Поезд смерти: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Деревни были наводнены карательными отрядами, которые в самых широких размерах применяли порку крестьян. Пороли новобранцев и их родственников за неявку на призывные пункты, пороли крестьян тех сел, в которых были разгромлены помещичьи имения, пороли вообще всех, кто так или иначе выражал свое недовольство учредилкой.

Но карательные отряды не ограничивались только поркой крестьян. Небывалые размеры приняли убийства и расстрелы наиболее активной части бедняцко-середняцкого крестьянства, причем, прежде чем покончить со своими жертвами, каратели подвергали их жестоким пыткам.

Учредиловские «закон, покой и порядок» остались памятными трудящейся части крестьянства. А печатаемые нами материалы о «деятельности» учредилки в деревне познакомят с этой «деятельностью» и тех, кто не был свидетелем ее.

Отношение инспектора артиллерии учредиловской армии генерал-майора Клочкова на имя начальника полевого штаба армии заслуживает особого внимания. Из этого документа видно, что мобилизованные крестьяне не желали воевать против Красной армии, вследствие чего дезертирство из Народной армии приняло колоссальные размеры. Чтобы прекратить это, учредиловцы изобрели «простой» способ: расстрел деревень артиллерийским огнем.

«Изобретение» генерал-майора Клочкова немедленно было пущено в ход. Об этом свидетельствует ультиматум, который был предъявлен Лобазинской волости и который мы здесь воспроизводим. В Лобазинской волости, судя по заметке из «Вестника Комуча», до артиллерийского огня по деревням дело не дошло, так как крестьяне под угрозой расстрела вынуждены были дать новобранцев. Однако не везде крестьяне подчинялись Комучу. Даже под угрозой артиллерийского огня. Об этом говорит печатаемая нами заметка из официального органа Комуча под характерным заголовком «Что посеешь, то и пожнешь».

Не менее характерен и следующий документ — письмо в редакцию «Вечерней зари» некоего В. Шемякина. Меньшевистская газета, активно поддерживавшая режим Комуча, не опубликовала присланного ей письма: оно было найдено в архиве одного из бежавших с учредилкой сотрудников «Вечерней зари». Письмо очень ярко рисует положение в деревнях, которые были «осчастливлены») присылкой карательных отрядов.

Заметка под названием «Демократические истязатели» взята из статьи Алексея Дорогойченко. Сообщаемые факты передал Дорогойченко один крестьянин из села Б. Каменка, сидевший при учредилке вместе с Дорогойченко в самарской тюрьме. Так же, как и другие материалы, эта заметка достаточно убедительно говорит о «законе, покое и порядке», которые были установлены в деревне.

Материал под названием «Новые „порядки“ в деревне» взят из учредиловских газет. Это выдержки из сообщений с мест делегатов на самарском губернском крестьянском съезде, состоявшемся при учредилке. Съезд созывался эсерами, его состав был соответствующим образом подобран, но тем не менее представители с мест не могли смолчать о том произволе, который творила учредилка в деревне.

Статья т. Кузнецова «Союз креста и белогвардейской нагайки» рисует жуткие расправы, которые учинил в деревнях особоуполномоченный Комуча атаман Дутов. Ценность статьи т. Кузнецова заключается в том, что она ярко показывает роль духовенства в борьбе с советской властью и активную помощь духовенства белогвардейцам.

Генеральское «изобретение» методов борьбы с дезертирством

Из поступающих от подведомственных мне частей донесений видно, что дезертирство солдат не прекращается.

Считая, что к участию в борьбе с этим злом можно и должно привлечь и само население, с своей стороны предложил бы на ваше усмотрение такой способ: население сел, деревень и прочих местностей, из коих берутся по набору солдаты в ряды Народной армии, должно быть заинтересовано, чтобы их односельчане не дезертировали.

Для этого надо, чтобы бежавшие и неразысканные были бы пополняемы вновь теми же местностями, но из более старых годов (так как 1897 и 1898 годы уже будут взяты), в данном случае 1895 и 1896 годы. Если где это требование выполнено не будет, посылать на место небольшие отряды с одним орудием, которые в ультимативной форме предъявляли бы свои требования сельским властям.

В случае нежелания со стороны населения выполнять таковые следует выпустить по деревне один снаряд и опять предъявить свое требование; не исполнили — 2 снаряда и вновь требовать, не исполнили — 4 снаряда. И в случае упорства расстрелять артиллерийским огнем означенную деревню.

После одной такой карательной экспедиции об этом узнают и дезертиров не будет.

Инспектор артиллерии армии Поволжского фронта

генерал-майор Клочков.

Ультиматум

В виду того что Лобазинская волость не дала и не дает на военную службу требуемых солдат, высшими властями ей предъявлен следующий ультиматум: «В трехдневный срок, начиная с 9 сентября, представить в воинское присутствие требуемых солдат, а в случае неисполнения против Лобазинской волости будут открыты военные действия, причем за артиллерийские снаряды и причиненные убытки деньги будут взысканы со всего населения волости, а ослушники будут преданы военно-полевому суду».

Граждане волости послали солдат на службу, не дожидаясь конца срока, поставленного им в ультиматуме.

Что посеешь, то и пожнешь

Бузулукский уполномоченный Комитета членов Учредительного собрания доводит до сведения губернского уполномоченного, что при объявлении набора в Бузулукском уезде некоторые из волостей не пожелали дать новобранцев, вследствие чего по отношению к последним были применены репрессивные меры. При стрельбе карательного отряда произошли пожары и причинены убытки некоторым крестьянам, быть может невинным.

Последние обратились к уполномоченному с просьбой о покрытии расходов по восстановлению их разоренных хозяйств и построек.

Признавая всецело виновными в этом сельские общества, оказавшие сопротивление существующей власти Учредительного собрания, бузулукский уполномоченный полагает возмещение расходов пострадавшим отнести за счет тех сельских обществ, которые вынесли постановление о невысылке новобранцев.

В. Шемякин

В редакцию газеты «Вечерняя заря»

М. г.! Нижеследующее сообщаю вам как материал, который, если найдете возможным и нужным, прошу использовать для газетной заметки.

19 сего августа на сахарный завод при селе Богатом, Бузулукского уезда, прибыл отряд солдат Народной армии, под начальством штабс-капитана Белыкина.

Из расклеенных перед этим объявлений военного ведомства можно было видеть, что назначение подобных отрядов — исключительно поимка уклоняющихся от военной службы дезертиров и предание их военно-полевому суду, учрежденному при этих же отрядах. Суд происходит на месте стоянки отряда. Не касаясь полномочий самого отряда, а тем более учрежденного при нем суда, сообщаю только как факт, наводящий на некоторые, не совсем отрадные размышления, — факт применения этим отрядом телесного наказания по отношению к арестованным. Было ли это наказание следствием судебного приговора, или нет — неизвестно, только 19 вечером и в особенности 20 утром на глазах многочисленной публики арестованных клали вниз лицом на специально разостланный для этой цели брезент и… «вкладывали» 20–25 ударов нагайкой. Били так, что некоторые из наказанных после этого не могли сразу встать, а встав, шли качаясь, как пьяные. Били молодых парней, били пожилых рабочих и крестьян, года которых еще не призваны, и били женщин, которые уже, кажется, не могли иметь какого бы то ни было отношения к призыву новобранцев.

Вся экзекуция произвела удручающее впечатление на жителей и у многих невольно напрашивался вопрос: неужели опять нагайка санкционирована людьми, стоящими у власти? Неужели нет иного выхода? Или это последнее средство для вразумления гражданского самосознания?

А. Дорогойченко

Демократические истязатели