Питая слабость к стихам, Ганорратов требовал того же от подчиненных. Парогонов успел подготовиться. Он козырнул, откашлялся и вкрадчиво объявил название:
- "Были и не были".
Генерал отпихнул бумаги, откинулся в кресле и приготовился насладиться.
- А что было - быльем порастет, а чего не было - живьем зарастет, - выпалил Парогонов.
Ганорратов одобрительно расхохотался:
- Браво, капитан! Ты когда-нибудь будешь майором!
Воодушевленный капитан осмелел и перешел к следующему стихотворению:
- Ты зырь - как емок мочевой пузырь, - пробормотал он и густо залился краской.
Ганорратов пригрозил ему пальцем. Потом оглянулся на Президента, машинально пригрозил и ему. Недавно тот, уставший жечь неопалимую зеленку, безжизненно бушевал и ругал Ганорратова: "Теперь понятно, почему эта нечисть множится и руки-ноги отрастают заново!"
"Ну и понимай, как знаешь", - усмехался про себя генерал. Гарант, не имея доказательств, брал его на басовый пушечный понт. Понимая, что перед ним грибной двойник, которого он сам же во время оно и подготовил и который успел проколоться на сортирной тематике, генерал не сердился на Президента.
Но Ганорратов знал, что еще пара-другая операций вроде сегодняшней - и он погибнет. По счастливой случайности вышло так, что оборотень сдал ему всю документацию не далее, как вчера. Генерал собирался продвинуть его на пару клеток, готовя в ферзи, а в кабинет посадить нового, изготовленного из ни о чем не подозревавшего Парогонова.
- Присаживайся, - он помрачнел, нашарил телевизионный пульт. Предмет шарахнулся от страшной лапы, но Ганорратов изловил его и нацелил в пасмурный экран. Парогонов выбрал себе стул пожестче, устроился на краешке. Он сидел чопорно, готовый с одинаковой вдумчивостью смотреть, что угодно - мультфильм или военную хронику.
Экран зашуршал.
"Титров нет", - озабоченно подумал капитан.
Секунду спустя он увидел свирепую харю, нависшую над другой, перепуганной. Третий персонаж, в котором Парогонов узнал Алимента Козлова, отскочил и съежился в углу.
Капитан рассмеялся и указал на него пальцем, словно увидел народного комического любимца.
Черты перепуганной физиономии разгладились, на ней появилось умиротворенное выражение. Причиной тому был мощный локоть, напрягшийся чуть ниже подбородка.
- Двойник? - удивленно спросил Парогонов. - По-моему, я всех переловил. Последний сидит в карцере.
- Да нет, не думаю, что двойник, - процедил генерал в ответ.
Парогонов молча следил, как оборотень превращался сначала в лужу, а потом - в облако. Горилла в тельняшке победно завыла и затрясла ручищами. В кабинет ворвались пятнистые тени, одна из них навела на Парогонова пистолет и выстрелила. Капитан по-животному вздрогнул, экран погас.
Ганорратов тяжело встал, отомкнул сейф и достал плоский коньяк. Другой рукой он подцепил немытые фужеры, запустив пальцы внутрь.
- Что думаешь? - прохрипел он сумрачно.
Парогонов кашлянул в кулак.
- Забегали, - сказал он глухо.
Генерал задумался. Побулькав над фужерами, он дернул воротник, расстегнул верхнюю пуговицу.
- Вся компания здесь, - сообщил он после паузы. - Зачем? С чего они так осмелели?
- Не иначе, к нам подбираются, - предположил капитан.
- А дубля к чему мочить?
- Трудно сказать, - откровенно признался Парогонов.
Генерал вылил в себя содержимое фужера и громко почавкал. Капитан выдохнул, последовал его примеру и удовлетворенно сощурился.