— Если на машине по просекам — минут пятнадцать, наверное. Потом ещё пешком полчаса и всё.
Сорок пять минут. В одну сторону. При условии, что он не ошибается. Конечно, в одиночку я этот путь преодолею куда быстрее. Но проводник в его лице, всё равно понадобится. Да и Варвару с Натальей оставлять не хочется.
Позволить себе потерять столько времени, я никак не мог. Потому, после секундного раздумья, кивнул ему на машину.
— Забирайся. Покажешь, когда будем возвращаться.
Тот растерянно моргнул. Потом сообразил, что прямо сейчас его убивать никто не станет и неверяще улыбнувшись, потянулся к дверной ручке.
В следующую секунду меня окатило настоящей волной отчаяния и надежды. Вслед за которой послышался напряжённый девичий голос.
— Господин, вы принимаете людей под свою руку?
Развернувшись, я столкнулся с взглядом рыжеволосой девы. Сама же она немедленно продолжила.
— Вы же из Соболевых, которые воюют сейчас. А я способная. Учусь быстро. Готовить, убирать, убивать — мне без разницы. Только заберите отсюда.
Варвара на неё взирала со смешанными чувствами. Дева сама была из семьи, что не так давно служила Соболевым и в члены рода принята не была. Они даже статуса потомственных слуг не получили. Так что определённый уровень сочувствия с её стороны ощущался.
Вот Коршунова лишь сокрушенно цокнула языком. Девице она тоже сочувствовала, но вот саму просьбу похоже расценивала едва-ли не как оскорбление.
Я же окинул говорившую внимательным взглядом. Внешне она выглядела абсолютно спокойной — даже голос не дрожал. Вот эмоции говорили об обратном. Для того, чтобы обратиться ко мне, ей пришлось собрать всю волю в кулак. Уверен, сейчас она предполагала, что если и получит согласие, то рассматривать её станут лишь в качестве инструмента для постельных утех.
Но если казнённым смертным и их живому соратнику сегодня не повезло, то с девой всё обстояло наоборот. Мойры переплели наши нити в нужный момент. Мне требовались готовые на всё смертные, которые хотят изменить свою жизнь, а ей — шанс отсюда вырваться.
— Как тебя зовут?
Миг помедлив, она осторожно озвучила ответ.
— Софья. По фамилии Ладожскими нас кличут.
Усмехнувшись, я кивнул.
— Считай, что взята в мою гвардию. На испытательный срок.
Брови стоящей рядом Коршуновой тут же взлетели вверх.
— Ты…
Повернув голову, я устремил на неё вопросительный взор. Правда слов аристократка подобрать так и не смогла. Вместо этого указала взглядом на Луку, что мялся около приоткрытой двери.
— Если собираешься этого везти сзади, даже не думай завязывать мне руки. Или его тоже свяжи. А ещё лучше переломай всё — дорогу он и без конечностей показывать сможет.
Сидящий на плече Харп повернул голову, разглядывая возможную цель. Сам же юноша издал сдавленный стон. Похоже посчитал, что сейчас ему и правда станут ломать руки.
Будь у него такой же эмоциональный фон, как у остальных, я бы такую возможность в самом деле рассмотрел. Но этот смертный казался почище своих подельников. Потому поступил я иначе.
— Оба поедете со свободными руками. А теперь — в салон. Пора выдвигаться.
Поехали мы правда только спустя пару минут — уже забравшись в машину, Наталья сразу же оттуда выскочила, потребовав засунуть Луку в багажник. Мол от него воняет и она с таким попутчиком ехать сзади не намерена.
Заставить её залезть внутрь получилось не с первого раза — аристократка упорно сопротивлялась. Подчинившись лишь после угрозы связать её и засунуть туда силой.
В итоге, пленница расположилась с левой стороны, а Лука прижался к правой. Посередине же устроилась Софья, изо всех сил старавшаяся выглядеть так, как будто поездка с парой аристократов на армейском автомобиле — самое обычное дело.
Но вот когда я опять пустил в дело маскировочную печать, скрывая машину от лишнего внимания, рыжеволосая девица ощутимо дёрнулась. Неожиданно это — когда мир снаружи вдруг подёргивается лёгкой пеленой.
Варвара разогнала внедорожник, ориентируясь по карте в своём дарфоне — к владельцу они привязывались навечно, поэтому отдельного для меня, у Соболевых не нашлось. Тот, что раньше принадлежал Алексею, работать отказывался — устройство привязывалось к Дару смертного и взаимодействовать с божественной искрой не желало. А новых аппаратов у них не имелось.