Эйнемида II. Право слабого.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Стычка вышла короткой, но кровавой и яростной. Кривые мечи герийцев и гисеров наносили страшные раны, с лёгкостью отсекая конечности и разрубая головы напополам. Посреди кровавой кутерьмы мелькал серо-чёрный плащ Белена, оказавшегося весьма недурным бойцом. Келенфиянину, не привычному к северному оружию, приходилось непросто, но он не подавал и вида, уверенно орудуя коротким копьём. Увидев, как ловко он запутал древком саблю гисера, коротко кольнул его под шлем и тут же обрушил тупой конец копья на голову другого, Кинана не удержалась от одобрительного вскрика. Кто-то из гисеров подрезал колено беленова коня и келенфиянин повалился наземь, но тут же вскочил, и его метко брошенное копьё, навылет пробило грудь врага.

Вскоре битва захватила и троих гиппеев, оставшихся прикрывать женщин. Четверо гисеров, отделившись от остальных, набросились на охранников царицы, и теперь схватка кипела на расстоянии нескольких шагов от Кинаны с Диеной. Дамант, знакомый Кинане молодой и красивый воин, сцепился со своим противником врукопашную, и оба, не удержавшись на конях, свалились на землю. Прежде, чем Дамант успел опомниться, противник подхватил с земли меч. Удар, и отсечённая рука герийца полетела на траву, ещё удар, и голова покатилась по земле. Кровь фонтаном брызнула вверх, обильно заливая и убитого, и убийцу. Этого Диена уже не могла вынести. Вывалившись, из седла, она совершенно неизящно изогнула спину, и её тело содрогнулось в рвотных конвульсиях.

Презрительно покосившись на наставницу, Кинана гикнула, и её Оникс, в один прыжок подскочив к радостно хохочущему убийце, обрушил подкованные копыта прямо на сверкающую медью личину шлема. Этой маленькой победы царице показалось недостаточно. Едва не запутавшись в длинном хитоне, она упёрлась коленом в кресло и вытянула ближайшего врага по шее плёткой для верховой езды. От неожиданности гисер схватился за горло, и этого оказалось достаточно, чтобы бившийся с ним воин нанёс смертельный удар. Третий из напавших тоже повалился на землю, успев перед смертью забрать жизнь своего противника, а четвёртого срубили подоспевшие на подмогу гиппеи.

Внезапно, всё закончилось. Немногие оставшиеся в живых гисеры умчались прочь с залитого кровью и заваленного телами поля боя. Один из них поднёс руку к лицу и издал уже знакомый протяжный вой. Ответный зов донёсся откуда-то спереди, другой прозвучал в лесу. Кинана зло выругалась.

– Белен! – соскочив с коня, она бросилась к воину, вытирающему лицо пучком травы.

– Ты цела, госпожа? – обеспокоенно спросил келенфиянин, заметив кровь на одежде царицы.

– Да, но это ненадолго! Убираемся отсюда немедленно! Если не вернёмся в крепость сейчас, нас всех перебьют! Горы ими кишат!

Белен с сомнением оглядел поредевший отряд. Из трёх десятков воинов на ногах держались около дюжины, ещё трое, тяжко израненные, готовились проститься с жизнью, а окровавленные и изувеченные тела остальных усеивали дорогу, вперемешку с не менее жутко изрубленными трупами врагов.

– Похоже на то, – с сомнением сказал он. – Ещё одну драку мы не выдержим. Быстро, все по коням! Нам нельзя задерживаться. Бросайте всё, кроме необходимого. Раненых... – келенфиянин нерешительно замялся.

– Мы всё сделаем, начальник, – кивнул подошедший Меноний, на плече воина алел свежий шрам жуткого вида. – Лучше так, чем попасться варварам...

– Хорошо. Госпожа Диена, ты в порядке?

– Будь проклята эта дикая страна и все грязные варвары, что её населяют, – задыхаясь прошептала подруга Талаи, брезгливо выбросив измараный рвотой платок. Её серый хитон пропитался потом, а лошадиное лицо было белее мела.

– Что ж, – пожал плечами Белен, – тогда собирайтесь, нам нужно скакать немедля.

– Постой, – неожиданно сказала Кинана. – Белен, дай мне нож.

– Зачем?

Кинана отмахнулась и вытащила кинжал у ближайшего мёртвого гисера. Не обращая внимания на брезгливо сморщившуюся Диену и недоумевающего Белена, царица отпорола подол своего зелёного хитона изрядно выше колена. Расшитая золотом ткань мягко опустилась на траву, обнажив худые стройные ноги.

– Что ты делаешь?! – Диена, от возмущения, видно забыла, где находится. – Это бесстыдство!

– Советую тебе сделать то же самое, – не глядя бросила Кинана, занятая перепиливанием кожаных ремней, крепивших ездовое кресло к спине Оникса. – Если, конечно, хочешь выжить.

Что-то злобно прошипев Диена, надменно отвернулась и, с помощью Белена, взгромоздилась на кобылу.

– Госпожа, может лучше отдашь мне нож? – с сомнением в голосе спросил келенфиянин, стараясь не смотреть на голые ноги царицы.

– Боишься, что порежусь? – усмехнулась девушка, подняв с земли чьё-то оружие и деловито пристраивая его за поясом. – Не волнуйся. Лишний меч тебе сейчас не помешает, даже в руках слабой женщины, – она коротко хохотнула. – К тому же, может статься, что мне срочно потребуется выпустить себе кишки, а тебя не будет рядом.

Снова рассмеявшись, она вытерла окровавленные руки о подол. Келенфиянин покачал головой.

– Будь прокляты все варвары и их варварские обычаи, – зло пробормотала себе под нос Диена.

– Варвары... – Кинана задумчиво погладила сухой венчик странного придорожного растения: большой засохший шар из ломких длинных иголок на высоком стебельке. – Ну варвары так варвары...

Тонкие бескровные губы царицы чуть изогнулись в усмешке.

***

Окрестности Эгоры – ещё день назад тихая и спокойная сельская местность – теперь являли собой зрелище грозное, если не сказать страшное. Лавина гисерского войска огибала крепость с обеих сторон, как медленная вода обтекает камень, постепенно затопляя всё окрест. Сверкают бронзой и железом лезвия, горделиво развеваются пёстрые ленты на знаках вождей, безликие шлемы, сужающиеся книзу подобно клювам хищных птиц, внушают суеверный ужас – кажется, что всё войско состоит из близнецов. Всё это под вой волынок из овечьего желудка и грохот обтянутых медвежьей кожей боевых барабанов. Крылья гисерского войска медленно, но неумолимо сходились, грозя замкнуть единственный оставшийся проход между изрядно поредевшим отрядом и воротами крепости.

Сзади раздался торжествующий вой, и спутники Кинаны, в который уже раз, погнали взмыленных лошадей, стремясь последним отчаянным рывком достичь спасительных ворот. Три десятка преследователей, не менее усталых, чем их жертвы, азартно улюлюкая помчались следом.

Со стен уже заметили погоню, послышались ободряющие крики, загудел рожок, и воротная решётка поползла вверх. Заметили её и гисеры, а заметив, разразились весёлым хохотом. Для народа, превыше всех забав любящего охоту, зрелище погони было самым желанным. Они не только не ускорили шаг, но, наоборот, замедлились, не желая вставать между охотниками и добычей. Видя это, преследователи принялись нахлёстывать коней ещё яростней. Если они упустят жертву на глазах всего войска, у походных костров их ждёт немало насмешек.

Расстояние между налётчиками и отрядом стремительно таяло, кони герийцев устали, к тому же закалённые в охоте и набегах гисеры были куда привычнее к погоне. Первой начала отставать Диена. И без того не самой искусной наезднице мешали непригодный для верховой езды наряд и дурацкое женское кресло, но отрыв от преследователей был всё ещё велик. Кинана чуть придержала коня, оказавшись к Диене ближе всех. Ободряющим жестом она протянула наставнице руку, и с её открытой ладони сорвалось коричнево-серое облачко, в которое кобыла Диены влетела на полном ходу, шумно вдохнув ноздрями.