«Это не значит, что он где-то попал в беду, Доркас. Когда полиция сегодня утром вошла в его дом, не было никаких признаков чего-либо подозрительного. Ничего не было тронуто и ничего не было взято».
«Меня это не утешает».
«Нет», — вздохнул он, — «я вижу, что это не так. Джоэл Хейгейт — один из тысячи. Я им восхищаюсь. Только потому, что он был начальником станции, я согласился позволить тебе работать в буфете».
«Он был моим другом».
«Он также был тем, кто мог позаботиться о себе сам», — сказал он, прозвучав более оптимистично, чем он себя чувствовал. «Если он и попал в неприятности вчера вечером, я уверен, что он смог с этим справиться».
«Тогда где же он?» — причитала она.
У Хоупа не было ответа на это. Он все еще боролся, чтобы подавить свои собственные страхи. Хейгейт был методичным человеком. На протяжении многих лет он придерживался строгого распорядка. До сих пор он ни разу не отклонялся от него. Его отсутствие было таким образом глубоко тревожным. Закрыв глаза, Хоуп вознес молчаливую молитву за него.
Пылающий костер не только согрел всех в этот холодный вечер, но и осветил всю округу и раскрасил собор в яркие цвета.
Пламя дико плясало, и рев был оглушительным. Вонь дыма была повсюду, а искры переносились ветром, опаляя нависающие ветви близлежащих деревьев или безвредно оставаясь на крышах, пока не погаснут.
Пелись непристойные песни, вспыхивали драки, и юношеский энтузиазм вырывался на свободу. Закрытие собора было котлом жара, шума и разгула.
Полицейские, дежурившие по краям, начали проявлять беспокойство.
Доркас увидела достаточно. Пора было идти. Однако прежде чем она успела попросить отца отвезти ее домой, она заметила кого-то, кто шел к ним. Это была миссис Росситер, пробиравшаяся сквозь толпу и оглядывавшаяся по сторонам. На ней было ее лучшее пальто и новая шляпа, отделанная страусиными перьями. Когда она столкнулась с Доркас, она заговорила с затаившимся дыханием настойчивостью.
«Вы видели мистера Хейгейта?» — спросила она.
«Нет, миссис Росситер», — ответила Доркас.
«Он обещал, что будет здесь. Ну, вы мне свидетель, мисс Хоуп.
«Ты его слышал. Он более или менее согласился встретиться со мной у костра».
«Его здесь нет», — смиренно сказала Хоуп.
« Должно быть, мистер Хоуп. Это не похоже на него — подвести меня. Это совсем на него не похоже. Джоэл — то есть мистер Хейгейт — такой надежный. Он где-то в толпе».
«Я очень сомневаюсь в этом, миссис Росситер».
«Я тоже», — добавила Доркас.
«Вы оба неправы», — настаивала пожилая женщина. «Он здесь. Я это чувствую».
«Тогда вы ошибаетесь, миссис Росситер».
«Он такой — я готов поклясться».
«Возможно, ты права», — сказала Хоуп, решив подыграть ей. «Кто знает?
Он мог появиться как гром среди ясного неба. Послушай, — продолжал он, — мы с Доркас собираемся уходить. Хочешь пойти с нами домой пешком?
«Какое ужасное предложение!» — возмущенно сказала миссис Росситер. «Это было бы предательством. Я не могу уйти, когда мне нужно встретиться с мистером Хейгейтом».
«Но его здесь нет», — в отчаянии сказала Доркас.
«Да, он здесь, и я не успокоюсь, пока не найду его».
Подняв подбородок, миссис Росситер бросилась вперед, проталкиваясь локтями сквозь ревущую толпу, продолжая свои поиски. Доркас пожалела ее.
Она никогда не видела другую женщину настолько близкой к истерике. Миссис Росситер обладала таким самообладанием, что ее поведение вызывало беспокойство.