Слушал концерт с закрытыми глазами да так и умер. Все ушли, а он остался остывать в своем кресле.
По коридору разгуливала кошка в шубе на голое тело.
Маленькая блондинка была упакована в большой сверкающий джип и походила на таблетку виагры в прозрачной коробочке.
Птичка вся состояла из крошечной души.
В домах уже погасли огни, и только видно было, как кто-то бессонный на том берегу, любуясь в окно четвертого этажа ночной рекой, поднес к папиросе спичку.
По небу летали быстролетные ангелы.
Умея считать всего до трех, кошка вечно путалась в четырех лапах.
По улице решительным шагом двигалось черное пальто. Над поднятым воротником выступал розовый купол лысины, а вперед торчала трубка. Человека внутри я не приметил.
По мокрому асфальту, перебирая отражениями лап, бежала белая собака.
На лице у девушки-подростка шарики пирсинга вперемешку с прыщами.
Согнувшись от натуги в коленях, надувался саксофонист, и контрабасист делал своему инструменту «козу» толстыми пальцами.
…и принялись плескать руками.
Обратили внимание, какие все автоинспекторы дородные? Прежде такой породы бывали одни попы, только у этих вместо креста на груди – свисток.
У Ионы кит утонул…
В XIX веке танцевальные атласные туфельки были одноразовыми. Вроде похоронных тапочек. Только вообрази, как этот симбиоз мимолетности и вечности стайкой летал под музыку в озаренных свечами залах!
Когда у Атланта затекли руки…
Глядя на кошку, я вспомнил двор нашего детства и соседа, который по воскресеньям выкатывал свою бежевую «Победу» из гаража и часами мыл ее и сушил на солнце коврики. Так и она день-деньской ухаживает за своею шубой.
– Какие в Китае могут быть фотороботы, если они все на одно лицо?
В свои сорок лет, будучи вполне натуральным мужчиной, он вел образ жизни педераста: проводил ночи в клубах, без конца отправлялся в какие-то странные путешествия, изредка навещал жену, а чаще ночевал на холостяцкой квартире, куда заваливался под утро.
Переводчик, к счастью, был неумелый, и многословные речи ораторов передавал парой скупых фраз.
Ясное дело, что в секонд-хенде вещи лучше: их уже выбрали.
Иные заики вполне гладко читают стихи и поют. Так и этот: ходил, прихрамывая, порою даже с палкой, но очень ловко танцевал.
Хозяйка дома вынесла с кухни корзиночку лоснящихся от масла крашеных яиц с таким ликующим видом, будто сама их снесла.
По радио опять сказали: «Местами, временами…» Но почему я всегда оказываюсь в том месте и в то время?
За окном стояла немаркая серенькая погода.
Создатель извел не один ластик, стирая в твоей голове бессмысленные черновики.
По внутренней поверхности очечного стекла, где боковому зрению отражалось небо, пролетела черная птица.
Она была почти ребенок, и только тушь на глазах делала взгляд чрезмерно глубоким – женским.
Посреди необъятного оркестра метался за своим пультом маленький черный дирижер.
Трактат Исаака Ньютона «О циркуляции кошек».