если каждый день представлять ужасные ситуации, то вы сможете естественным образом обнаруживать их в своем сюжете.

И в‐третьих, сомнению стоит подвергать не что-то очевидно ненадежное, а то, в чем мы никогда бы не ждали подвоха. Сомневаться в чем-то отстраненном просто, намного труднее поддается сомнению близкое сердцу, и какой ступор вызывает такое предательство! Меня бы не впечатлило, если бы меня оскорбил незнакомец с другого конца света, ведь нас ничто не связывает, а значит, я не ожидаю от него ничего хорошего. А вот если бы то же самое сделал член семьи, вторая половинка или друг, которому я доверял, – эффект был бы неописуемым.

Помимо предательства, стоит еще упомянуть нарушение привычной картины мира.

Например, если на глазах разрушаются концепции добра и зла, которые человек считал фундаментальными, или если безопасное место вдруг начинает представлять угрозу – чем ближе к сердцу, тем больше эффект.

Если смотреть на мир сквозь призму подозрений и сомнений, то можно придумать много пугающих идей для истории. Представляю к вашему вниманию три такие.

Понятия добра и зла естественны и универсальны, они считаются абсолютными истинами, которые никто не смеет подвергать сомнению. Но правда в том, что представления об этих понятиях намного более относительны, чем мы привыкли думать. Понимание преступности и правосудия меняются в зависимости от консенсуса той или иной группы людей. Раньше крупные события сопровождались жертвоприношениями, публичные казни были развлечением для простого народа, а охота на ведьм – частью судебного процесса. Все это в недалеком прошлом считалось восстановлением правосудия, а не преступлением и где-то практикуется по сей день.

Жестокость, на которую способны люди, вызывает у нас дискомфорт, гнев и страх. Конечно, жестокие действия сами по себе ужасны, но настоящий страх мы испытываем от того, как сильно наши представления о добре и зле отличаются от представлений человека, способного на варварство. Давайте посмотрим на примере. Кто из перечисленных ниже убийц самый ужасный?

А. Тот, кто убил, чтобы отомстить за родителей.

Б. Тот, кто убил, чтобы украсть деньги.