Магия и медицина Древней Месопотамии. От демонов Пазузу и Ламашту до целителей асу и экзорцистов Вавилона: читать начало книги онлайн

The Walters Art Museum

Представление о роли врача в шумерской армии дает и воздвигнутая в честь победы над городом Уммой «Стела Коршунов» (ок. 2470 г. до н. э.). На стеле изображены собранные в одном месте раненые солдаты царя Лагаша, Эанатума. На памятнике также видны траншеи, подготовленные для павших воинов победоносной шумерской армии, в то время как трупы врагов оставлены на растерзание хищным птицам и животным. Организованное погребение погибших, сбор и лечение раненых и сегодня остаются двумя основными функциями всех военно-медицинских служб. Нет никаких оснований предполагать, что в Древнем Шумере все было по-другому.

Хотя шумерские врачи были знакомы с гноем как продуктом инфекции, нет свидетельств того, что они разрабатывали какие-либо теории о хорошем и плохом гное, в отличие от греческих и римских медиков. Иными словами, шумеры не рассматривали выделение гноя как неизбежную и естественную часть процесса заживления. Эта более поздняя идея привела греческих и римских врачей к варианту провоцировать инфекцию в ране, даже когда ее нет, чтобы стимулировать наличие хорошего гноя, и такая практика часто приводила к ужасным последствиям. Другой опасный метод обработки ран нагретым маслом использовали и в Средневековье вплоть до XVI в. В 1537 г. на поле боя под Турином у французского врача Амбруаза Паре закончилось масло, поэтому раны тех, кому «лекарства» не досталось, Паре обработал пищеварительным бальзамом из яичных желтков, розового масла и терпентина. Доктор был уверен, что такие пациенты не выживут, но с утра обнаружил, что бальзам справился гораздо лучше кипящего масла: вокруг ран не возникло воспаления или отека.

Несомненно, шумерские врачи были осведомлены о проблемах, связанных с инфицированными ранами, и некоторые из припарок, описанные в древних шумерских текстах, могли использоваться для лечения этих состояний. В случае ранений азу выполнял «три жеста». Эти процедуры включали в себя промывание раны для тщательного очищения, наложение припарки и повязки для удержания припарки на месте. Особенно важными считались первый и третий этапы. Последствия неполного промывания, тугой и немедленной перевязки привели бы к огромному количеству случаев заражения столбняком и гангреной. Некоторые из самых ранних предписаний в текстах советуют нагревать комбинацию смол, жиров, щелочи – так получали жидкое мыло для очищения ран.

Шумерский военный врач промывал рану смесью пива и горячей воды, что, по мнению современной медицины, в условиях того времени было правильным решением.

Есть даже свидетельства из клинописных табличек, что шумерские врачи использовали сосуды для дистилляции с целью приготовления химических соединений. Эти составы, изготовленные из растительных экстрактов и смол, как правило, были безопаснее для лечения ран, чем химические мази египтян и греков, которые часто содержали мышьяк, ртуть и свинец. Шумеры же использовали обширную и безопасную materia medica. Использование ими растений и минералов в припарках, возможно, кажется примитивным, однако эффективность натуральных препаратов высоко ценит и современная медицина. Российские медики до сих пор используют экстракт валерианы, мягкий транквилизатор, получаемый из корня одноименного растения, для лечения психических больных на поле боя. Во время Второй мировой войны российские врачи успешно использовали смесь из минеральной грязи для лечения ожогов. Психиатры в тот же период прибегали к инъекциям экстракта алоэ в качестве эффективного средства от отека и рубцевания мозга у солдат с ранением в голову. Растительные препараты до сих пор остаются основой как гражданской, так и военной медицинской практики в Китае.

Учитывая, что современные врачи продолжают успешно использовать растительные компоненты, есть все основания полагать, что шумерские целители, с их двухтысячелетней традицией клинического опыта работы с растительными ингредиентами и смолами, были столь же эффективны в обнаружении ингредиентов, хорошо действующих при определенных клинических состояниях.

Есть также свидетельства того, что шумеры имели представление о гигиене. Демоны, по мнению древних шумеров, могут вызывать болезни, но в силах людей предпринять практические шаги, чтобы избежать их возникновения и предотвратить передачу инфекции. В сохранившемся письме шумерский врач демонстрирует свое замечательное понимание динамики распространения заразы. Он отдал строгие распоряжения жителям дома, в котором находится больная женщина: «Никто не должен пить из чашки, из которой пьет она, сидеть на том месте, где сидит она, никто не должен спать на кровати, где спит она». Далее врач говорит, что женщине следует прекратить принимать посетителей в доме, потому что «эта болезнь заразна». Таков пример шумерского врача в его лучших проявлениях: он не желает допускать, чтобы его собственная теоретическая точка зрения о демонах как причинах болезни мешала его же клиническому опыту.

Резная пластина с изображением битвы быка с человеческой головой и орла с львиной головой, ок. 2600–2500 гг. до н. э.

The Metropolitan Museum of Art

Головной убор из царской гробницы в Уре, 3000 тыс. до н. э.

The Metropolitan Museum of Art

За гигиеной тщательным образом следили жрецы и царь. Шумерскому жрецу было строго запрещено входить в храм, имея хоть один волос или рану на своем теле. Они постоянно мылись и носили тонкие льняные одежды. Если царь соприкасался с нечистым человеком, то немедленно производилось тщательное мытье всего дворца и прилежащей части города, после чего совершались многочисленные обряды и жертвоприношения.

Большое внимание уделялось чистоте воды. В шумерском городе Гирсу британские археологи обнаружили водопровод. Шумеры не пили сырую воду из водоемов и рек, опасаясь заболеваний, в отличие от Англии, где до конца XIX в. не было водопровода: все нечистоты сливались в Темзу, откуда и брали воду для приготовления чая и пищи аристократам. Отсутствие гигиены вызывало массовые заразные болезни. Шумерам они тоже были известны, часто их виновниками считались боги мора и демоны подземного мира. Древним месопотамским богом болезней и смерти был Нергал, принимающий образ мухи. По-видимому, шумерские врачи знали о том, что насекомые могут выступать в роли переносчиков опасных болезней.

Вера шумеров в демонов не мешала им искать клинические признаки развития и распространения хвори, а также способы ее предотвращения и лечения. Но болезнь по-прежнему часто считалась делом рук демонов, которые навязывали человеку свою волю.

В общем смысле вера в злые силы выполняла для шумеров ту же функцию, что и микробиологическая теория для врачей нынешней эпохи. В течение многих лет современные врачи утверждали, что то или иное заболевание вызвано очередным микробом или вирусом, существование которого медики еще не обнаружили или не смогли доказать.

Вера в то, что мертвые могут вернуться и взаимодействовать с живыми, глубоко укоренена в сознании человека – она существовала во все времена. Но если сейчас, думая о призраках, мы представляем странные звуки и выглядывающих из-за угла страшил, то у шумеров с ними ассоциировались болезни и проклятия. А изгнание нечистой силы предполагало изготовление зелья, сложные заклинания и ритуалы.

Шумеры хоронили покойных почтительно и по заведенному порядку – исключения составляли лишь катастрофы и неожиданные события. Место погребения находилось под полом в пределах частных домов или, если умерший был новорожденным или маленьким ребенком, иногда внутри стен. В разное время за пределами поселений существовали кладбища, которых следовало избегать, поскольку они были населены никому не принадлежащими и беспокойными призраками.

В шумерском мире насчитывалось множество призрачных сущностей. Иногда едва ощутимые, иногда слишком заметные, но их появление или постоянное присутствие всегда было сопряжено с определенными последствиями. Более того, призраки являлись не единственной силой, с которой приходилось считаться в жизни, поскольку они существовали бок о бок с целым рядом других совершенно нечеловеческих элементов. Те, кого мы обычно называем демонами, чаще всего оставались невидимыми, при этом будучи злыми. Их происхождение остается неясным, но, согласно древним источникам, оно было частично божественным. Эти сущности также могли стать причиной неприятностей, несчастий и болезней для людей.

Прорисовка гробницы в Уре, раскопки Леонардо Вулли.

Wikimedia Commons

Наиболее часто упоминаемый в магических текстах тип демона – это шумерский злой удуг, аккадский утуккулемнуту. Термин «удуг» является общим и иногда используется для обозначения демонов в целом, а не конкретного вида. Они были практически безликими, имели темную тень и оглушительный голос. Все эти демоны, каждый из которых мог принести страдания жителям Шумера, вышли из совершенно другой формы, нежели люди-призраки. Этих существ нельзя было уничтожить, поскольку они не нуждались в пище, и нельзя подкупить жертвоприношениями.

В заклинании бог Асаллухи описывает «злой удуг» своему отцу Энки:

Клинописные тексты, дающие инструкции по изгнанию злых удугов, известны как тексты Удуг Хула («злой»). В них подчеркивается влияние враждебных человеку духов в возникновении болезней и описывается роль экзорциста в изгнании демона для лечения больного.

Накопленные практики и процедуры взаимодействия с призраками тщательно систематизировались в клинописных руководствах с третьего тысячелетия до н. э. Однако большинство текстов дошли до нас в более поздних списках первого тысячелетия до н. э. Магические заклинания перечисляют различные типы людей, которые могли вернуться в виде призрака. Предзнаменования описывают случаи, когда человек видит, слышит, встречает или иным способом взаимодействует с призраками, а также то, что это может означать. К ритуалам обращаются, когда во время лечения пациента, одержимого призраком, демон выходит из-под контроля.

Решающее значение в повседневной жизни имели жилье и расположение амулетов в нем, похороны и уход за усопшим, а также то, как обычные люди вели себя по отношению к покойным при их жизни, зная, что они могут вернуться и отомстить. Конечно, в большинстве случаев призраки спускались в загробный мир и оставались там.