— Ну дай Бог… Что-то мы засиделись. У тебя вылет через полтора часа. Могу пожелать тебе только чистого неба и мягкой посадки. И конечно же скорейшего выздоровления, — поднимается из-за стола и протягивает руку для рукопожатия.
— Спасибо, — говорю с облегчением. А потом Титов обнимает меня как старого доброго друга.
В душе становится так тепло. Ловлю себя на мысли, что хотел бы иметь такие же отношения со своим отцом.
Но он по натуре жестки и холодный человек, не склонный к эмпатии.
— Передавай родителям от меня привет, — протягивает мне документы.
— Конечно передам, Сергей Валентинович.
Попрощавшись выхожу из кабинета.
И что моя тетка развелась с ним. Ведь классный мужик. Мировой.
У нас дома в архивных альбомах много фоток, где Титов держит меня на руках грудного и чуть постарше.
Даже есть забавная фотка, где я в одной распашонке писаю, стоя у него на коленях. Ну а что, малой был, простительно.
Мама рассказывала, что если в гости к нам приходил Сергей Валентинович с женой, весь вечер я проводил у него на руках.
После развода, он так больше и не женился. Детей тоже нет.
А вот тетушка, практически сразу выскочила второй раз замуж и улетела на пмж Сербию. Там же и родила близнецов. Даже не помню, когда виделись последний раз. Наверное, лет пять назад.
Прохожу регистрацию на рейс. Конечно же проходя через рамку в аэропорту, она не звенит, хотя все документы и снимок если что при мне.
Как и пожелал Сергей Валентинович, небо чистое, через кресло от меня сидит приятная пожилая женщина.
На борту нет никаких раздражителей.
Перекинувшись с ней парой фраз, выясняю, что она летит к детям и внукам в гости. Она из России, но давно живет в Германии. Ее муж немец.
А вот дети захотели жить на родине своей матери.
Сойдя с трапа самолета, первым делом достаю телефон, чтобы написать Алисе и выяснить, чем занимается. Хочу сделать сюрприз, она не знает, что я уже прилетел.
Но меня опережают…
И нет, это не Алиса…
С незнакомого номера, мне приходят фотки, что Алиса целуется… с кем?
Твою мать!
Я даже теряю из рук свои вещи.
С Владом … Блядь! С этим мудаком!
Этого не может быть!!! Я не верю, не хочу этому верить. Это не правда, кричит мое нутро, которое сейчас разорвано на куски и кровоточит.
Из него просто сделали отбивную и кинули на растерзание голодным псам.
Это в сотни, в тысячи раз больнее, чем ломать ребра, или руку. Физическая боль не идет ни в какое сравнение с душевной.
Я размазан…
Я убит…