«Позвольте мне спросить вас вот о чем. Если он не был жертвой убийства, — терпеливо сказал коронер, — можете ли вы предположить, кто был ею?»
«Это был кто-то другой».
«Но больше никто не пропадал. Суперинтендант Стил подтвердит это. Когда я допрошу его в свое время, он скажет вам, что у него на примете есть подозреваемый, который поклялся убить начальника станции. Короче говоря, в этом городе есть человек с мотивом и средствами совершить это преступление. Все, что ему нужно было сделать, это создать возможность. Что вы на это скажете?»
Миссис Росситер была неспособна говорить. Пьюс от ярости, она поднялась на ноги и издала пронзительный крик боли, указывая на коронера, как будто он только что предал ее, а затем обратив свою ярость на суперинтенданта. Она вся сильно тряслась. Когда крик взмыл вверх, чтобы стать непрерывным визгом дикого животного, она внезапно замолчала, обмякла и рухнула на пол кучей.
Расследование было приостановлено на время оказания ей медицинской помощи.
Детективы воспользовались возможностью выйти на свежий воздух. Они слышали, как сотрудники железной дороги возбужденно говорили о миссис Росситер.
«Какого мнения вы о леди, Виктор?» — спросил Колбек.
«Я думал, она сошла с ума, сэр».
«Мне было ее жаль. Она просто не может признать, что ее подруга умерла.
«Не то чтобы я думал, что их дружба была такой уж близкой», — продолжил он. «Когда она сделала это заявление, люди, которые ее знали, ахнули от удивления. Из всего, что мы услышали сегодня, у нас сложилось очень четкое представление о том, каким человеком был начальник станции. Когда он не был на дежурстве, он не любил ничего так, как садоводство и наблюдение за птицами, то есть то, что человек делает сам. Как вы думаете, миссис Росситер была бы заинтересована в таком человеке?»
«Честно говоря», — сказал Лиминг, — «она бы этого не сделала. Я не хочу быть недобрым, но мне кажется, что она отпугнула бы большинство мужчин — и меня в том числе».
«Кто еще привлек ваше внимание?»
«Мистер Вудфорд был единственным, кто, казалось, знал, о чем говорил, хотя, по-моему, он был слишком самоуверен. Остальные были слишком косноязычны, особенно та молодая девушка».
«Они могли бы быть более откровенными, если бы их допрашивали в менее пугающей обстановке. Они все еще очень шокированы тем, что произошло. Девушку звали Доркас Хоуп, она работает официанткой у миссис Росситер. Мне бы хотелось узнать, что она думает о менеджере».
«Я думаю, она будет слишком напугана, чтобы рассказать вам, сэр».
К ним присоединился Стил. «Расследование не лишено драматизма, не правда ли?»
«Нет», — сказал Колбек. «Вы уже убедились, что жертвой должен быть именно мистер Хейгейт?»
«Я жду вердикта коронера».
«Но это не помешало вам искать Бэгси Брауна».
«Нет», — ответил Стил. «Если мы найдем его и он окажется виновным, его повесят. Если он окажется невиновным, мы выгоним его из Эксетера».
«Неужели этот негодяй — единственный подозреваемый?» — задался вопросом Лиминг.
«Я полагаю, что в данный момент он там».
«В такие моменты инспектор всегда спрашивает: «Куо Бенни ?»
«На самом деле, — сказал Колбек, — это cui bono ? Но я уверен, что суперинтендант знаком с этой фразой. Кто от этого выиграет? В том смысле, что это удовлетворит его жажду мести, это, очевидно, принесет пользу Брауну».
А как насчет других возможностей?
Стил задумался. «Я полагаю, что мистер Вудфорд будет бенефициаром», — сказал он наконец. «Его почти наверняка повысят до должности начальника станции. Действительно, когда он давал показания, он вел себя так, как будто эта работа уже была его».
«Знаем ли мы, как у него сложились отношения с мистером Хейгейтом?»
«Я понимаю, что между ними была некоторая напряженность. Хотя, судя по поведению Вудфорда, об этом нельзя было догадаться. Он представился лучшим другом Хейгейта».
«Тогда почему он не проявил больше скорби?» — спросил Лиминг.
Колбек поджал губы. «Почему он не проявил никакого горя?»