— Ярик, я тебе клянусь, это не я. Я бы так никогда не поступила. Откуда у тебя эти фото? — пытается приблизится, но я отшатываюсь, не давая прикоснуться ко мне.
Это просто нож в спину, который еще и пытаются провернуть.
— Единственно, что я не прощаю — это измена. Ты предательница. Я ТЕБЯ НЕ-НА-ВИ-ЖУ!!!
Тут Алиса взрывается. Даже не знал, что она может так кричать.
— Знаешь, что Филатов — это я тебя НЕНАВИЖУ. Всеми фибрами своей души. Как ты мог подумать, что это была я. Ты на столько дурак, что не веришь мне. Я доверилась тебе… доверилась тебе во всем, а ты… — она всхлипывает, по ее щеке скатывается одинокая слеза. Алиса быстро смахивает ее тыльной стороной ладони.
— Убирайся, и больше никогда не смей ко мне подходить, ты меня слышишь? Предатель здесь только один — и это ТЫ!
— Я НЕ-НА-ВИ-ЖУ ТЕБЯ ФИ-ЛА-ТОВ!!!
Развернувшись, она резко забегает во двор, громко хлопнув дверью. И дает волю эмоциям. Я слышу, как она рыдает. Рыдает навзрыд.
От этого мороз пробегает по коже. До скрежета стискиваю зубы, гашу в себе порыв кинуться за ней следом.
Ну вот и все…
Мы все высказали друг другу. Обратной дороги больше нет.
Моей Алисы больше нет…
Глава 43
Алиса
Бегу по дорожке к дому, слезы душат и застилают глаза. Спотыкаюсь об собственную ногу и чуть не лечу вперед, вовремя поймав баланс, остаюсь стоять на двух ногах.
От боли, что причинил мне Филатов, все разрывается в груди. Это уже не я… он сломал меня, похоронил заживо…
Забегаю в дом. Мне все равно, как я сейчас выглажу… что скажут родители…
Моя маленькая, истерзанная душа сейчас лежит бездыханным тельцем и кровоточит. И нет ни единого шанса, чтобы ее спасти.
Хорошей девочки Алисы больше нет! Ее жестоко убили одним лишь словом — ПРЕДАТЕЛЬ.
Как он мог?
Обвинил меня в том, чего я не совершала.
Скидываю обувь в коридоре и сломя голову лечу в свою комнату. Забегаю и падаю на кровать. Закусив одеяло зубами, гашу в нем свою боль, свои крики, свои слезы.
Как же сильно я его ненавижу!
Мама забегает в комнату следом.
— Алиса? Алиса, детка, что у тебя случилось? — в ответ комнату сотрясают мои рыдания.
Мама, присев на край кровати, гладит меня по волосам, по спине, ее теплые нежные руки всегда меня успокаивали. Только в объятьях мамы я находила защиту. Мое тело содрогается от очередных рыданий. Сжимаю кулаки под подушкой, пытаясь удержать и не выплеснуть наружу то, что сейчас разливается у меня внутри.
Это кислотный дождь, созданный из моих: злости, ненависти, несправедливости, ярости, безысходности, отчаяния, боли…
— Это все из-за него? Не плачь маленькая моя, он не достоин твоих слез. Запомни, никто и никогда в жизни не достоин твоих слез.
— О-о-откуда ты знаешь? — сквозь слезы, выдавливаю из себя. Горло перехватывает и дерет. Пытаюсь вдохнуть еще раз, но внутри как будто образовывается какой-то клапан, блокирующий все мои попытки. Кожа вокруг глаз ужасно щиплет от соли. Я выплакала, наверное, годовой запас.
— Алиса, неужели ты думаешь, что я не знаю тебя, ничего не замечаю? Я знала, что этим все кончится, но не стала тебе ничего говорить. Ты же у меня учишься только на своих ошибках, — я поворачиваюсь к маме лицом, и она заботливо смахивает с моих щек влагу, — поэтому, когда мы с папой сказали держаться от него подальше, ты нас не услышала.