Мифы северных народов России для детей: читать начало книги онлайн

• чукотско-камчатская группа — чукчи, коряки, ительмены, алюторцы, кереки;

• эскимосско-алеутская группа — эскимосы, алеуты.

Палеоазиатские языки не представляют собой семью, хотя в чукотско-камчатскую группу и эскимосско-алеутскую группу входят родственные языки. На палеоазиатских языках говорили древние жители Северной Азии, но потом их вытеснили другие народы.

Помимо языков, народы Севера отличаются и численностью. Мы уже познакомились с манси (в настоящее время насчитывается 12 000 человек), хантами (31 000), чукчами (16 000) и хакасами (61 000). Крупные ли это народы? Смотря с чем сравнивать. Есть народы с намного большей численностью: якуты (478 000), буряты (460 000). А вот кереков всего 23 человека.

Эти цифры нам известны благодаря Всероссийской переписи населения 2020–2021 годов, но они приблизительны. Не только потому, что довольно трудно посчитать всех, но и потому, что «национальность», как и «народ», — очень сложное понятие.

Долгое время предполагали, что у человека только одна национальность. А как быть в ситуациях, когда мама и папа — представители разных народов? Кто тогда ребенок? Для упрощения подсчетов раньше родители выбирали ему одну из национальностей, что позволяло избежать путаницы в цифрах, но не совсем точно отражало реальный этнический состав населения. В прошедшей переписи впервые в истории разрешили указывать несколько национальностей, но этой возможностью воспользовались не все. Тем не менее, используя данные переписи, можно примерно представить, сколько человек определенного народа проживает на территории России.

Откуда мы знаем, как жили и живут северные народы? Изучение других культур — серьезное дело, для этого необходимо знать язык и быть очень внимательным ко всему, что происходит вокруг. Исследование культуры народа начинается с описания его языка, обычаев, образа жизни. Этим занимаются этнографы, а само слово «этнография» образовано из греческих слов «этнос» — «народ», «графо» — «пишу».

Одна из первых работ по этнографии Сибири так и называлась: «Описание земли Камчатки». Студенту Степану Крашенинникову было всего 22 года, когда ему повезло стать участником Великой Северной экспедиции 1733–1736 годов[6]. Он захотел изучить полуостров Камчатка, отделился от основной экспедиции, чуть не погиб в кораблекрушении, но выжил и исходил Камчатку вдоль и поперек.

Многие люди отправлялись на немыслимые тогда расстояния, чтобы увидеть, описать и понять жителей Севера. Большой вклад в этнографию внесли ученые, которых отправляли на Север в ссылку, ведь у них появилась возможность долгое время провести вместе с другими народами и глубоко погрузиться в их жизнь. Такой способ исследований, когда ученый может наблюдать повседневную жизнь изнутри сообщества, называют включенным наблюдением. Владимир Иохельсон (1855–1937) жил среди юкагиров, Владимир Богораз (1865–1936) изучал чукчей, Льву Штернбергу (1861–1927) удалось изучить айнов и нивхов[7]. Позже, вернувшись из ссылки, Штернберг отправил своего студента Ерухима Крейновича на Сахалин. Крейнович учил нивхский язык и захотел исследовать этот малоизвестный на тот момент народ. В 1926 году он наконец познакомился с первым нивхом и описал свои впечатления и мифы этого народа.

нивхский миф

Раньше нивхи и морские существа чхарур жили в мире. Чхарур похожи на людей, но у них очень длинные ноги, и они живут в море, охотятся на нерп. Когда море светится — говорят, что это видны костры чхарур.

Когда нивхи-мужчины уезжали на промысел, то чхарур могли прийти в селение и сварить в их котлах мясо нерп. Но однажды нивх женился на женщине из другого рода, и она не знала обычаев. Когда она укладывала ребенка спать, в дом вошел чхарур. Женщина испугалась и бросила в него заячью шкуру, которой застилала колыбель. Чхарур умер от страха, потому что заяц для его народа — самый страшный злой дух.

С тех пор чхарур мстят нивхам, а нивхи всегда кладут за пазуху кусочек заячьей шкурки. Во время промысла чхарур подплывают к нивхам на лодке и спрашивают: «Что вы тут делаете?» Нивхи знают, что отвечать нельзя, нужно лишь показать заячий хвост — и тогда чхарур уплывут.

Может показаться странным, что исследователям нужно провести с другим народом долгое время (лучше больше года) для того, чтобы понять его. Но не все особенности так просто заметить. Возьмем для примера ориентацию в пространстве. Ведь есть компас, который показывает, где север, юг, запад и восток. Что тут сложного? Крейнович сначала тоже так думал. Но оказалось, что не для всех народов так важен компас. Если вы живете на острове, например на Сахалине, как нивхи, и много рыбачите, то компас вам мало поможет. Для того чтобы объяснить, как куда-то пройти, более надежным и понятным ориентиром будут реки или горы: вверх или вниз по течению реки, из леса к берегу реки или с вершины горы к ее подножью, с воды к берегу или от берега в глубь суши, от берега к воде или от берега на берег. Для всех этих направлений в языке есть специальные короткие слова, с помощью которых легко объяснить дорогу: вместо того чтобы говорить «вверх по течению реки» (4 слова), можно сказать кхэкэр, что гораздо короче!

Часто при знакомстве с другими культурами кажется, что мышление людей раньше сильно отличалось и было не таким логичным, как у нас. Неужели люди всерьез думали, что камень, добытый из желудка оленя, — это камень, посланный богом, и теперь он будет им помогать? Такое представление было очень распространено у охотников, причем нужно было уметь отличить подарок доброго бога от подарка злого духа, чтобы не попасть в беду.

Или зачем кормить огонь? Огонь ведь горит от дров, странно перед каждым приемом пищи угощать его маленьким кусочком жира… Но юкагиры считают, что на охоте первым делом надо покормить огонь, поделиться с ним любыми продуктами, которые у тебя есть.

И огонь, и камень-помощник из желудка оленя считаются предметами, которые могут воздействовать на реальный мир. Такие предметы исследователи называют культовыми, а у каждого народа они именуются по-своему. Это может быть фигурка бога или животного, необычный камень, гора причудливой формы или шкура непривычного цвета. Им приносили подарки, с ними разговаривали, их кормили и с ними торговались: например, якуты перед охотой мазали жиром только половину изображения духа охоты, а вторую половину — в случае, если она оказывалась удачной.

хантыйская быличка

Пошли как-то муж с женой и дочкой в тайгу. Долго шли, затем переночевали, а утром уголек от костра обжег мужу руку. Он разозлился, схватил топор и начал рубить костер. Жена испугалась — разве можно так делать?! — но не смогла остановить мужа. Шли они еще целый день, опять остановились на ночевку. Но в этот раз у мужа никак не получалось развести огонь. Стало холодно, и семья начала замерзать. Мужу удалось только маленький огонек зажечь. И говорит огонек:

— Утром ты меня рубанул, руку мне повредил. Теперь я зажгусь, только если дочку свою мне отдашь.

— Ей же больно будет!

— Не будет.

Пришлось им дочку в огонек поставить — а ей и правда не больно: стоит, смеется. А потом исчезла!

У чукчей в каждом доме были связки разных предметов: изображения предков, «огневая доска» (для добычи огня), клюв ворона, шкура песца или коготь медведя. Эти предметы считались домашними и семейными хранителями (тыйныквыт). Огонь, добытый на огневой доске, считался священным — только он подходил для ритуалов.

[6] Руководителем экспедиции был мореплаватель Витус Беринг (1681–1741), открывший многие земли. Ты можешь найти на карте Берингов пролив и Берингово море — это главные его открытия.

[7] Нивхский язык, как и айнский, относят к числу изолированных. По своей культуре нивхи близки народам, разговаривающим на палеоазиатских языках (чукчам, корякам и др.), и по этой причине их часто объединяют в одну категорию.