Вампиры и другие фантастические истории: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В момент заката солнца лицо ее менялось: оно становилось строгим, сосредоточенным и как бы вдохновленным. На щеках играл яркий румянец, глаза сияли… Мы не смели пошевелиться, заговорить. Но только гас последний луч – и Вера падала на подушки по-прежнему бледная и слабая.

После долгих обсуждений мы наконец решили бросить все и маленькими не утомительными переходами перевезти нашу больную в цивилизованное место, где можно найти врачебную помощь.

Большую часть рабочих-арабов отпустили, а слугам приказали готовиться к отъезду.

За два дня до назначенного срока выезда, вечером, когда Вера спокойно спала, дядя Фра подошел ко мне и проговорил:

«Неужели так и уедем, не взглянув „туда“?» – и он мотнул головою в сторону храма.

Мне самому в ту минуту показалось это невозможным. В двух словах мы решили, как поступить.

Идем немедленно. Вера спит тихо, и Морокка посидит около нее. Мы пойдем только вдвоем – слуг нам не надо. Возьмем с собой факелы и карманные инструменты.

Через минуту мы привели свое намерение в исполнение; потихоньку крадучись от слуг, добрались до раскопок, спустились по ступеням и вошли в наружные коридоры-галереи. Здесь засветили факел и прошли в главное святилище храма.

Как часто целые дни мы проводили здесь, изучали и описывали стенную живопись, зарисовывали изображения богов и красивые орнаменты, а то и просто беседовали, слушая рассказы дяди Фра из истории Древнего Египта, его обычаев и верований. Мы думали, что знаем «наш храм»; мы так привыкли к нему.

Теперь же, при одиноко мерцавшем факеле, мы не узнали места!

Прежде всего, нас охватила жуткая тишина, полная неясного шороха и шелеста. Черная тьма, царящая по углам, раздвинула стены небольшого храма: казалось, целые леса колонн уходят вглубь… а там, за этим лесом колонн, чувствовалось чье-то присутствие, что-то враждебное… неясное… какие-то неясные очертания, тени… какое-то движение, вздохи, стоны…

Главный ужас состоял в том, что при напряженном, внимательном всматривании то, что имело очертание, оказывалось черной, мертвой пустотой. Даже звук и движение как-то расплывались и тонули в ней. А при этом еще неверный свет факела оживил яркие краски и позолоту стен. Я готов был верить, что фигуры ожили и грозно и властно спрашивают нас:

«Как вы смели? Разве вам неизвестен закон, карающий смертью всякого святотатца?»

Статуя богини Гатор, этой женщины с головою коровы, но в царском венце, – под влиянием сильно натянувшихся нервов, – казалась и в самом деле чем-то священным и неприкосновенным! Казалось, ее каменные глаза не только смотрят, но и видят… что сейчас каменные руки поднимутся и упадут на головы дерзких, смевших нарушить покой веков.

Ощущение холода пробегало по спине колющими струйками, сердце сильно билось… Я хотел бежать. Спутник мой стоял молча, и по факелу я видел, как дрожала его рука.

Еще минута – и мы бы не выдержали…

Глава VII

Долго дядя Фра трясущимися руками искал на пьедестале Гатор выступа с головою крокодила, и не сразу удалось ему правильно нажать эту голову…

Наконец, тихо шипя, камень повернулся. Проход был свободен.

Идти ли?.. Еще раз безотчетный ужас перед чем-то, чего не должно делать, сковал нашу волю. Но… Спуск был не крут и не длинен.

Я уже говорил, что заднею стороною храм примыкал к горе, ясно, что в этой горе и находилась знаменитая усыпальница.

Вскоре мы вошли в зал, весь наполненный саркофагами: целые ряды их тянулись вдоль стен. Они были из мрамора, порфира, асбеста – художественной работы и все с изображением знаков царственного достоинства. По украшениям, по надписям можно было судить, что здесь нашли покой только женщины.

Как ни богаты и ни великолепны были эти гробницы, мы их скоро позабыли: все наше внимание остановилось на саркофаге, одиноко стоявшем посередине зала.

Это было что-то из ряда вон выходящее. Саркофаг из светло-розового прозрачного сердолика, с тонкой, точно кружевной, резьбой, с богатым золотым рисунком, несмотря на свою величину, казался легким и изящным, как самая дорогая туалетная вещица.

По иероглифам на крышке саркофага дядя Фра прочел:

«Здесь лежит дочь Тутмеса II[134], почитаемая и великая жрица могучей богини Гатор. Смертный, да не коснись ее останков, пади в прах и молись».

Надпись, конечно, была много высокопарнее и велеречивее. Я точно забыл ее содержание, да дядя Фра не все и мог разобрать.

Меншуткин замолчал, молчал и Казн. Прошло несколько минут.

– Ну и злой гений нашего века, любопытство, – снова раздался беззвучный голос Меншуткина, – толкнул нас дальше.

Точно по уговору, мы тихо сняли тяжелую сердоликовую крышку и положили рядом.

[134] Тутмес (Тутмос) II – фараон Древнего Египта, правивший приблизительно в 1492–1479 гг. до н. э. Его дочь Нефрура была жрицей, проводившей религиозные обряды.