Эйнемида II. Право слабого.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– О боги! – Диоклет бросил взгляд на приподнятый хитон Энекла, коротко хохотнул и тут же помрачнел. – Это опасно, нужен врач.

– Ты... что-нибудь нашёл?

– Много чего. Здесь самое настоящее логово заговорщиков: оружие, тексты против царя и всё такое прочее. Похоже, у них тут склад. Никто бы не подумал искать что-то подобное в таком месте.

– Саррун? Подстроил заговор…

– Указаний нет, но... Это надо хорошо обдумать. Я побежал за стражей, а ты пока лежи спокойно, всё будет хорошо.

– Как будто я могу встать... – прошептал Энекл, но Диоклет не ответил, послышался звук быстро удаляющихся шагов.

Вернулся он быстро. Энекл почувствовал холодное прикосновение тряпки ко лбу, его губ коснулось мокрое деревянное горлышко, и он с наслаждением напился не очень свежей и чуть прогорклой воды. Похоже, Диоклет отобрал бурдюк у уличного разносчика.

– Ты как? – послышался голос Диоклета где-то вдалеке.

– Не лучше. Что там?

– Стража уже здесь, за лекарем послали... Там на улице чистое безумие. Глашатай объявил: Халлус осадил Эаль-Лагарит, возле Гадора идут бои. Это война!

– Война... – прошептал Энекл. – Это разве беда? Что здесь сейчас нет девки – вот несчастье.

Глава XVI

Бегущая на пригорок дорога неожиданно оборвалась, и с высокого холма открылся вид на воспетую поэтами Эвлейскую долину, посреди которой, в обрамлении гнущихся под тяжёлыми чёрными гроздями виноградников, привольно раскинулась царица городов, прекрасная Левана. В воздухе плыл ни с чем не сравнимый, налитый медвяной свежестью, аромат спелого винограда, неизменно сопутствующий всякому, кто решил путешествовать через Ликадию на рубеже лета и осени. Хилон залюбовался сверкающим в лучах неяркого осеннего солнца городом: высокие храмы, широкие улицы, богатые дома цвета царственного пурпура и тёмно-зелёного малахита. В стороне от сияющего города как-то совсем неброско смотрелся затерянный меж полей Мелидеон – первый из построенных эйнемами театров, не самый большой, но самый удобно устроенный, ведь сам Шумный Сагвенис направлял руку его строителей. Древнее сооружение словно вырастало из окружающих его виноградников и казалось их неотъемлемой частью.

– Это место выглядит так, будто тут найдётся для нас пара кувшинов, а то и жареный окорок для пирушки, а, друг мой? – Эолай остановил коня рядом с хилоновым и, заслонив глаза от солнца, весело поглядел на город.

– Похоже на то. Жаль мы приехали не пировать, а звать на войну...

– Одно другому не помеха, – Эвримедонт выглядел свежим, словно и не было пяти дней пути от Сенхеи. Молодым спутникам оставалось лишь завидовать старику. – В наше время говорили: «вино перед битвой умножает храбрость, а после – уменьшает боль от ран», верно, юноша? – он по-приятельски подмигнул Микеиду, и седовласый «юноша», ухмыльнувшись в бороду, кивнул.

После недолгих препирательств Эвримедонт всё-таки получил высокую должность советника при первом стратеге и, в этом качестве, присоединился к Микеиду и Хилону в их поездке на Синод. Как-то само собой получилось, что сопровождать их взялся Эолай, они четверо и составили сенхейское посольство. От Анфеи поехал Анексилай, взяв с собой для представительства парочку знатных ахелийцев. Родичи Анексилая отбыли, вместе со спешно набранным войском, и до сих пор никто не знал куда.

– Прибыли, – Анексилай не изменял образу несчастного изгнанника: простой шерстяной плащ для верховой езды, ни золота, ни украшений, волосы скрыты под скромной дорожной шляпой. – И не мы одни. Все съезжаются на Синод.

– Да, в этом году эйнемам приходится собираться чаще обычного, – заметил Эвримедонт. – И кажется мне, это не последний раз. Что ж, юный Хилон, ты утверждаешь, что леванцы нас выслушают?

– Они ещё не забыли, что не так давно Левана, а не Эфер, была первым городом Эйнемиды. Они выслушают, и внимательно.

– Должно быть уже все там, – кивнул Микеид. – Поспешим и мы.

Подстегнув коней, посольство двинулось к вратам порфироносной Леваны.

***

Остроумцы шутили, что покровительство винолюбивого Сагвениса для ликадийцев одновременно и проклятье, и благо. Баснословно дорогие пурпурные наряды оставляли их с пустыми сундуками, но запить это горе было не грехом, а делом угодным бессмертному. Не всякий мог позволить себе сколь-нибудь крупный отрез ткани царского цвета, небогатые граждане использовали «порфир бедняка» – малиново-красный краситель, издали похожий на пурпур. Охранявшим ворота городским рабам не полагалось и этого. Они носили тёмно-зелёные хитоны и начищенные медные каски. Один из рабов узнал имена путников и подозвал невысокого смуглого человечка в неброской коричневой одежде.

– Почтенные гости из Сенхеи? – поднял бровь человечек. – Меня зовут Эвгор, прошу следовать за мной, вас уже ждут.

– Ты от Алкеада? – спросил Хилон.

– Да, господин, я его слуга. Вам не стоит беспокоиться о ночлеге: господин Алкеад окажет вам гостеприимство.

– Веди.

Хорошо знакомый Хилону дом леванского оратора Алкеада стоял невдалеке от местной агоры. Фасад приземистого, но широкого здания был сложен из знаменитого пурпурного мрамора, что свидетельствовало о древности рода, ведь запасы этого камня в Ликадии давно иссякли. Другие дома на этой улице были алкеадову под стать. Здесь селились со времён основания Леваны и никакие посулы не убедили бы спесивого аристократа продать жилище предков, имелись даже законы, запрещающие отнять такой дом за долги. Родовой дом считался такой же частью тела, как рука или нога.

Рабы приняли у путников лошадей, и Эвгор провёл гостей в дом, где их встретили служанки с розовой водой для умывания. Освежившись, сенхейцы и анфейцы прошли во внутренний двор.