— Тогда давайте делать это вместе, — тихо сказал он. — Вы лечите, я помогаю организовать помощь. Вместе мы сможем изменить многие жизни к лучшему.
Ольфария посмотрела на их сплетённые пальцы. Рука Альфонса была тёплой, живой, в ней чувствовалась искренность его намерений.
— Это звучит прекрасно, — сказала она мягко.
Они просидели в кофейне до самого заката, строя планы и мечтая о будущем. Альфонс был прекрасным собеседником — умным, добрым, с тонким чувством юмора. А главное, он не пытался произвести впечатление своим богатством или титулом. Он был просто хорошим человеком, который ценил простые радости жизни.
Когда они наконец вышли на улицу, фонари уже зажглись, окрашивая переулки мягким золотистым светом.
— Спасибо за этот вечер, — сказала Ольфария, когда они подходили к небоскрёбу. — Было очень приятно.
— Мне тоже, — ответил Альфонс, останавливаясь. — Ольфария... можно мне надеяться, что мы увидимся снова?
— Конечно, — улыбнулась она. — Мне бы хотелось услышать больше о ваших планах по созданию приюта.
Альфонс галантно поцеловал её руку, на этот раз без прежней робости.
— До встречи, прекрасная Ольфария. И спасибо... за то, что дали мне шанс.
Она смотрела, как он уходит по ночной улице, и думала о том, что иногда самые лучшие вещи в жизни приходят, когда их меньше всего ждёшь. Сегодня она сражалась с демоном, а закончила день приятной беседой с добрым человеком, который видел в ней не легенду, а просто женщину, достойную уважения и внимания.
Поднимаясь в лифте на свой этаж, Ольфария улыбалась. Возможно, в этом странном мире у неё всё-таки есть шанс на простое человеческое счастье.
Лифт мягко остановился на двадцать восьмом этаже, и Ольфария вышла, всё ещё улыбаясь после приятного вечера с Альфонсом. Ключ повернулся в замке с привычным щелчком, и она вошла в тёмную прихожую, нащупывая выключатель магических светильников.
Свет вспыхнул, осветив гостиную, и Ольфария замерла. В её любимом кресле сидела фигура в чёрном капюшоне. Незнакомец был высок и худощав, его лицо скрывали тени, но глаза... глаза пылали неестественным шартрезовым светом, как раскалённые изумруды в темноте.
— Добро пожаловать домой, Ольфария Минор, — произнёс он голосом, лишённым всяких эмоций. — Или стоит называть вас по-другому?