— Но тот свет... это была божественная магия, разве нет?
— Частично, — кивнул Элиас. — Мастер Крид изучал святую магию в монастырях Северных гор. Провёл там почти столетие, постигая природу света и тьмы. Хотя формально он не является служителем какого-либо божества, он умеет призывать силы, близкие к божественным.
Автоматон помолчал, словно решая, стоит ли продолжать.
— Видите ли, Ольфария, мастер Крид не просто врач или маг. Он... как бы это выразиться... страж равновесия. Когда силы тьмы начинают угрожать невинным, он вмешивается.
— Страж равновесия?
— Неофициально, конечно. Но за все эти века он остановил не один десяток апокалипсисов, предотвратил множество демонических вторжений, спас бесчисленное количество жизней. — В голосе Элиаса прозвучала едва заметная гордость. — Просто он никогда об этом не говорит. Считает хвастовство недостойным.
Ольфария допила чай, чувствуя, как последние остатки дрожи покидают её тело. Шартрезовый напиток действительно восстанавливал силы.
— А вы... вы помните все его подвиги?
— Большинство, — ответил Элиас. — Хотя некоторые воспоминания он намеренно стёр из моей матрицы. Сказал, что есть вещи, которые не должен помнить никто, даже автоматон.
Он встал и взял пустую чашку.
— Как вы себя чувствуете? Дрожь прошла?
— Да, спасибо. — Ольфария поднялась со стула, ощущая себя гораздо увереннее. — Элиас, можно вопрос?
— Конечно.
— Почему вы так заботитесь обо мне? Я имею в виду... больше, чем требуют ваши программы?
Автоматон замер, его глаза на мгновение потеряли обычную пустоту.