Он вздохнул и посмотрел ей в глаза.
— Просто лорд Гиперион... он очень влиятельный человек. И когда я увидел, как он смотрит на вас... — Альфонс запнулся. — Я понял, что не имею права претендовать на ваше внимание.
Ольфария изучала его лицо. Искренность светилась в каждой черте, а в глазах была та же робкая надежда, что и в первый день их знакомства.
— Альфонс, — сказала она решительно. — А что, если я сама выберу, чьё внимание мне приятнее?
Он вскинул голову, не веря услышанному.
— Вы имеете в виду...?
— Я имею в виду, что влиятельность и власть не всегда важнее искренности и доброты, — ответила она с улыбкой. — И что я была бы рада продолжить нашу дружбу, если вы не против.
Лицо Альфонса озарилось радостью.
— Не против? Я буду счастлив! — воскликнул он, потом спохватился и понизил голос. — То есть... если вы уверены. Лорд Гиперион может не одобрить...
— Лорд Гиперион не распоряжается моей личной жизнью, — твёрдо сказала Ольфария. — А теперь, кажется, вы хотели что-то предложить?
Альфонс расправил плечи, словно набравшись храбрости.
— Да! Я знаю одно особенное место. Старая миафизитская кофейня в Ремесленном квартале. Там варят, возможно, лучший кофе в столице. Хотите попробовать?
— С удовольствием.
Они направились по узким улочкам в сторону старого района. Альфонс заметно оживился, его прежняя робость сменилась воодушевлением.
— Эту кофейню основал монах-миафизит ещё два века назад, — рассказывал он, ведя её по мощёным переулкам. — Братья из монастыря привозят зёрна из далёких земель, а способ обжарки держат в секрете. Говорят, что кофе там не просто бодрит, но и проясняет мысли.