Один из охранников осторожно потянул за дверную ручку и Василий зашагал вперёд. Почти сразу же споткнулся — пошатнувшись, едва не упал на ковёр. Одно дело — слышать рассуждения о том, что ординарец мёртв. Совсем другое — увидеть его обезглавленное тело собственными глазами.
С трудом заставив себя сделать ещё пару шагов, солдат застыл на месте. Впившись взглядом в противоположную стену — смотреть в глаза Берестневу абсолютно не хотелось.
— Докладываю, что противник замечен поблизости. Около двадцати пяти километров от крепости. Их глава рода оставил меня в живых, чтобы передать послание.
Несмотря на многочисленные репетиции внутри собственной головы, на этот моменте Текшин запнулся. Продолжив только после короткой заминки.
— Он запрашивал переговоры. В противном случае угрожая партизанской войной и уничтожением ваших владений.
В голове эта формулировка казалась красивой и правильной. Но произнеся её, Василий ощутил, как сердце ухнулось в пятки. Показалось, ему сейчас тоже снесут голову, оставив тело лежать на полу. А бабушка так и не узнает, что внук пал вовсе не от руки врага.
Но против ожидания, воздух кабинет вдруг наполнился бодрым смехом.
— Войной партизанской грозился, говоришь? Пусть попробует — посмотрим, как запоёт, когда его добычей объявят.
Всё же опустив глаза, Василий обнаружил, что господин вовсе не зол. Напротив — в весьма хорошем расположении духа. А сам Берестнев, окинув его взглядом, поинтересовался.
— Стало быть ты один из всех ваших выжил?
Рассказывать детали, Текшин посчитал лишним. Вряд-ли высокородном дворянину интересно, что их было всего четверо. В панике мчащих на внедорожнике и пытающихся догнать ушедшую куда-то вперёд колонну.
— Так точно, Ваше благородие!
Тот кивнул. Ещё раз смерил его взглядом.
— Вот и хорошо. В лейб-ординарцы ко мне пойдёшь. Как выйдешь, скажи, чтобы форму новую подготовили. И в курс дела ввели. Не успеют за двадцать минут — всем плетей всыплю.
— Слушаюсь, Ваше благородие!
Развернувшись на месте, солдат двинулся назад. И только оказавшись за створками дверей, почувствовал, как дрожат его руки. Лейб-ординарец. Как теперь выжить-то?
Глава X
На какое-то время новость вывела из равновесия. Пробудив внутри то чувство, из-за которого родилась большая часть человеческих легенд о безудержных в своём гневе титанов. Порой мы и правда не могли сдержать ярость. В некоторых случаях переходя границы. А смертные, само собой, лучше запоминали именно подобные ситуации. Благополучно забывая противоположные.
Пока я приходил в себя, полковник успел изложить детали. Как выяснилось — князь ждёт нас завтра утром. И действительно располагает полномочиями приостановить конфликт. Такая возможность у него появлялась только после того, как речь заходила о полном истреблении одного из участников войны родов. Что формально подходило к нынешней ситуации — даже если учитывать недавнюю победу около горной цитадели, все земли Соболевых были заняты чужими войсками. Да и договорённость с Коршуновыми оставалась в тайне.
Отвергнуть вмешательство удельного правителя тоже было нельзя. В таком случае, род выводился за рамки закона — любой мог захватить его собственность, сделав её своей. Равно как и убить любого, кто продолжал служить опальным аристократам.
Всё это подводило к простому выводу — завтра утром мне необходимо быть в столице Уральского княжества. В Екатеринбурге. При этом моя личная безопасность вроде бы гарантирована князем. Но если по дороге действительно что-то произойдёт, это будет расследоваться. По умолчанию наших противников в этом не обвинят. И судя по стилю общения Строгова, он размышлял в том же ключе, что и я сам. Считая всё это банальной уловкой. Тем более Берестневы уже демонстрировали своё влияние на княжеский престол.
Приказав офицеру запереться в крепости, оставив снаружи лишь охрану для пленных, я дал Варваре команду остановиться. И развернул вторую карту, которую взял у Строгова. Если на первой были детально обозначены земли нескольких близлежащих родов, то здесь изобразили всё княжество целиком. И надо сказать — вид этой карты сразу же вызвал у меня вопросы.
— Почему мы здесь?
Сидящая за рулём дева удивлённо уставилась на меня. Потом мельком глянула на карту.
— О чём вы, господин?
Тоже посмотрев на развёрнутый лист бумаги солидных размеров, я добавил.
— Все крупные города, промышленность и торговые пути — южнее. Чем вы так насолили мойрам, что земли рода оказались в такой глуши?
Только закончив последнюю фразу, я понял, что со стороны формулировка может выглядеть странно. Всё же прав был Крий, когда говорил, что ярость титанов иногда бывает слишком сильна, затмевая разум. Даже относительно небольшой инцидент легко вывел меня из себя. Заставив на секунду забыть об осторожности.
Варвара, покосившись назад, секунду подумала. Потом пожала плечами.
— Вы же сами знаете, господин. Так сложилось.