Звезды. Легенды и научные факты о происхождении астрономических имен: читать начало книги онлайн

хотя египтяне вряд ли выделяли это созвездие.

В Древней Аравии оно назвалось Аль Малаф (Стойло) – более позднее название для созвездия Улей, которое находится в пределах Рака. Когда же астрономия Аравии попала под влияние греков, оно стало называться Аль Бэтийя. У персов это – Бэдийе, и Аль Ватинах – у аль-Ашсаси. Все это означает глиняный сосуд для хранения вина. Другое название, Мелкий Сосуд – Алхас в «Альфонсовых таблицах» – превратилось в наши дни в Алкер и Элкис, но в общем было принято предложение Скалигера, хотя сейчас это название относится только к звезде а. Те же самые «Таблицы» латинизировали ее в Патера и в Вас или Вас Аквариум.

Я нигде не смог найти объяснения названиям Элварад и Фармаз, которые приводит Риччиоли.

Наиболее заметные звезды Чаши вместе с χ и другими в Гидре, всего в количестве двадцати двух, образуют 10-й Дом с И (Крылья или Бока), а все созвездие у китайцев, вероятно, было Небесным Псом, подстреленным Чжаном, божеством 9-го Дома во Льве, который тоже носил это имя.

Цезий утверждал, что Чаша представляет собой Кубок Иосифа, найденный в торбе Бенджамина, или один из каменных Кувшинов для воды Канн, или Кубок Страстей Христовых. Другие называли его Винным Кубком Ноя, но Джулиус Шиллер объединил некоторые его звезды с частью звезд Ворона и назвал это созвездие Ковчег Завета.

У астрологов оно предвещало величие рожденным под ним людям.

Сейчас эта звезда называется Алкее; это название ей дал Скалигер. В «Альфонсовых таблицах» ее именуют Алхес; все эти названия произошли от имени созвездия Аль Кае.

Латинское обозначение этой звезды – Фундус Вазис – хорошо описывает ее положение у основания Чаши.

Поскольку это единственная звезда в этой фигуре, имеющая свое название, и к тому же первая в буквенном ряду, то она могла быть более яркой 300 лет назад, но теперь самой яркой является 5, звезда 3,9-й величины.

α имеет несколько оптически различимых компонентов и кульминирует 20 апреля, примерно 32° к югу от β Льва.

β, 4,4-й величины на южной кромке основания Чаши у аль-Тизини обозначалась как Аль Шарасиф (Ребра) – то есть ребра Гидры – и являлась первой из ряда этих звезд.

Крест

В «Атласе» Флемстида 1776 года это созвездие именуется Croisade. У нас оно носит имя Южный Крест.

В древности этого названия не знали, а четыре главных звезды Креста Птолемей относил к Центавру, который теперь окружает его с трех сторон. В качестве такового Байер выделил его над задней ногой Центавра, обозначив его звезды буквами ε, ζ, v и ξ Центавра, но сейчас они являются а, β, γ и δ Креста, δ, самая яркая звездα созвездия, 1,3-й величины, находится у основания Креста; звезда 2-й величины γ — на его вершине, а β и δ, бывшие ξ и ν, – на перекладине. Эти две последних звезды имеют величины 1,7 и 3,4 соответственно. Пятая звезда ε, 4-й величины, расположенная между α и β, несколько нарушает правильность фигуры. Кроме того, существует еще 49 звезд, видимых невооруженным глазом в границах этого созвездия.

Утверждение, что оно было упомянуто Гиппархом, вероятно, является ошибочным, хотя он отчетливо ссылался на его β как на звезду Центавра, но Плиний, возможно, называл ее Троном Цезаря в честь императора Августа. Но тогда она не была видна из Италии, хотя запросто просматривалась из Александрии, где она была, возможно, и названа так каким-нибудь почтительным астрономом. Аль-Бируни писал, что некая звезда могла быть видна из Мултана в Индии на 30° 12′ северной широты, и ее «называли Сула» (Перекладина Распятия). Это утверждение, если, конечно, речь шла о нынешнем Кресте, является ярким предвидением появления этого созвездия в наше время. Хьюитт, называя его Шула, заявил, что у индийских астрономов оно располагалось над Южным полюсом.

Уиттиер сказал в своем «Плаче потерянной души»:

что справедливо для нашего времени, поскольку он не полностью виден севернее 27°30′ северной широты. Крест в последний раз был виден на горизонте Иерусалима – 31°46′45″ – приблизительно во время распятия Христа. Но за 3000 лет до этого все его звезды располагались в 7° над горизонтом и вдоль берегов Балтийского моря, на широте 52°30′.

Создание этого созвездия часто приписывают Руайе в 1679 году, но его часто описывали приблизительно за два века до него, и мы знаем, что Крест был изображен на небесном глобусе Моллине в Англии в 1592 году с некоторыми другими новыми южными фигурами. Байер нарисовал его над задними ногами Центавра, представив в тексте как «новый крест у ног птолемеевского Центавра». Бартшиус выделил его в отдельное созвездие в 1634 году, а Цезий занес его в каталог в 1662 году, как уже хорошо известное. Поэтому кажется примечательным то, что оно было только обозначено поверх Центавра в «Атласе» Флемстида.

Крест располагается в пределах Млечного Пути, являясь яркой, но узкой полоской шириной 3 или 4°. Это заметно по его форме, поскольку протяженность Креста с севера на юг составляет 6° и еще меньше в ширину. Верхняя звезда отчетливо оранжевая по цвету, остальные – белые. По общему впечатлению, это скорее плохо сделанный воздушный змей, чем крест. Поэтому, несмотря на поэзию и романтику, связанную с ним, – а возможно, и благодаря этому, – он обычно разочаровывает жителей северных широт, которые впервые видят его.

Двенадцать веков, от Плиния до Данте, не было никаких упоминаний о Кресте, пока этот великий поэт не обратил на него свой взор. Лонгфелло в своих стихах ассоциировал четыре звезды созвездия с четырьмя главными добродетелями: Справедливостью, Благоразумием, Стойкостью и Умеренностью. Этими чертами Данте наделил Катона, Хранителя Чистилища, который утверждал, что

Ниже, в том же стихе, читаем о Катоне:

Но слова о «первых людях» не относятся, как утверждал Барлоу в своем «Исследовании творчества Данте», к нашим прародителям, а подразумевают древние человеческие расы, которые 5000 лет назад могли видеть Крест с широт гораздо более высоких, чем те, в которых находится Италия. В том же самом абзаце Данте говорит о том, что в некоторых местах Крест невидим.

Откуда Данте узнал об этом, нам не известно, поскольку лишь 200 лет спустя появился первый опубликованный материал о созвездии Крест, но то, что великий поэт уделял большое внимание небу, видно из его частых и грамотных упоминаний о нем на протяжении всей «Божественной комедии». Данте обладал не только поэтическим даром, но и богатым воображением, за что Карлайль назвал его Глашатаем десяти веков молчания. Возможно, Данте видел некоторые из арабских небесных глобусов, хотя бы на одном из которых – вероятно, на глобусе Борджиа 1225 года – были представлены звезды Центавра. У него, несомненно, была возможность общаться с образованными путешественниками[79], и со многими своими соотечественниками, которые вернулись из морских странствий. Они любили приключения и были достойными продолжателями дела своих древних соседей – финикийцев. Этого достаточно, чтобы не приписывать Данте пророческого дара. И здесь, хотя и безо всякой связи с Крестом, я хотел бы обратить внимание на факт, приятный для наблюдателей звезд, а именно: «Прекрасное и бесконечное устремление, такое искусное и ненавязчивое у Данте, помогло ему заканчивать каждую часть своего произведения словом звезды».

«Ад» заканчивается словами:

«Чистилище»:

«Рай»:

Заметьте также, что Данте опередил, сам того не осознавая, астрономов своего времени, назвав Солнце звездой.

Веспуччи, во время своего третьего плавания в 1501 году, вспоминал отрывки из Данте, считая себя первым из европейцев, которые увидели Четыре Звезды. Однако он не использовал название Крест, а именовал их Мандорла[80].

Васко да Гама говорил об этом в своих «Лусиадах»:

Писатели XVI века часто упоминали это созвездие в своих описаниях плаваний в южных широтах. Корсали в 1517 году писал: «Над ними (Магеллановыми Облаками) появляется великолепный крест в центре пяти звезд, которые окружают его с другими звездами, которые движутся с ними примерно в 30° от полюса и совершают свой путь за двадцать четыре часа. Этот крест настолько прекрасен, что никакой небесный знак сравниться с ним не может, и он изображен на этом рисунке[81].

[79] Его современником был Марко Поло.

[80] Это слово, буквально «альмонд», используется в итальянском искусстве для обозначения ауры славы, окружающей тела святых, возносящихся на небеса.

[81] Я привел этот рисунок не потому, что он имеет художественную ценность, а чтобы показать неточность в отражении положений и величин южных звезд в прошлом. Особенно неверно показаны Облака по отношению к полюсу.