Но даже в его голосе слышалась натянутость. Гиперион зашёл слишком далеко, превратив танец в публичное объяснение в любви.
— Благодарю за танец, — сказала Ольфария, делая формальный реверанс.
— Благодарю вас, — ответил Гиперион, но его взгляд говорил: "Это только начало".
Ольфария направилась к краю зала, чувствуя на себе десятки любопытных взглядов. Щёки горели от смущения и... чего-то ещё. Танец с Гиперионом пробудил в ней эмоции, которые она предпочла бы не испытывать.
У колонны её встретил Крид. Его лицо было каменным, но в глазах читалось неодобрение.
— Интересный выбор танца, — сказал он холодно.
— Я не выбирала, — ответила Ольфария. — Он сам начал танцевать так.
— Гиперион ничего не делает случайно. Этот танец был заявлением. Публичным заявлением о намерениях.
Ольфария взяла бокал воды с подноса проходящего мимо лакея, пытаясь остудить разгорячённое лицо.
— И что мне было делать? Отказаться посреди танца?
— Нет, ты поступила правильно, — согласился Крид. — Но теперь все при дворе будут говорить только об этом. Гиперион добился своего — привлёк к себе внимание.
Действительно, вокруг них уже собирались любопытные придворные, пытающиеся разгадать, что происходило на танцполе.
— Синьорина Ольфария, — обратился к ней молодой маркиз, — какой необычный танец! Где вы научились танго?
— Я не умею танго, — честно ответила она. — Лорд Гиперион вёл.
— Ах, конечно! — воскликнула пожилая герцогиня. — Говорят, полководец изучал этот танец в южных колониях. Очень... экзотично.