Она сидела, скрестив ноги, аккуратно разгладив юбку, и пускала струйки дыма из ноздрей.
– Ты сегодня очень хорошенькая, – сказал он без всякой иронии или злобы.
Она действительно была хорошенькая, даже лучше, чем обычно.
– Спасибо, – улыбнулась она и, кажется, немного расслабилась. Протянув руку, она сжала его пальцы.
– Мы так отдалились друг от друга за последние несколько недель.
– Дольше, – сказал он.
– Ты меня бесишь, – сказала она, – когда портишь вещи. Ты иногда меня ненавидишь, да? И вся твоя агрессия выходит наружу.
Вся, подумал он. Вся ли? И сказал вслух:
– Может, и не вся.
– Ты все еще злишься?
Она приблизила к нему лицо. Он почувствовал запах ее волос, слабый, знакомый и приятный.
Внезапно в дверях кабинета появился Норм Лауш в своем обычном костюме цвета керамики.
– Привет, ребятки, – доброжелательно улыбнулся он.
– Мы мирились, – сказала Шерри.
– Вижу. Все уладилось? – Затем его улыбка исчезла; он стал серьезным. – Послушайте, ребятки. Я знаю, что вы долго ждете, – он поддернул рукав и посмотрел на часы, – у меня много дел. Мне вообще надо ехать в Менло-Парк.
Тут он снова стал добрым. Сунув бледную чистую руку в карман, он вытащил конверт и открыл. Домброзио увидел маленькие цветные карточки.
С улыбкой – лукавой, довольной улыбкой – Лауш поднял палец.
– Билеты.
– Что за билеты? – спокойно спросила Шерри. Очевидно, она не понимала, что происходит.
– На сегодня? – Домброзио встал и протянул руку. Лауш шлепнул билетами по ладони и позволил ему посмотреть. Да, на сегодня. На места в ложе.
– «Джайантс» играют с «Чикаго», – пояснил Лауш, – на крытом стадионе. Я вас приглашаю. Три места в ложе, прямо у первой базы. Поговорим по дороге, лады? – Оставив билеты Домброзио, он двинулся к двери.
– Отлично, – сказал Домброзио, радостный и удивленный.
Прежде чем Шерри успела заговорить, Норм Лауш ушел. Они с Домброзио снова остались одни, Лауш провел в кабинете не больше минуты.
– Значит, мы вернемся домой часа в два или три, – зло сказала Шерри. – Ну, раз ты уже согласился, делать нечего. Но я не понимаю, как ты собираешься вставать завтра утром; и мне тоже придется встать, чтобы отвезти тебя.
– Справимся, – сказал он и спрятал билеты в бумажник для надежности.
Передышка, подумал он. Почти знамение. Как будто какая-то высшая сила решила ему помочь. «Может быть, Норм Лауш видит, что я чувствую», – сказал он себе.
– Ничто не радует мужчину больше, чем пара билетов на бейсбол, – заметила Шерри. – Интересно, что, когда возникает какая-то сложная проблема, ты просто отворачиваешься и ищешь утешения в игре.
В голосе ее отчетливо звенели раздражение и нервозность.
– Теперь мне надо чем-то заняться до ужина. Я полагаю, что мы с тобой поужинаем вместе где-нибудь в городе. Когда начинается игра?
Он сказал ей, когда начнется игра и когда им нужно встретиться с Нормом Лаушем, чтобы приехать вовремя и найти место для парковки. А потом он встал и пошел в свой кабинет, чтобы начать работу. Он не потрудился попрощаться с ней, просто ушел по своим делам.