MoreKnig.org

ТАЙНЫ ФАЛЬСИФИКАЦИИ: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Козлов Владимир



Шрифт:

К. Ф Рылеев Марфа Посадница

В этой главе речь пойдет о подделке, которой было суждено появиться стремительно на небосклоне отечественной словесности и исторической науки, вызвать подлинное смятение не только у широкой публики, но и у специалистов, прожить короткую жизнь, оставив после себя скандальную память, а затем, спустя десятилетия, вновь возбудить воображение читателей, чтобы в конце концов оказаться окончательно разоблаченной.

В 1847 г в неофициальной части нескольких номеров «Новгородских губернских ведомостей» был опубликован древний текст, содержавший повествование старицы Марии, урожденной Одоевской, о своей жизни1. Русского читателя 40-х гг. XIX в. было уже трудно удивить мемуарами соотечественников, даже женщин, – стоит в этой связи вспомнить широко ходившие по рукам списки воспоминаний Екатерины II или княгини Е. Р. Дашковой. Но и у искушенного читателя при знакомстве с «Новгородскими губернскими ведомостями» неизбежно возникало душевное волнение – ведь в них шла речь о мемуарах женщины, жившей на рубеже XV – XVI вв., княжны Серафимы (в монашестве Марии) Михайловны Одоевской.

Из предисловия и примечаний к публикации Р. Иванова становилось известно, что текст мемуаров взят дословно из фрагмента пергаменной рукописи, ветхой настолько, что часть текста прочитать оказалось невозможно. По словам издателя, рукопись вместе с рядом других он получил через некоего Кисленского от его родственницы, монахини новгородского Духова монастыря. Публикация сопровождалась кратким описанием подлинника и палеографическим снимком почерка, которым он был написан. В предисловии указывалось, что княжна Одоевская – реальное историческое лицо: в 1545 г. она значилась игуменьей новгородского Михайловского Рождественского монастыря (в XIX в. – это уже церковь Рождества Богородицы на Молоткове). «Рукопись или дневник игуменьи Марии, – писал Иванов, – замечателен по самому рассказу, характеризующему дух времени, и, наконец, по тому, что он объясняет некоторые события истории Новгорода в начале XVI века, когда еще недавно падший город мечтал возвратить свой прежний быт».

Для дальнейшего рассказа есть смысл кратко изложить содержание мемуаров княжны Одоевской. Они начинаются воспоминаниями княжны о своем детстве, семье, пришедшей в Новгород из Торопца, и друзьях. Среди последних особенно любезным ее сердцу был некий Назарий, сирота, взятый отцом Серафимы на воспитание. В детстве Серафима была ему постоянным товарищем в играх. Но Назарий вырос и был отправлен в Ригу, где получил хорошее образование, даже знание языков, в том числе немецкого.

Спустя годы Назарий вернулся в Новгород. Здесь оценили его знания, сделав «дьяком» на вече. Он стал любимцем новгородского владыки, бояр и «житых людей». Увидев его, а затем перекинувшись с ним несколькими словами, Серафима поняла, что ее детская привязанность к Назарию переросла в любовь, которая оказалась взаимной.

Однако суровые нравы тогдашнего времени помешали соединиться двум любящим сердцам. Однажды отец Серафимы прогнал Назария из дому, а дочери велел готовиться к замужеству с душевнобольным десятилетним сыном новгородского тысяцкого Василия Максимовича – Дмитрием. Состоялось сватовство, во время которого появился разгневанный Назарий и пригрозил, что он скоро заявится в Новгород с войском.

Подготовка к свадьбе шла полным ходом, когда стало известно об отъезде Назария в Москву. Одновременно в Новгороде появились слухи о том, что великий князь Иван Васильевич «воспаляся гневом на свою родовую отчину Великий Новгород». Серафима только радовалась поначалу этим слухам, так как надеялась на расстройство ее замужества. На семейном совете было решено отправить молодую княжну к родственникам в Порхов. Здесь княжна узнала, что Назарий, находясь в Москве, предал Новгород: он рассказал великому князю о «великих изменах» новгородских бояр и владыки. Великий князь собрал в «Разрядной палате» совет, на котором решалось, как поступить с Новгородом. Говорили, что не надо обижать Новгород, нельзя верить ни Назарию, ни его товарищам – «Захару-дьяку» и «Николо-Бельскому игумену Сидору». Их велели привести на совет, и они показали, что в Новгороде многие не хотят веча, власти посадников, мечтают перейти под власть великого князя, сообщили об изменах, особенно владыки Феофила, посадника Короба, тысяцких Максимова и Федора Борецкого, брата жениха Серафимы. Великий князь обещал казнь Новгороду. Вскоре был взят в Москву некий Фома, закован в железа и посажен в поруб.

Узнав все это, Серафима горько плакала, переживая за судьбу новгородцев и сожалея об измене Назария.

Между тем слуги, побывавшие в Новгороде, привозили в Пор-хов все более угрожающие известия. Однажды они сообщили, что пришел из Москвы какой-то человек и в Новгороде случились «смерти»: убили брата некоей Юлии Яковлевны, зарезали какого-то Козьму, народ бросал друг друга с моста у св. Арсения, разорвал мантию игумена, с трудом унявшего бунт. Одни новгородцы угрожали Москве, другие поносили их неразумие и молились за здоровье великого князя Ивана Васильевича.

Тем временем из Москвы прибыл боярин с требованием уничтожить вече. Его угощали, пытались уговорить, но, несмотря на это, новгородцам было обещано разорение. Обеспокоенный отец Серафимы решил пойти на поклон к великому князю и послал в Москву с челобитной сына, отказавшись от предложения Федора Борецкого стать воеводой во главе новгородского войска.

Опасаясь московской силы, Серафима вместе с родственниками решила бежать из Порхова в Псков. Около 300 холопов, имевших боевой опыт, пожелали сразиться с уже обступившими город войсками великого князя. Однако с последними пришел некий воевода, и как только он крикнул, холопы упали на землю, не смея встать и ожидая своего конца. С москвичами оказался и Назарий, потребовавший показать княжну. Он объяснился ей в любви. Но Серафима обвинила его в злодеяниях и предательстве Новгорода, потребовав раскаяния. Назарий, пораженный гневом и смелостью княжны, обещал покаяться и ушел. Воспользовавшись суматохой, Серафима бежала во Псков, где увидела собравшуюся рать, которая по повелению великого князя направлялась к москвичам для похода на Новгород. В Пскове Серафима получила важные известия от оказавшегося там новгородского купца. Он сообщил о хорошем приеме великим князем ее брата. Иван III уже прибыл под Новгород, где ему ударил челом тысяцкий Василий Максимович. Последний сказал, что новгородцы задумали убить великого князя. Душой заговора оказался Федор Борецкий. Уже четыре недели Новгород находился в осаде, жители его на вече решали: сдаться или продолжить оборону. Но самое главное, купец сообщил о признании Назария в клевете на Новгород, после чего он стал злейшим врагом великого князя, приказавшего заковать его в кандалы и посадить в яму. Многие из окружения великого князя жалели Назария, ценя его ум, да и сам Иван Васильевич раньше прочил ему блестящую судьбу деятеля «лучше Гусева и Бородатого». Среди заступников Назария был даже старший сын великого князя Иван Иванович.

Рассказ купца поразил Серафиму, она тяжело заболела. Выздоровев через восемь недель, княжна узнала, что 13 января великий князь вошел в Новгород, жители города целовали ему крест, признав правдой рассказанное ранее Ивану Васильевичу Назарием, Захаром и Сидором. Услышав это, Серафима негодовала на слабость, легковерие народа, его малодушие и страх.

Подчинясь воле отца, Серафима возвратилась в Новгород и увидела, что там все тихо, как в могиле, люди ходят как тени, опасаясь говорить друг с другом. Однажды она увидела в доме Марка Степановича великого князя, который спросил у отца, сколько лет они живут в Новгороде (оказалось, лет пятнадцать или более).

Обстановка в Новгороде тяготила молодую княжну. Уступая ее просьбам, отец отдал Серафиму в Рождественский монастырь. Как-то ей приснился сон: с неба сбросили тело Назария. На следующий день в монастырь привезли мертвеца. В нем Серафима узнала Назария. Слуга сказал ей, что, когда великий князь приказал увезти Назария (очевидно, в Москву), того нашли мертвым. Серафима поклялась не покидать могилу своего суженого и стала готовиться к пострижению в монахини.

Далее, по словам издателя мемуаров, «после большого пропуска в тексте от ветхости следует монашеская жизнь, борьба со страстями и дьяволом, являвшимся ей в виде Назария, и, наконец, кратко о событиях 1500 года…». Мемуары продолжаются рассказом о попытках отца Серафимы, оказавшегося в милости у великого князя и получившего даже от него «отчину» в Шелон-ской пятине (принадлежала ранее Никольскому монастырю), вернуть дочь к мирской жизни, выдать ее замуж за тысяцкого и переехать в Москву.

Но у Серафимы к этому времени появилось новое увлечение, которому она отдавала все свободное время. Она начала списывать книги и летописец, благодаря бога и родителей за обучение ее грамоте, хотя многие из знакомых за глаза и в глаза поносили ее за это перед отцом.

Как-то в обитель Серафимы дошла весть, что в Москве есть один искусник Федор, из духовного звания. Он «писал» по дереву чернилами, переводил написанное на бумагу и называл все это печатным делом. Игуменья и другие считали Федора еретиком и требовали его сжечь. В народе возникла смута. Но великий князь любил книгопечатание, а Серафима страстно хотела видеть работу печатника Федора.

В заключительных страницах мемуаров сообщалось об аресте тысяцкого Максимова, грабеже имения владыки Феофила, его заточении в монастырь, отъезде в Москву отца княжны для участия в военных действиях против тверитян. Вскоре в Новгород пришла весть об отдаче города «в отчину» Василию Ивановичу, что было с большим воодушевлением встречено новгородцами. После этого в городе возникли беспорядки: начали убивать бояр, иных из них отвезли в Москву и ограбили, даже монахов и монахинь похищали из обителей и отвозили в другие города. Далее рассказывается о других событиях: разгроме немецкой божницы и аресте немецких купцов, пожаре на Плотницком конце, награждении отца Серафимы за поход на Тверь «отчиной» под городом Кашином в 250 дворов. Заканчиваются мемуары повествованием о пострижении Серафимы в монахини под именем Марии.

Написанные «старинным» языком мемуары старицы Марии о своей несостоявшейся любви не могли не произвести сильного впечатления. Из глубины веков до читателей донесся голос бесхитростной, умной и наблюдательной женщины с несчастливой судьбой. Рассказ поражал чистотой чувств молодой княжны, а также массой бытовых, политических, военных подробностей русской истории рубежа XV-XVI столетий. Мемуары представлялись ценнейшим, не имеющим аналога историческим источником для изучения истории Новгорода, да и общероссийской. И вместе с тем это была прекрасная старинная повесть о судьбе русской женщины.

Полинность памятника подкреплялась не только снимком с почерка рукописи, но и языком с массой непонятных слов и выражений, явно тяготевшим своей «неправильностью» к «старине». Показателем подлинности и древности рукописи являлся и текст ее последних страниц, где автор, назвав себя, сообщает о намерении рассказать все уже описанное ранее. Далее игуменья Мария размышляет о близости своего смертного часа и здесь же начинает вспоминать первые дни монашеской жизни. Текст мемуаров оборван на середине фразы.

Все это объясняет тот энтузиазм, с которым была встречена публикация рукописи старицы Марии. В какой-то мере его передает письмо И. С. Аксакова к отцу: «Погодин доказывает, что это мистификация. Мне самому это кажется, если же нет, то это вещь предрагоценная. Хочется мне знать мнение Константина об этом предмете. Тут и война Иоанна III с Новгородом. Непременно достаньте»2.

Однако восторг читателей по поводу этого «открытия» мог продолжаться только до появления статьи М. П. Погодина, посвященной разоблачению подделки. Опубликовав свой перевод мемуаров, Погодин в заключение писал: «Читатели, без сомнения, обрадовались этому важному открытию, прочтя с живейшим любопытством признания русской боярышни-монахини XV века… Все это было со мною: лишь только достал я новгородские листы и пробежал их, как тотчас написал записки к друзьям с известием о найденной драгоценности, чтоб поделиться радостью, и принялся переводить рукопись на нынешний русский язык…, но с десятой строки радость моя начала охлаждаться, возродилось сомнение»3.

По мере работы над рукописью сомнения Погодина перешли в уверенность. Он отмечал, что в «мемуарах» Иван III спутан с Иваном Грозным; в руках старицы Марии оказывается печатная книга, которая в России появилась спустя полвека после описываемого в источнике времени; первым печатником был Иван Федоров, а не Федор; назвать думного дьяка XV в. Подвойским думным дьяком – все равно что назвать в XIX в. частного пристава квартальным частным приставом; говорить о немецком госте купеческом равнозначно выражению «военный солдат»; никакая боярыня никогда не назовет своего отца только по имени и т. д. Убийственным был и палеографический анализ приложенного образца почерка рукописи. «Вы говорите, – обращался Погодин к издателю, – что ваша рукопись харатейная, но пергамен никогда не склеивался, а сшивался, и на пергамене никогда не писалось в таком малом формате… Столбцы склеивались вдоль бумажные»4. Найдя все эти несообразности, продолжал Погодин, он далее стал замечать их едва ли не через каждую строку. Нет, заключил критик, обращаясь к автору подделки, «вы не искусились еще сполна в истории». Впрочем, Погодин оставлял ему шанс поспорить: «Если новгородский Макферсон не удовольствуется моими замечаниями, то благоволит он прислать свою рукопись в Москву, в Университет, историческое общество, или куда угодно… окажется ваша [рукопись] на нашем присяжном суде подлинною, то я попрошу у вас извинения так же торжественно, как теперь обвиняю – но этого быть не может»5.

Разумеется, «новгородский Макферсон» предпочел благоразумно промолчать. Однако читатель ошибется, если подумает, что «мемуары» старицы Марии на этом окончили свою жизнь. Еще не раз после этого они издавались, поражая воображение неискушенных читателей: в 1850 г. в «Ярославских губернских ведомостях», через десять лет – во «Владимирских губернских ведомостях» и в 1874 г. – в «Олонецких губернских ведомостях». И хотя сколько-нибудь знакомому с историей, а тем более со статьей Погодина, было абсолютно ясно, что это подделка, в 1857 г. А. Н. Пыпин привел дополнительные доказательства подлога. Исторический и палеографический анализ, произведенный Погодиным, он дополнил анализом филологическим – рассмотрением мемуаров с точки зрения языка – и на конкретных примерах показал, что фальсификатор «или слишком насиловал древний язык XV – XVI столетий, или же вставлял в него новейшие обороты»6.

Кажется, после столь сурового приговора известного ученого «мемуары» старицы Марии должны были бы окончательно исчезнуть из поля зрения музы истории Клио. Но все оказалось иначе. В 1912 г. они вновь издаются, на этот раз отдельной брошюрой и с предисловием библиографа С. Р. Минцлова. «Записки игумений Марки, – писал Минцлов, – драгоценное наследие, дошедшее до нас от начала шестнадцатого столетия». Они, продолжал он, «проливают свет и на некоторые события, имевшие место в Господине Великом Новгороде, только что утратившем свою самостоятельность»7.

Публикация Минцлова вызвала живой интерес новгородцев. 30 августа 1912 г. обсуждению вопроса о подлинности и достоверности «мемуаров» старицы Марии было посвящено специальное заседание новгородского Общества любителей древностей. С докладом выступил М. В. Муравьев. По его мнению, документ не выдерживал никакой исторической критики. Прежде всего в нем вымышлено главное действующее лицо. В конце XV – начале XVI в. не существовало княжны Серафимы Михайловны из рода Одоевских. Таковая известна по достоверным источникам как игуменья Мария Рождественского монастыря не в Новгороде, а в Свияжске, ста пятьюдесятью годами позже (умерла в 1654 г.). Далее, во второй половине XV в. князья Одоевские значились еще удельными князьями, их представители не могли быть ни в Торопце, ни в Новгороде. Вплоть до 1484 г. никто не был пожалован московским великим князем землями в Новгородской земле, но даже и среди испомещенных в этом году Одоевские не значатся. В 1478 г. не конфисковывалась земля Никольского монастыря в Шелонской пятине8.

Эти и ряд других аргументов Муравьева было трудно оспорить. Поэтому в ответ Минцлов попытался перевести спор в иные плоскости. По его словам, Муравьев отказался от палеографического и лингвинистического анализа «мемуаров», сосредоточив внимание на исторических неточностях, вкравшихся по вине древних переписчиков. Всякая подделка должна преследовать какую-то цель. Так как в данном случае такая цель не просматривается, фальсификация, с точки зрения Минцлова, теряла всякий смысл. Он просил учесть также и ряд второстепенных обстоятельств, говорящих в пользу подлинности памятника: женщины, отмечает он, всегда были плохими историками, что оправдывает неточности «мемуаров». И наконец, игуменья Мария значится под 1517 г. в Синодике Михайлицкой церкви9.

Экспертиза «мемуаров» старицы Марии была продолжена в докладе И. С. Романцева. Основной упор в нем был сделан на сравнении их с подлинными источниками, повествующими о событиях рубежа XV – XVI вв. Прежде всего «в описываемую княжной Серафимой Одоевской эпоху было историческое лицо, называвшееся Назарием подвойским; он сыграл заметную роль в истории падения Новгорода; события, связанные с его именем в рукописи, не являются невероятными, они скорее возможны, чем невозможны…». Еще один герой «мемуаров» – тысяцкий Василий Максимович – также реальный деятель Новгорода, подробности о его жизни по «мемуарам» неизвестны, но они «совершенно вероятны». Генеалогические данные не подтверждают, но и не опровергают этих показаний. Зато рассказ о типографщике Федоре показывает, что «мемуары» – «позднейшая подделка». Роман-цев привел многочисленные совпадения показаний «мемуаров» и реально существующих источников. Все это, по его заключению, «вселяет сомнения» в подлинности «мемуаров». Кто является их автором, сказать нельзя, но рукопись не «является подлинной», хотя из этого не следует, что она – «безусловная подделка»10.

Доклад Романцева производил впечатление вполне объективной оценки «мемуаров» Докладчик постоянно подчеркивал двойственность результатов своего анализа. Однако он сам не заметил, что эта двойственность оказалась созданной искусственно им же, поскольку все противоречащее в «мемуарах» историческим реалиям XV – XVI вв в конце концов обнаруживало систему неточностей, ошибок, объяснить которые удавалось лишь на основе все новых и новых гипотез, допущений, догадок и домыслов. Именно эта система и говорила о фальсифицированном характере «мемуаров».

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Путь моих грехов
Путь моих грехов
[Современная проза / Приключения / Фантастика / Попаданцы]
Поиски редкого артефакта привели капитана пиратов Изабеллу в Монтану. Но она, кажется, отлично справилась
0
Вайолет. Узнай
Вайолет. Узнай
[Современные любовные романы / Проза / Роман]
Она: Со стороны моя жизнь идеальна. Парень — капитан футбольной команды. Подруги с детства. Дом на острове, где по ночам горит зелёный маяк. А потом папа женится, и в комнате напротив моей поселяется
0
Развод. Второй шанс.
Развод. Второй шанс.
[Психология / Секс и семейная психология / Проза / Современная проза]
Двадцать лет я была идеальной декорацией для его успешной жизни. Валентина Берёза — законная жена, которая терпит , держит лицо перед прессой и воспитывает двоих детей. Наш брак превратился в грязную
0
Развод. Симптомы лжи. Книга 1
Развод. Симптомы лжи. Книга 1
[Психология / Секс и семейная психология / Медицина / Современная проза]
– Ты этого не сделаешь, – сказал он, когда я сказала про развод. – Ты никто без меня. Приползёшь обратно. – Хорошо, что ты так думаешь. Потому что я не приползу. И все сделаю, чтобы тебя больше не
0
Дворник 39-го уровня. Том 16
Дворник 39-го уровня. Том 16
[Современная проза / Приключения / ЛитРПГ (LitRPG) / Юмор]
Первый том здесь Современная Россия, июль 2026 года. Наш герой тяжело болеет и чтобы заработать на лекарства, он и его мать пашут как проклятые. Но в один прекрасный день всё меняется, он
0
Путь к бессмертию. Том 8
Путь к бессмертию. Том 8
[Роман / Приключения / Фантастика]
Я умер преданный всеми. И переродился в мире бессмертных культиваторов. Тут у меня нет ни таланта, ни богатой семьи. Только желание — никогда больше не умирать. Кто сказал, что без таланта и
1
Жнец и Ворон
Жнец и Ворон
[Детективы / Триллер / Боевик / Современные любовные романы]
????Дарк–роман.???? Справедливость не всегда приходит в мантии судьи. Иногда она приходит в маске. И с ножом в руке. В криминальном подполье шепчут два имени — Ворон и Жнец. Они появляются там, где
0
Врач для Алисы. Босс под прикрытием
Врач для Алисы. Босс под прикрытием
[Дом и семья / Психология / Секс и семейная психология / Современная проза]
— Вашей дочери нужен живой отец. — А вам какое дело? Вы — врач. Пришли, ушли, получили деньги. — А ещё я ваша соседка и три месяца смотрю, как Алиса разговаривает только с моим котом, потому
0
Система Геймдизайнера Олдфага. Том 1
Система Геймдизайнера Олдфага. Том 1
[Проза / Современная проза / Приключения]
В мире пережившим апокалипсис, люди живут в густонаселенных, высокотехнологичных городах, а все за их пределами населено жуткими монстрами, зомби и смертоносными порождениями магии. Люди
0
Добро Пожаловать в Бездну Том 8
Добро Пожаловать в Бездну Том 8
[Приключения / Фантастика / Фэнтези]
Японский студент Оримура Кейта неожиданно просыпается в странном месте похожем на его родной мир, но только разрушенный, наполненный чудовищами, магией и странными законами бытия, похожими на
0
Целительница для палача
Целительница для палача
[Любовное фэнтези / Приключения / Фэнтези]
Я умерла, спасая пациента, — и проснулась в чужом теле. Попаданка. Второй шанс? Пять лет назад я не села на свой самолёт. Жених, родители, друзья — погибли без меня. С тех пор я спасаю чужие
0
Легенда о неклишированном герое 1
Легенда о неклишированном герое 1
[Фэнтези / Попаданцы / Юмор]
Я спас девушку из-под автобуса. Она оказалась не совсем человеком и в благодарность устроила мне новую жизнь — с памятью, благородным происхождением и даром без «верхнего предела». Теперь я
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
13
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
7
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Второй шанс для Лекаря. Том 8
Второй шанс для Лекаря. Том 8
[Альтернативная история / Попаданцы / Исторические приключения / Самиздат]
Аннотация с первого тома: Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и
5
Имперец. Ранг 4. Воевода
Имперец. Ранг 4. Воевода
[Боевая фантастика / Боевое фэнтези]
Спасение цесаревича от пули принесло Александру титул, должность личного телохранителя и редкую магию стихий. Теперь он – правая рука наследника престола и командир его личного отряда особого
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
1
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
13
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
13
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
10
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Закат Плантагенетов. Драматическая история средневековой Англии
Закат Плантагенетов. Драматическая история средневековой Англии
[Исторические приключения / Историческая проза]
XIV столетие для Англии – время серьезных испытаний: военный конфликт с Шотландией, начавшаяся война с Францией, внутренние неурядицы и, наконец, Черная смерть – одна из самых масштабных эпидемий в
0
Развод с драконом. Я исцелю твой род без тебя
Развод с драконом. Я исцелю твой род без тебя
[Любовная фантастика]
В день, когда Каэль Ардан привёл меня на Совет Крылатых Домов, я думала, что ещё остаюсь его женой. Ошиблась. Он потребовал развода. Его род обвинил меня в слабости. Его мать уже выбрала ему новую
0
Вкус серебра
Вкус серебра
[Любовная фантастика]
Он следил за мной через каждое зеркало на протяжении веков. В королевстве Вирельда отражения под запретом, и говорят, что за стеклом обитает призрачный принц с голосом столь прекрасным, что он
0
Нулевой цикл
Нулевой цикл
[Современная проза / Контркультура]
«Верни мне мой 2007-й» – уже не актуально. «Нулевой цикл» вернет тебе целое десятилетие. Вниманию читателей предлагается книга, посвященная «поколению миллениума» – людей, чьи взросление и молодость
0
Его должница. Бой за любовь
Его должница. Бой за любовь
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
— Ты моя должница, — широкоплечий хозяин бойцовского клуба царапнул меня острым взглядом и хрипло рассмеялся. — Это я вытащил тебя из вонючей камеры! — И что? По какому курсу принимаете
0
Капитан под залог
Капитан под залог
[Любовная фантастика / Космическая фантастика]
Внести залог за Рейвена Блэкторна казалось огромной ошибкой. Он — капитан полиции, мой начальник и мужчина, в которого я год безнадёжно влюблена. Но когда я узнаю, что его подставил мой жених,
0
Жестокий никах: моя сестра заняла мое место
Жестокий никах: моя сестра заняла мое место
[Современные любовные романы / Эротика, Секс / Самиздат]
— Ты сама позвала Аду помогать, — холодно говорит мама. — Вот она и помогла. * — Помогла? — срываюсь я, едва сдерживая слёзы и злость. — Тем, что забрала моего мужа, пока я месяц лежала беспомощная
1
Жених (дракон) по наследству
Жених (дракон) по наследству
[Любовная фантастика / Юмористическая фантастика / Самиздат]
Я только рассталась с женихом из-за его измены, как древний артефакт решил, что мне подходит ещё один бабник… Но только дракон и в другом мире. Мне нужна любовь, а драконы любить не умеют. Все
1
Последний танец
Последний танец
[Полицейский детектив / Детективы]
Будьте знакомы – Деклан Миллер, главный герой новой детективной серии Марка Биллингема. Сержант Миллер, прекрасный сыщик, возвращается к работе после недавно пережитой трагедии. Его жена Алекс,
1
Грань силы
Грань силы
[Фанфик / Повесть / Попаданцы]
Фэндом: Marvel Comics Персонажи: оригинальный мужской персонаж, Пётр Распутин (Колосс), Сьюзан Шторм (Невидимая леди) Константин должен был умереть на полу тюремной камеры. Но разверзшиеся врата
1
Альфа Ориона. Миссия «Сатурн»
Альфа Ориона. Миссия «Сатурн»
[Детская фантастика / Научная фантастика]
Альфа Ориона – яркая красноватая звезда в созвездии Ориона. Она подарила свое имя космическому кораблю, который унесет в невероятное путешествие обычного российского школьника Мишку Сорокина… А
0
Цент на двох
Цент на двох
[Классическая проза]
У творах Френсіса Скотта Фіцджеральда (1896—1940), створених на початку 1920-х pp. — збірках новел «Flappers and Philosophers» (1920), «Tales of the Jazz Age» (1922) — зберігається здебільшого
0