«Как ты думаешь, отец, нам следует пойти за ней?» — спросила она.
«Оставьте ее в покое».
«Но она зря тратит время».
«Я знаю», — грустно сказал он. «Одно несомненно. Джоэла Хейгейта здесь нет».
Раздался восторженный возглас, когда пламя внезапно усилилось и пронзило собор языками пламени в откровенной насмешке. Дым сгустился, и искры падали все расширяющимися потоками сияния. Фейерверки взрывались, как залп пехотного полка. Епископ Эксетерский погиб с
остальные парни бросили в костер, и адское пламя заревело. Пройдет несколько часов, прежде чем оно сгорит и обнажит обугленное тело человека среди углей. Она может быть и сумасшедшей, но инстинкты миссис Росситер были верны.
В конце концов, начальник станции был там.
ГЛАВА ВТОРАЯ
«Эксетер!» — вскричал Лиминг в отчаянии.
«Это в Девоне, — объяснил Таллис. — Фактически, это главный город графства».
«Я знаю, где это, сэр, и это очень далеко. Почему мы просто не можем расследовать преступления здесь, в Лондоне? Там мы живем. Поездка в Эксетер может означать, что мне придется расстаться с семьей на несколько дней».
Таллис был язвителен. «Мне все равно, даже если это будет длиться месяцами, сержант. Долг превыше всего. Если вы хотите остаться детективом, вы должны быть готовы пойти туда, куда диктует необходимость». Он угрожающе поднял бровь. «Я так понимаю, вы хотите сохранить свою должность в Скотленд-Ярде? Если нет, вы можете легко носить форму и ходить по улицам в любую погоду в качестве скромного констебля».
«Нет, нет», — сказал Лиминг, вспоминая мрачные дни своей работы на посту.
"Я здесь гораздо счастливее, суперинтендант. Это привилегия работать под вашим началом".
«Я поеду туда, куда меня пошлют, — только не в Америку».
Колбек был удивлен. «Я думал, тебе понравилось наше путешествие, Виктор».
«Что навело тебя на эту идею? Единственное, что мне понравилось, это снова ступить на сушу. Плавание через Атлантику было мучением от начала до конца. Несколько дней после этого мои ноги шатались».
«Но это было успешное начинание. Вот что важно. Мы их поймали».
«Именно так», — сказал Таллис, хлопнув себя по столу для пущей убедительности. «Мы послали четкое сообщение преступному сообществу. Как бы далеко они ни убежали, им от нас не уйти».
«Однако в то время вы выступили против этой идеи», — напомнил ему Колбек.
«Это совсем не так, инспектор».
«Вы посчитали эту идею непрактичной из-за связанных с ней затрат».
«Совершенно верно, сэр», — сказал Лиминг. «Вы были против. Я тоже».
Ранее в том же году Колбек и Лиминг преследовали двух преступников в Нью-Йорке, чтобы арестовать их и добиться их экстрадиции. Разлука с женой и двумя детьми в течение нескольких недель была для сержанта настоящим испытанием, и он пообещал своей семье, что больше никогда не покинет их на такой срок. Он был не единственным, кого не прельщала перспектива визита в Эксетер. У Колбека было еще больше причин остаться в столице. Он должен был жениться в конце месяца и не хотел, чтобы свадебные планы были испорчены затянувшимся расследованием в другой части страны. Он настаивал на подробностях.
«Что вы можете нам рассказать, суперинтендант?» — спросил он.
«Вчера вечером в костре возле собора заживо сгорел мужчина».
сказал Таллис. «Считается, что это начальник станции по имени Джоэл Хейгейт. Вот почему Южно-Девонская железная дорога обратилась ко мне за помощью».
Он забыл упомянуть, что телеграф, который он держал в руке, содержал просьбу о помощи именно к Роберту Колбеку, а не к нему.
Инспектор был настолько эффективен в раскрытии преступлений, связанных с железнодорожной системой, что в прессе его обычно называли Железнодорожным детективом. Это было одной из причин скрытого напряжения между двумя мужчинами.
Эдвард Таллис и восхищался Колбеком, и негодовал на него. Хотя он открыто признавал его гениальность, его раздражало, что подвиги инспектора затмевали его собственные значительные усилия. Таллис был старше Колбека, но именно последний удостоился всех похвал. Это раздражало.