MoreKnig.org

ТАЙНЫ ФАЛЬСИФИКАЦИИ: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Козлов Владимир



Шрифт:

Грамота, подделанная Н. Г. Головиным.

Читатель, верно, подумает, что нам неизвестно из достоверных источников ни о каком выступлении Екатерины II в Синоде накануне действительно имевшей место в ее царствование кампании (и достаточно успешной) по секуляризации церковных имений, закрепленной императорским указом 1763 г. Сам стиль «речи» – увещевательно-просительный – никак не укладывался в ту систему правления на принципах просвещенного абсолютизма, которая сложилась в царствование Екатерины II. Обер-прокурор Синода, своеобразный «приводной ремень» между царской и духовной властью, обычно ставил Синод в известность о любой воле монархини в выражениях, далеких от уговоров, с немедленным требованием исполнения. Фальсификация была очевидна, конечно, и Бодянскому (любопытный факт: именно во время его редактирования «Чтений» на их страницах опубликовано несколько фальсификаций с откровенно злободневным политическим звучанием), который отказался от ее какого-либо комментирования и даже не попытался объяснить читателям, когда могла говорить императрица свою «речь» в Синоде.

«Речь» Екатерины II, несомненно, представляла собой политический памфлет, актуальный в начале 60-х гг. XIX в. Как известно, буржуазные реформы 60 – 70-х гг. в России не коснулись церкви, которая сохранила свое правовое, хозяйственное и идеологическое положение, сложившееся ранее. Это не значит, что в общественном мнении страны не существовало проектов реформирования церкви. «Речь» Екатерины II в Синоде и являлась одним из отголосков таких проектов.

Мозаика подлогов, с которой познакомился читатель в этой главе, лишний раз подтверждает, сколь богата бывает история фальсификаций. И хотя права пословица: «Небылица на тараканьих ножках ходит», другая пословица тоже справедлива: «Врать не устать, было бы кому слушать». Так и в нашем случае: подлоги исторических источников, сколь бы неискусно они ни были выполнены, увы, всегда находят заинтересованных читателей.

ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ

Во всем есть своя мораль, нужно только уметь ее найти!

Льюис Кэрролл, Алиса в Стране чудес

Мы рассмотрели с разной степенью подробности около 150 подделок русских письменных исторических источников, изготовленных в XVIII – первой половине XIX в. Трудно сказать, в каком соотношении находится это число с реальным корпусом сфальсифицированных в этот период материалов: автор не претендует на полноту выявления уже разоблаченных подделок (хотя и стремился учесть их все). Невозможно дать и сегодня гарантии в том, что среди известных в настоящее время источников не бытуют искусно изготовленные в то время фальшивки. Тем не менее впервые выявленный более или менее полный корпус подделок XVIII – первой половины XIXв., обстоятельства, приемы, причины их изготовления дают основания для размышлений о феномене фальсификации письменных источников в России на протяжении полутора веков как общественно значимом явлении.

Остановимся прежде всего на его формальной стороне. Перед нами – более или менее равномерный процесс изготовления фальшивых письменных источников, исключая, может быть, «всплеск» изделий этого рода в самом конце XVIII – первой четверти XIX в. Мы видим как единичные фальсификации, вышедшие из-под пера отдельных лиц (П. Ю. Львова, П. А. Словцова, Д. И. Минаева, Д. Е. Василевского и др.) или ставшие плодом коллективного творчества («завещания» Петра I, Елизаветы Петровны, «Соборное деяние на мниха Мартина Арменина» и др.), так и целую индустрию фальсификаций, связанную с именами А. И. Бардина, А. И. Сулакадзева, И. П. Сахарова, Н. Г. Головина. Различны «жанры» фальсификаций, то есть виды источников, которые пытались выдать за подлинные: завещания, письма, летописные записи, акты светских и духовных соборов, сказания, сказки, загадки, записи писцов, описи библиотек, песни, дипломатические донесения, речи исторических деятелей, оснащенные атрибутикой древности копии подлинных письменных памятников, мемуары. Можно констатировать, что «жанры» подделок со временем усложнялись. Наиболее красноречивым свидетельством этого являются «мемуары» старицы Марии Одоевской – многослойная фальсификация, потребовавшая уже не только подлога видов реквизитов источника, но и значительного объема информации.

Каждая подделка имеет свое, неповторимое лицо с точки зрения техники ее изготовления, мотивов и обстоятельств создания, введения в общественный оборот, последующего бытования. И вместе с тем мы не можем не заметить ряд общих черт, характеризующих сам феномен фальсификаций письменных источников.

Прежде всего явственно обнаруживается интерес, присутствующий на всех этапах бытования подделки, начиная с возникновения самого замысла фальсификации, затем его реализации и, наконец, последующего, часто уже не зависящего от воли автора, подчас многолетнего использования подлога в научной, художественной литературе, искусстве, обыденном сознании. Интерес этот чрезвычайно разнообразен.

Бардин и Сулакадзев в фальсификациях отчасти преследовали меркантильные соображения, рассматривали свои «упражнения» как подспорье для материального достатка. Головин же старался скрыть следы своей весьма далекой от законной собирательской деятельности. Авторы «Соборного деяния на мниха Мартина Ар-менина», составитель «Завещания» Екатерины II С. Марешаль, П. А. Словцов в «речи» боярина Романова, неизвестные авторы {или автор) «речи» Екатерины II в Синоде, указа Алексея Михайловича о недопущении иностранцев на высшие государственные посты России и др. исходили из идеологических соображений, тесно связанных с реалиями времени, в которое они жили. Нужно было дискредитировать «расколоучителей», укрепить позиции официальной церкви – и появляется «Соборное деяние на мниха Мартина Арменина». Требовалось скомпрометировать политику «просвещенного абсолютизма» Екатерины II и увлеченность ею европейских просветителей – и создается «Завещание» Екатерины II. В начале XIX в. в России появляется шанс осуществить государственные преобразования – и Словцов фальсифицированной «речью» боярина Романова пытается обрисовать общий желательный характер таких преобразований.

Идеологический подтекст ряда подделок говорит о том, что их изготовление было далеко не всегда безобидными «древностелю-бивыми проказами», как выразился однажды в отношении фальсификаций Сулакадзева великолепный знаток русских письменных памятников Евгений Болховитинов. Политический смысл таких подделок, как «завещания» Петра I, Елизаветы Петровны, преследовал задачи, реализация которых могла повлиять на судьбы империи, на международные отношения в Европе. Эти подделки, как можно убедиться на примере трагической истории «принцессы Володомирской», затрагивали и людские судьбы.

Сложные литературные явления, изменения в языковой теории и практике, особенно в начале XIX в., предопределили и еще один мотив в появлении группы подделок («Песнь Мстиславу» П. Ю. Львова, «Сказание о Руси и о вещем Олеге» Д. И. Минаева, сочинения И. П. Сахарова и др.). Литературная и языковая старина становится полем сражения разных течений русского литературно-языкового процесса. Подделки включаются в это сражение не только как признак обновления литературных жанров, языка, стилей, но, главным образом, как фактор, обусловливающий приверженность к извечно молодой, не утрачивающей своей важной роли старине. Стилизации под «древность», под исторические источники современных произведений, близкие уже к жанру литературных мистификаций, отразили многие из тех сложных явлений, которые появлялись в русской литературе.

Фальсификации письменных источников осуществлялись на фоне развития исторической науки, подчас как бы «провоцировавшей» изготовление подлогов. Так, например, в начале XIX в. огромное воздействие на русскую историографию оказала «История государства Российского» Н. М. Карамзина. Этот труд послужил не только основанием для нескольких подделок источников, в частности для Сулакадзева, но и породил многолетнюю ожесточенную полемику вокруг поставленных в нем проблем. Ряд участников этой полемики в своих спорах с Карамзиным использовали фальсифицированные источники в качестве одного из аргументов в отстаивании собственной точки зрения. Так появились «Рукопись профессора Дабелова» и «донесения» Гримовского. Первая фальсификация доказывала давний интерес в России к произведениям латинских авторов, вторая – по существу иллюстрировала карамзинские взгляды на историю царствования Бориса Годунова и одновременно спорила с ними.

Разумеется, мотивы, которыми руководствовались при изготовлении конкретной подделки, не всегда можно свести только к достижению определенной цели. К тому же многие фальсификации со временем обретали новое, подчас и не предполагавшееся ее создателями звучание, обусловленное историческим контекстом времени. Те же самые «донесения» Гримовского неожиданно приобрели целый спектр значений, среди которых до первичного, задуманного автором, добраться оказалось совсем не просто. Поэтому вряд ли всегда стоит искать в причинах изготовления подделок какой-то особый смысл. Они могли быть удачной или неудачной шуткой, как в случае с «письмом» к Петру I Шереметева о его войне с хмелем; попыткой автора фальсификации по своему разумению реконструировать то или иное событие – «письмо» Румянцева о последних днях жизни царевича Алексея.

Типология подлогов по мотивам их создания невольно отражает само восприятие исторического источника общественной мыслью XVIII – первой половины XIX в. Изделия Бардина говорят о понимании исторического источника исключительно как раритета, поражающего его возможного «потребителя» – покупателя-коллекционера – признаками древности. «Песнь Мстиславу», «Сказание о Руси и о вещем Олеге», «Гимн Бояну», саха-ровские и другие подделки отразили подход к историческому источнику как остатку древней культуры, способному возбудить эмоции человека. В подделках Головина просматривается понимание исторического источника как припаса – обычного имущества, имеющего по меньшей мере коллекционную ценность-«Рукопись профессора Дабелова», «донесения» Гримовского мь1 вправе рассматривать как попытку представить исторический источник в виде свидетельства или совокупности свидетельств О якобы имевших место фактах прошлого. Наконец, значительное число подделок показывает подход к историческому источнику как доказательству – носителю данных об исторических прецедентах, имеющих актуальное политическое, идеологическое, художественно-эстетическое значение в общественной борьбе современности.

Преследовавшиеся при изготовлении подделок исторических источников цели неизбежно понуждали их создателей к обнародованию своих изделий. Публичность подделок – неизменный и определяющий их общественную роль фактор. Вспомним намере-ния «принцессы Володомирской» издать или распространить в копиях имевшиеся в ее распоряжении «завещания» Петра I и Елизаветы Петровны; оперативность, проявленную при экспонировании и издании «Соборного деяния на мниха Мартина Арме-нина»; многочисленные переиздания «Политического завещания» Петра I; публикации «донесений» Гримовского; изготовление спискоа «Зааещанияя» Eкaтерины II, идущего на.рисх разоблачения Бардина, одновременно предложившего два фальсифицированных списка «Слова о полку Игореве» участникам первого издания поэмы – Мусину-Пушкину и Малиновскому; дерзость Сулакадзева, демонстрирующего свои фальшивые «сокровища древности». Расчет авторов фальсификаций на «обратную связь», на заинтересованный отклик современников очевиден. Иногда он даже провоцировался: вспомним хотя бы изделия Бардина, нередко выполнявшиеся по заказам коллекционеров. Фальсификатор всегда спешит убедиться в эффекте воздействия подделки. Отсюда, между прочим, можно извлечь важный методический прием ее разоблачения: первоначальное введение подделки в общественный оборот, как правило, по времени близко к моменту ее изготовления.

Публичность предопределяет феномен бытования подделок. Появление фальсифицированных источников неизменно порождало разные виды «быстрого реагирования», идущие по двум основным направлениям: их критики или безоговорочного признания. «Соборное деяние на мниха Мартина Арменина» вызвало к жизни блестящий разбор его в «Поморских ответах»; «завещания» Петра I, Елизаветы Петровны заставили предпринять энергичные действия со стороны лица, против которого они были направлены. Подделки Бардина и Сулакадзева встретили скептические возражения профессиональных исследователей. Почти немедленно после публикации были буквально разгромлены П. М. Строевым «донесения» Гримовского. «Рукопись профессора Дабелова» сразу же встретила настороженное отношение. Примеры можно умножить. Скорее исключением является молчание вокруг «Песни Мстиславу» и «Политического завещания» Петра I. То есть подавляющая часть фальсификаций оказалась разоблаченной или поставленной под сомнение едва ли не в самом начале своего бытования.

Тем не менее жизнь подделок, несмотря на их разоблачения, как правило, оказывалась более сложной, порой драматичной, а главное, далеко не спокойной. Подчас аккумулируя в себе исторические мифы, подделки сами порождали новые мифы, еще более устойчивые, дожившие до наших дней, не умирающие и сегодня. Едва ли не два столетия лежало запечатанным в архиве «Соборное деяние на мниха Мартина Арменина»: несмотря на его разоблачение, факт сокрытия все-таки в известной мере порождал сомнение – а вдруг «церковная святыня» и впрямь подлинная. Почти столетие «речь» Ивана Грозного из Хрущевской Степенной книги не вызывала сколько-нибудь серьезных сомнений, затем вокруг нее закипели споры, отголоски которых слышны до сих пор. Два с лишним века известно «Прутское письмо» Петра I. Развенчанное давно как подлог, оно тем не менее попадает даже в академическое издание «Писем и бумаг Петра Великого». Уже боже, ста лет не утихают споры вокруг «Рукописи профессора Дабелова», несмотря на очевидные аргументированные доказательства многими учеными ее фальсифицированного характера. Нет-нет, но и сегодня появляется очередное «открытие» «нового» списка «Слова о полку Игореве», вышедшего из-под пера Бардина. С поразительным постоянством на протяжении почти полусотни лет издавались «донесения» Гримовского и т. д.

Было бы неверным объяснять долгую жизнь подделок, даже после их разоблачения, только указанными выше мотивами либо некомпетентностью, а порой и откровенным жульничеством их реаниматоров. Схема, по которой в истории бытования фальшивок, с одной стороны, стоят авторы фальсификаций, их реаниматоры и защитники, имеющие определенные умыслы, а с другой – их бескомпромиссные критики, заинтересованные в исторической правде, вряд ли способна в полной мере объяснить упорное возвращение подделок к читателям разных поколений. Причина этого, на наш взгляд, в мифологичное™ человеческого мышления вообще и исторического в частности. Именно это заставляет нас верить в никогда не происходившие события прошлого. Как правило, подделки содержат факты неординарные, чем-либо примечательные. Почему бы и не быть этому, размышляет читатель, имея в виду, например, убийство царевича Алексея. Действительно, все могло быть. Но успокаивая таким образом свой критический дух, мы подчас невольно не обращаем внимания на логическую подмену: между могло быть и было расстояние такое же, как между домыслом и истиной.

Мифологическое восприятие прошлого присутствует и в сознании людей, профессионально занимающихся вопросами, в круг которых нередко входят и подделки. Здесь идол мифа подчас уступает место идолу концепции. Очень трудно избавиться от фактов из подделанного документа, «вписывающихся» или эффектно подтверждающих концепцию, сложившуюся на основе изучения подлинных и достоверных источников. В этом случае подлог не только не разоблачается, но и получает концептуальную обоснованность.

Как и в любом общественном явлении, в фальсификации исторических источников сталкиваются личности с их страстями, помыслами, увлечениями, знаниями. Фальсификатор или реаниматор его изделия – лица всегда наступающие и, как правило, агрессивные, но неизбежно оставляющие следы своих неблаговидных действий. В отличие от них критики, разоблачающие подлоги, скорее похожи на стражей храма музы истории Клио. Они не имеют права на ошибки, их главная забота – историческая истина, которую приходится оборонять, используя весь арсенал знаний. Может быть, именно поэтому фигуры фальсификаторов нередко заслоняют своих оппонентов, их кропотливую и на первый взгляд неблагодарную работу. Страницы многих губернских газет обошли «мемуары» Марии Одоевской, а где-то на периферии этой дутой сенсации остался их блестящий критический разбор столичным ученым М. П. Погодиным. Четырежды публикуются «донесения» Гримовского, а в библиографию трудов о них даже не попадает первая критическая работа П. М. Строева, сразу же положившая конец претензиям на подлинность и достоверность этой подделки. Знающий, но далекий от истории читатель непременно вспомнит, когда речь зайдет о подделках, имена Бардина и Сулакадзева, но даже для него вряд ли что скажут имена Шляпкина или Сперанского, благодаря усилиям которых изделия этих фальсификаторов получили заслуженную оценку-

Впрочем, в истории бытования, а значит, и разоблачения подделок не столь и важна степень известности фальсификаторов и их критиков. Куда важней те искры нового знания, которые высекались при их столкновении. Неуклюже сработанное «Соборное деяние на мниха Мартина Арменина» способствовало появлению едва ли не первого в России исгочниковедческо-палеографического труда – «Поморских ответов». Подделки Бардина и Сула-кадзева послужили поводом для статьи Сперанского – классического исследования по истории палеографии в России в первой трети XIX в. Споры вокруг «завещаний» Петра I помогли выявить новые аспекты политической борьбы в России после смерти императора. Полемика о «Рукописи профессора Дабелова» заставила по-иному взглянуть на ряд источников, имеющих отношение к библиотеке московских парей, стимулировала сами поиски следов этой библиотеки.

Читатель, вероятно, уже понял, к чему клонит автор: подделки, несмотря на приносимый ими научный и нравственный ущерб, тем не менее, как это ни парадоксально, способствовали постижению исторической правды. В известной мере именно как ответ на фальсификации в России формировалась и наука критики исторических источников, уже в начале XIX в. имевшая стройную систему методических приемов разоблачения подделок. Неизбежность возникновения такой науки предопределялась хотя бы тем обстоятельством, что авторы фальсификаций всеми известными им средствами и способами стремились придать своим подделкам авторитет подлинности, достоверности и значимости.

В России в XVIII – первой половине XIX в. постепенно оформлялась система научных принципов введения исторических источников в общественный оборот. Фальсификаторы не могли не учитывать этого обстоятельства и старательно использовали отдельные элементы этой системы или даже их совокупность.

Прежде всего для придания достоверности своим изделиям они создавали легенды об открытии подделок. В этих легендах фальшивки выглядели либо как случайные находки, либо, наоборот, как результат целенаправленных поисков лица, в большинстве случаев имеющего самое непосредственное отношение к изготовлению подделки. Случайными представлены, например, открытия «Соборного деяния на мниха Мартина Арменина», «Песни Мстиславу», списков «Слова о полку Игореве» Бардина. Как вознаграждение за многолетние настойчивые патриотические усилия охарактеризованы «открытия» таких подделок, как «Завещание» Екатерины II, «донесения» Гримовского, «Рукопись профессора Дабелова», «Рукопись Вельского», «Сказание о Руси и о вещем Олеге». В легендах можно встретить указания на авторитетные хранилища, откуда якобы изъяты или где скопированы рукописи (как в легендах о «завещаниях» Петра I, Екатерины II, где фигурировали тайные императорские архивы, откуда удалось извлечь, даже едва ли не выкрасть, документы). Нередко «открытие» подделки представлено как едва ли не спасение ее накануне неминуемой утраты из-за случайных обстоятельств – именно так сказано в легендах о находках «Песни Мстиславу», «Сказания о Руси и о вещем Олеге», «Рукописи Вельского».

В создававшихся легендах появляются вымышленные имена последних, а иногда и предшествующих им владельцев фальсифицированных рукописей, приводятся с разной степенью подробности их описания, дается датировка, указываются записи писцов, излагаются правила передачи текстов. В легенде к «Песне Мстиславу» появилась колоритная фигура мифического Вавелы Онуфриева, в легенде к «Соборному деянию на мниха Мартина Арменина» упомянут такой авторитетный даже в глазах старообрядцев человек, как Дмитрий Ростовский, якобы едва ли не самолично нашедший рукопись, здесь же красочно описаны признаки «древности» рукописи – ее внешний вид.

Атрибуты наукообразия часто сопровождали введение подделок в научный оборот. Помимо легенды они включали всевозможные комментарии (текстологические и по содержанию), снимки почерков. Многочисленными комментариями по содержанию снабжены публикации «Песни Мстиславу» и «донесений» Гримовского, «Сказания о Руси и о вещем Олеге». Минаев и Иванов рискнули представить читателям факсимильные снимки почерков рукописей своих изделий. С. Марешаль в публикации «Завещания» Екатерины II ввел маргиналий, указывающий на незавершенный характер последнего распоряжения императрицы, Дабелов многоточиями обозначил якобы пропущенные или непрочитанные места «описи» библиотеки московских царей. Сторонники подлинности «Соборного деяния на мниха Мартина Арменина» многочисленными и не лишенными казуистики схоластическими рассуждениями отстаивали «научную обоснованность» своей точки зрения.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Путь моих грехов
Путь моих грехов
[Современная проза / Приключения / Фантастика / Попаданцы]
Поиски редкого артефакта привели капитана пиратов Изабеллу в Монтану. Но она, кажется, отлично справилась
0
Вайолет. Узнай
Вайолет. Узнай
[Современные любовные романы / Проза / Роман]
Она: Со стороны моя жизнь идеальна. Парень — капитан футбольной команды. Подруги с детства. Дом на острове, где по ночам горит зелёный маяк. А потом папа женится, и в комнате напротив моей поселяется
0
Развод. Второй шанс.
Развод. Второй шанс.
[Психология / Секс и семейная психология / Проза / Современная проза]
Двадцать лет я была идеальной декорацией для его успешной жизни. Валентина Берёза — законная жена, которая терпит , держит лицо перед прессой и воспитывает двоих детей. Наш брак превратился в грязную
0
Развод. Симптомы лжи. Книга 1
Развод. Симптомы лжи. Книга 1
[Психология / Секс и семейная психология / Медицина / Современная проза]
– Ты этого не сделаешь, – сказал он, когда я сказала про развод. – Ты никто без меня. Приползёшь обратно. – Хорошо, что ты так думаешь. Потому что я не приползу. И все сделаю, чтобы тебя больше не
0
Дворник 39-го уровня. Том 16
Дворник 39-го уровня. Том 16
[Современная проза / Приключения / ЛитРПГ (LitRPG) / Юмор]
Первый том здесь Современная Россия, июль 2026 года. Наш герой тяжело болеет и чтобы заработать на лекарства, он и его мать пашут как проклятые. Но в один прекрасный день всё меняется, он
0
Путь к бессмертию. Том 8
Путь к бессмертию. Том 8
[Роман / Приключения / Фантастика]
Я умер преданный всеми. И переродился в мире бессмертных культиваторов. Тут у меня нет ни таланта, ни богатой семьи. Только желание — никогда больше не умирать. Кто сказал, что без таланта и
1
Жнец и Ворон
Жнец и Ворон
[Детективы / Триллер / Боевик / Современные любовные романы]
????Дарк–роман.???? Справедливость не всегда приходит в мантии судьи. Иногда она приходит в маске. И с ножом в руке. В криминальном подполье шепчут два имени — Ворон и Жнец. Они появляются там, где
0
Врач для Алисы. Босс под прикрытием
Врач для Алисы. Босс под прикрытием
[Дом и семья / Психология / Секс и семейная психология / Современная проза]
— Вашей дочери нужен живой отец. — А вам какое дело? Вы — врач. Пришли, ушли, получили деньги. — А ещё я ваша соседка и три месяца смотрю, как Алиса разговаривает только с моим котом, потому
0
Система Геймдизайнера Олдфага. Том 1
Система Геймдизайнера Олдфага. Том 1
[Проза / Современная проза / Приключения]
В мире пережившим апокалипсис, люди живут в густонаселенных, высокотехнологичных городах, а все за их пределами населено жуткими монстрами, зомби и смертоносными порождениями магии. Люди
0
Добро Пожаловать в Бездну Том 8
Добро Пожаловать в Бездну Том 8
[Приключения / Фантастика / Фэнтези]
Японский студент Оримура Кейта неожиданно просыпается в странном месте похожем на его родной мир, но только разрушенный, наполненный чудовищами, магией и странными законами бытия, похожими на
0
Целительница для палача
Целительница для палача
[Любовное фэнтези / Приключения / Фэнтези]
Я умерла, спасая пациента, — и проснулась в чужом теле. Попаданка. Второй шанс? Пять лет назад я не села на свой самолёт. Жених, родители, друзья — погибли без меня. С тех пор я спасаю чужие
0
Легенда о неклишированном герое 1
Легенда о неклишированном герое 1
[Фэнтези / Попаданцы / Юмор]
Я спас девушку из-под автобуса. Она оказалась не совсем человеком и в благодарность устроила мне новую жизнь — с памятью, благородным происхождением и даром без «верхнего предела». Теперь я
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
13
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
7
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Второй шанс для Лекаря. Том 8
Второй шанс для Лекаря. Том 8
[Альтернативная история / Попаданцы / Исторические приключения / Самиздат]
Аннотация с первого тома: Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и
5
Имперец. Ранг 4. Воевода
Имперец. Ранг 4. Воевода
[Боевая фантастика / Боевое фэнтези]
Спасение цесаревича от пули принесло Александру титул, должность личного телохранителя и редкую магию стихий. Теперь он – правая рука наследника престола и командир его личного отряда особого
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
1
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
13
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
13
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
10
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Закат Плантагенетов. Драматическая история средневековой Англии
Закат Плантагенетов. Драматическая история средневековой Англии
[Исторические приключения / Историческая проза]
XIV столетие для Англии – время серьезных испытаний: военный конфликт с Шотландией, начавшаяся война с Францией, внутренние неурядицы и, наконец, Черная смерть – одна из самых масштабных эпидемий в
0
Развод с драконом. Я исцелю твой род без тебя
Развод с драконом. Я исцелю твой род без тебя
[Любовная фантастика]
В день, когда Каэль Ардан привёл меня на Совет Крылатых Домов, я думала, что ещё остаюсь его женой. Ошиблась. Он потребовал развода. Его род обвинил меня в слабости. Его мать уже выбрала ему новую
0
Вкус серебра
Вкус серебра
[Любовная фантастика]
Он следил за мной через каждое зеркало на протяжении веков. В королевстве Вирельда отражения под запретом, и говорят, что за стеклом обитает призрачный принц с голосом столь прекрасным, что он
0
Нулевой цикл
Нулевой цикл
[Современная проза / Контркультура]
«Верни мне мой 2007-й» – уже не актуально. «Нулевой цикл» вернет тебе целое десятилетие. Вниманию читателей предлагается книга, посвященная «поколению миллениума» – людей, чьи взросление и молодость
0
Его должница. Бой за любовь
Его должница. Бой за любовь
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
— Ты моя должница, — широкоплечий хозяин бойцовского клуба царапнул меня острым взглядом и хрипло рассмеялся. — Это я вытащил тебя из вонючей камеры! — И что? По какому курсу принимаете
0
Капитан под залог
Капитан под залог
[Любовная фантастика / Космическая фантастика]
Внести залог за Рейвена Блэкторна казалось огромной ошибкой. Он — капитан полиции, мой начальник и мужчина, в которого я год безнадёжно влюблена. Но когда я узнаю, что его подставил мой жених,
0
Жестокий никах: моя сестра заняла мое место
Жестокий никах: моя сестра заняла мое место
[Современные любовные романы / Эротика, Секс / Самиздат]
— Ты сама позвала Аду помогать, — холодно говорит мама. — Вот она и помогла. * — Помогла? — срываюсь я, едва сдерживая слёзы и злость. — Тем, что забрала моего мужа, пока я месяц лежала беспомощная
1
Жених (дракон) по наследству
Жених (дракон) по наследству
[Любовная фантастика / Юмористическая фантастика / Самиздат]
Я только рассталась с женихом из-за его измены, как древний артефакт решил, что мне подходит ещё один бабник… Но только дракон и в другом мире. Мне нужна любовь, а драконы любить не умеют. Все
1
Последний танец
Последний танец
[Полицейский детектив / Детективы]
Будьте знакомы – Деклан Миллер, главный герой новой детективной серии Марка Биллингема. Сержант Миллер, прекрасный сыщик, возвращается к работе после недавно пережитой трагедии. Его жена Алекс,
1
Грань силы
Грань силы
[Фанфик / Повесть / Попаданцы]
Фэндом: Marvel Comics Персонажи: оригинальный мужской персонаж, Пётр Распутин (Колосс), Сьюзан Шторм (Невидимая леди) Константин должен был умереть на полу тюремной камеры. Но разверзшиеся врата
1
Альфа Ориона. Миссия «Сатурн»
Альфа Ориона. Миссия «Сатурн»
[Детская фантастика / Научная фантастика]
Альфа Ориона – яркая красноватая звезда в созвездии Ориона. Она подарила свое имя космическому кораблю, который унесет в невероятное путешествие обычного российского школьника Мишку Сорокина… А
0
Цент на двох
Цент на двох
[Классическая проза]
У творах Френсіса Скотта Фіцджеральда (1896—1940), створених на початку 1920-х pp. — збірках новел «Flappers and Philosophers» (1920), «Tales of the Jazz Age» (1922) — зберігається здебільшого
0