Шестерни песочных часов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Пролог

Удары множества клинков раздавались оглушительным звоном по всей долине Хакаро, извещая окрестность о великой битве. Десятки тысяч солдат из двух воинствующих армий смешались в одну кучу, беспрестанно нанося удары и нещадно уменьшая количество врага.

Войско северян Рагрина Касси ураганом прошло по всему востоку материка, громя армии великих держав и ставя на их башнях свои знамена. Последним оплотом сопротивления старого порядка оставалась Нимея. Армия этого государства насчитывала больше двадцати тысяч воинов и занимала огромную часть юга, при этом не проигрывая ни одного сражения уже больше ста лет. Но даже она начинала отступать под напором столь грозного врага. Первая битва была проиграна подчистую, и в ней Нимея понесла немалые утраты: непобедимая империя потеряла несколько тысяч воинов и отступила с приличной части богатых земель.

Ко второму сражению главнокомандующие подготовились гораздо тщательнее, так как оно вполне могло стать решающим. Столкновение произошло на открытом поле, близ реки Асвана. Северяне на полном ходу влетели в обороняющихся, на секунду заставив их отступить. Однако оправившись от первого удара, нимейцы собрались духом и уже во всю рубили отважных противников. Южане понимали всю грандиозность упавшей на них ответственности и потому дрались не на жизнь, а на смерть.

— За единственно верного Бога — за Рагрина! Убьем неверных! — то и дело доносились до ушей Эзопиана лозунги соотечественников.

— За Касси! — быстро, но громко выкрикнул молодой воин, подбадривая товарищей.

Эзопиан, уже порядком запачканный чужой кровью, наносил изящные удары бесчисленным врагам, вонзая в одного за другим свой меч. Нимейцы казались бесконечными — на одного убитого из ниоткуда появлялось два живых и свежих противника. Но и Эзопиан был не промах, он раз за разом повторял процедуру, оставаясь при этом невредимым. Неумолимо, метр за метром, северяне продвигались вперед, шагая по сотням трупов друзей и врагов.

— Нас обошли! — вдруг донесся неистовый вопль откуда-то слева. — Нас зажимают в кольцо!

Теперь воину стало понятно, почему противник так просто отдавал позиции — это был хитрый план. Нимейцы позволяли врагам оказаться в самой гуще, после чего обступали их и зажимали в кольцо. Не то чтобы северяне никогда до этого не попадались в подобную ловушку, но в пылу сражения, имея непобедимую армию, думать о таких мелочах, как тактика, никому не хотелось.

— Отряд Розалина и Гермена — на правый фланг! — прокричал полевой командир, после чего раздался оглушительный рев рога.

В такой суматохе слова командующего бесследно утонули в гуле тысяч голосов. Однако на звуки рога северяне отреагировали молниеносно и тут же начали перестроение. Мельком оглянувшись, Эзопиан заметил, что сзади почти не осталось солдат, кроме нескольких зеленых новичков, жавшихся друг к другу от страха.

— Ничего — прорвемся! — будто читая мысли друга, произнес рядом стоящий Керхаг.

— Конечно прорвемся! — поддержал его Эзопиан, уворачиваясь от очередного удара противника.

— Пусть нас запомнят! — прокричал Хорик, который с двух ног влетел в толпу нимейцев, повалив нескольких на землю. — Получай! Получай!

Увидев боевой настрой друга, оба невольно рассмеялись и последовали ему на помощь. Она была очень кстати — на Хорика набросилось по меньшей мере четыре противника.

Прикончив очередного врага, Эзопиан осмотрелся в поиске следующего оппонента. Его взгляд встретился с невысоким южанином, который как раз направлялся в его сторону. Лоб мужчины был изборожден морщинами, а на лице виднелся длинный шрам от лезвия. Весь его внешний вид свидетельствовал о немалом опыте и не дюжинных умениях в боевом ремесле. Первым же ударом, который пришелся в защиту, нимеец заставил Эзопиана отступить. Не ожидая такого напора, парень попятился, но тут же принял устойчивое положение и шагнул вперед, делая выпад. Противник с легкостью уклонился от атаки и нанес новый удар, который пришелся по мечу, и едва не выбил его из рук парня. Северянин сделал паузу, выжидая момента. И, парировав несколько ударов щитом, снова попытался донести до противника свою атаку. Однако, как только он сделал замах, то почувствовал резкий толчок в щит, после чего моментально оказался на земле: нимеец толкнул его левой ногой, отбросив как пушинку. Быстро поднявшись, Эзопиан снова нанес колющий удар, но и на этот раз он не достиг цели — южанин оказался сбоку и уже пытался отрубить парню голову. Острие просвистело возле уха, чудом не задев парня. Видя свою беспомощность, он перестал наносить хоть какие-то удары, и просто прикрывался мечом, выжидая момента.

После очередной атаки врага деревянный щит Эзопиана треснул. Не успел воин опомниться и понять, что произошло, как еще один удар и вовсе лишил его защиты, расколов щит на две части. Молодой воин быстро высунул раненую руку из деревянных ошметков и убрал ее назад, меняя стойку. По ладони горячей струей стекала кровь, но обращать внимания на такие мелочи просто не было времени. Опытный нимеец, видя свой успех, тут же ринулся в активное наступление. Не имея больше никакой защиты, Эзопиан начал быстро отступать, спотыкаясь о изуродованные тела. Лезвие врага каждый раз пролетало в нескольких сантиметрах от головы северянина, и от этого становилось не по себе. Уворачиваясь от очередного удара, Эзопиана почувствовал легкий холодок на правой щеке, после которого по ней потекла теплая субстанция. Молодой воин больше не успевал за движениями старого пройдохи: его руки устали, а в глазах темнело от нехватки воздуха.

Делая очередной замах, нимеец неожиданно обмяк и рухнул на землю. Сзади его шеи виднелась длинная глубокая красная полоска. Не помня себя от радости, Эзопиан издал громкий крик и поднял глаза.

— Больше спасать не буду, — улыбаясь произнес Керхаг, стоящий над поверженным врагом.

Мужчина кинул быстрый взгляд в орущую толпу за собой и снова бросился в самую гущу сражения. Эзопиан без сил рухнул на колени, жадно хватая ртом воздух, его руки жгуче болели, а сердце все еще билось в несколько раз быстрее обычного. Несмотря на усталость, опершись на меч, он кое-как поднялся и быстрым шагом направился в бой.

Северяне заметно продвинулись вперед за время его отсутствия, оттесняя врага назад. Эзопиан протиснулся через других воинов и уже вовсю сражался с очередным противником.

— Я уж думал, ты не придешь, — шутливо крикнул стоящий рядом Керхаг. — Я тут уже…

Его фраза прервалась на полуслове, а на Эзопиана фонтаном брызнула кровь. Парень повернул голову и издал невольный стон: шея друга была перерезана, он хватался руками за горло, пытаясь остановить красную жидкость, но все было напрасно. Ранивший его нимеец бесцеремонно вонзил в живот северянина свой меч, радостно прокричав что-то на своем. Не помня себя от злости, Эзопиан бросился на врага и обрушил на него град размашистых ударов. Не ожидая такого напора, противник попятился, уходя в глухую защиту. Однако один из ударов все-таки достиг цели, разрубив голову. Южанин тут же упал ниц, не издав ни звука. Парень склонился над другом и проверил его дыхание — Керхаг был мертв.

Вдруг снова послышался звук рога. Только на этот раз он прозвучал дважды, и в армии северян началась суматоха. Подняв глаза, Эзопиан заметил недоумевающих врагов, которые оторвались от битвы и в изумление смотрели куда-то в бок. Парень тоже посмотрел в ту сторону, и его дыхание замерло — десятки врагов поднялись в воздух и беспомощно махали конечностями, пытаясь спуститься. Секунда, и все эти несчастные с бешеной скоростью уже летели вниз, разбиваясь о землю. Один из них упал в трех метрах от юноши, раздавив нескольких своих товарищей. Некоторые из нимейцев тут же начали в ужасе убегать, но большинство осталось на своих местах.

Две армии застыли в ожидании, и просто наблюдали за происходящим. Эзопиан с благоговением протянул руки вперед и быстро что-то затараторил себе под нос. Дочитав молитву, он протиснулся вперед и оказался аккурат на линии соприкосновении двух армий, сейчас между ними сохранялось расстояние в несколько метров. Его взору представилась огромная часть поля, усыпанная трупами. Вокруг нее, сформировав полукольцо, стояли нимейцы, и с опаской следили за происходящим. По открытому полю шагал человек в золотых доспехах с победоносно поднятыми вверх руками. Когда парень увидел этого человека, то мигом упал на колени, положив голову на землю. Его примеру последовали и остальные северяне — сотни вояк припали лбом к земле, что-то бормоча под нос. Когда рыцарь в золотых доспехах делал движение кистью, несколько десятков южан взмывало в воздух или же их просто откидывало назад. В такие моменты шепот молящихся становился на порядок громче, и к нему добавлялись выкрики поддержки.

Слева от себя Эзопиан услышал какую-то суматоху — нимейцы оправились от первого шока и снова ринулись вперед, дабы продолжить битву. Парень быстро вскочил на ноги и с бешеными криками: “За единственно верного!” взмахнул мечом.

Но теперь нимейцы почти не обращали на вояк никакого внимания, их целью был Рагрин — одинокий воин в центре. Южане со всех сторон массово ринулись к нему, дабы устранить главную угрозу, но не успевали приблизиться к божеству и на десяток метров, как их настигала невидимая кара. Переосмыслив тактику, нимейцы принялись метать в воина копья, правда не одно из них так и не достигло цели, ударившись о невидимую стену.

Войско северян без проблем уничтожало отвлекшихся противников, и вскоре количество нападающих южан снизилось в несколько раз. Видя свою беспомощность, правый фланг нимейцев застыл на месте и больше не пытался нападать. Южане демонстративно положили оружие и подняли руки в знак сдачи. На несколько секунд на поле брани повисла непривычная тишина. Вслед за которой раздались радостные возгласы северян. Вдали еще были слышны разъярённые звуки битвы, но и они начинали понемногу затихать.

— Раг-рин! Раг-рин! — кричал в такт с толпой Эзопиан, делая шаг в сторону сдавшихся противников.

Однако, мельком посмотрев на одного из нимейцев, парень вдруг застыл на месте. Куски доспехов южанина разлетались в разные стороны вместе с его кожей. Он крутился по сторонам, зовя на помощь и хватаясь за кровоточащие раны. Неожиданно нимеец замер и взглядом полного ужаса посмотрел прямо в глаза Эзопиана. Раздался хлопок, и он множеством мелких частиц разлетелся в разные стороны, оставив на своем месте лишь лужу крови. Подобное повторялось и с другими южанами.