— Да вроде все хорошо у родителей, — Титов кивает, продолжая рассматривать мой снимок.
— Ну что я могу тебе сказать, — переводит взгляд на меня, — будем делать из тебя Франкенштейна, — его улыбка получается какая-то вымученная.
В принципе я ожидал такого, но все же надеялся на чудо, как тогда в пятнадцать лет…
— Сейчас располагайся в палате, я распоряжусь, тебе принесут ужин, завтра с утра сдаешь повторно анализы, а после обеда поставим тебе титан. Так, что на всех рамках в аэропорту будешь звенеть.
— Хорошо, спасибо. Я хотел спросить, — Титов поднимает на меня уставшие глаза, — а сколько я тут пробуду?
— Ну судить конечно сложно, точных дат, ты знаешь, я не даю, стандартно — семь дней. Если конечно, все пройдет по плану.
— А если не по плану?
— Давай мы не будем бежать впереди паровоза, все будет нормально, не переживай.
Сергей Валентинович попросил медперсонал проводить меня до палаты. Выйдя из его кабинета, чувствую внутри спокойствие. Даже рука нет сильно меня беспокоит.
Прохожу в палату. Они расположены на втором этаже. Палата одноместная, довольно стандартная. Плазма средних размеров висит на стене справа от двери. Белые стены на меня немного давят, есть небольшой холодильник и шкаф для вещей. Скидываю туда сумку и переодеваюсь.
Здесь не пахнет никакими медикаментами, предельно чисто и есть возможность выбирать яркость освещения.
Решаю погуглить, как примерно будет выглядеть мой новый девайс. Да, действительно Франкенштейн.
Беру телефон с тумбочки, быстро звоню матери, и передаю вкратце, что сказал Титов.
Отец, к слову, написал мне два сообщения:
«Хорошо долететь» и «Удачи на операции».
Зол на меня из-за отказа с Юлей. Поговорив немного с мамой, отключаюсь и пишу Лисе.
Яр: «Я уже в палате, завтра сдам повторные анализы и на операцию, ты как?»
Алиса читает практически сразу…
Алиса: «Я хорошо, только за тебя переживаю. Зачем повторно сдавать анализы? Что-то не так?»
Яр: «Просто нужно перестраховаться».
Яр: «Алис? Скажи, только честно, ты не жалеешь, что поехала со мной? Мне это важно».
Алиса: «Ярик, конечно нет. Я даже не хочу думать о том, если бы на твоем месте был кто-то другой».
Яр: «Теперь я спокоен и могу отправляться на операцию».
…
Сдав все анализы, Сергей Валентинович дает добро.
Лежу на операционном столе, глаза слепит от яркого света лампы. В голове нет ни одной мысли, кроме Алисы. Перед глазами мелькают моменты:
Наш поцелуй на обрыве…
Один чупа-чупс на двоих, она тогда так забавно смущалась…
Падение в бассейн, ее напуганный взгляд. Я думал, реально убью этого придурка…
Кино…