Даже и мысли не хочу допускать, что это не серьезно, что к ней может прикоснуться кто-то другой. Такого просто не может быть!
Категорически не хотелось отпускать ее домой. Я покрывал поцелуями каждый сантиметр ее тела и мне этого было мало. Ее нежная кожа, словно запретный плод, сладкий нектар, который получит только избранный.
…
Дверь кабинета открывается, и я поспешно прячу телефон в карман.
Врач подходит к нам и приглашает в кабинет. Вид у него сейчас очень озадаченный. В руках снимок, он смотрит то на него, то на меня не решаясь начать разговор.
— Не тяните, пожалуйста, — голос матери звучит неестественно тихо.
— Э-э-эм… ситуация в общем-то не из приятных… — смотрит на меня не моргая.
— Так как у вас, Ярослав, недавно была травма, был перелом, соответственно кость пострадала. Но это не самое страшное. Ваш сустав был частично разрушен, чего при первых исследования мы не смогли выявить, кость срослась, но не правильно.
— Боже мой, — мама переводит взгляд с меня на врача.
— И что делать? — остаюсь хладнокровным в этой ситуации.
— Что-то могло спровоцировать нагрузку на сустав, это и запустило воспалительный процесс. Возможно была чрезмерная физическая активность. Вам предстоит операция. Придется заменить разрушенную часть на титановую пластину, следовательно, придется еще раз ломать кость, — ПИ-З-ДЕ-Ц! Бегущей красной строкой транслирует сейчас мой мозг.
Физическая активность говорите… Была, но оно того стоило… Я просто боялся раздавить моего маленького Лисенка.
— Когда можно провести операцию? — включается мама в разговор?
— Мы будем оперироваться только у Титова, — мама достает телефон и открывает контакты.
— К сожалению, это невозможно, — док наконец откладывается снимок моего рассыпающего на части сустава в сторону.
— Почему? — произносим в один голос.
— Он теперь оперирует в Германии, — у меня все обрывается внутри.
Я прекрасно понимаю, что эта операция необходима. И что она будет проходить у Титова, а значит я уеду в Германию на неопределенный срок.
Снова разлука. Снова Алисы не будет рядом. Сейчас это чувствуется в сто раз больнее. Я прикрываю глаза и откидываюсь на спинку кресла.
…
В Германии меня ждут уже завтра. Собираю вещи, бронирую билет. Вылет в 15:00.
— Привет Лисенок, я по тебе безумно соскучился, — меня разрывает изнутри чувство несправедливости. Только-только все стало хорошо, как у нас новые испытания.
— Привет, Яричек, я тоже очень соскучилась, — от ее радостного голоса становится немного теплее на душе.
— Ты как, ничего не болит?
— Нет, все хорошо, мы увидимся сегодня? — молчу, не в силах ничего сказать.
— Яр? — голос Алисы заметно меняется.
— Алис, — тяжело вздохнув, продолжаю, — у меня плохие новости. Мы сегодня не сможем увидеться. Я сегодня улетаю в Германию на операцию, после той аварии у меня воспалился разрушенный сустав на левой руке. Я не знаю на сколько я улечу…
— Но… — Алиса запинается, мне кажется я слышу ее всхлип.
— Все будет хорошо, Ярик. Ты главное не переживай. Слышишь? Я знаю, что все будет хорошо. Видео связь никто не отменял, я тебя обязательно дождусь. Я люблю тебя.
— Лисааа, ты даже не представляешь, как я тебя люблю.