Вампиры и другие фантастические истории: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Без большого труда вынули внутренний гроб из белого лака с еще более богатой позолотой и поставили с другой стороны. Так же легко сняли и эту крышку.

Перед нами была мумия.

С первого взгляда не было никакого сомнения, что мумия принадлежит не простой смертной. Дорогие, замечательно тонкие покровы были закрыты сверху сеткой. Сетка – из ровного голубоватого жемчуга, несказанной красоты, сплетена в роскошный рисунок и покрывает мумию от шеи до конца ног. Вместо грубо размалеванного лица, как это бывает у мумий, тонкое золотое покрывало окутывает голову, над которой высятся знаки царственного достоинства. От одежд и дерева идет тонкий аромат духов, сохранившийся тысячелетия.

Все это вместе говорит о знатности и богатстве умершей.

Тихо и осторожно мы вынули мумию и прислонили ее стоя к одной из ближайших колонн.

Зачем мы это сделали – не знаю.

Так же безвольно мы отошли и прислонились к соседнему саркофагу.

Чудный, незнакомый аромат сделался сильнее, яснее, он наполняет голову, сердце. И в ту же минуту мы услышали музыку. Казалось, весь воздух полон тихими нежными звуками. Это не была наша современная музыка, а серебристое дрожание струн – я думаю, что звуки древних египетских систров[135] должны походить на это.

Жуткая тишина и темнота ожили, казалось, аромат и звуки вот-вот воплотятся в живых существ, окружат и поглотят нас! Сознание, что нам тут не место, что мы осквернили что-то или кого-то, – гнало вон, а в то же время ноги приросли к полу и нет сил бежать.

Но вот к звукам музыки присоединился легкий, скользящий шелест шелка… теперь точно вздох… еще… еще… Жемчужная сетка с плеч мумии скользит к ее ногам…

И – о, Боже правый! – перед нами стоит уже не мумия, не мертвый костяк с высохшим телом и кожею, а… живая женщина!

Высокая стройная фигура с царственной осанкой. Белые легкие одежды позволяют если не видеть, то чувствовать красоту ее тела. Маленькие ножки прячутся в золотые сандалии. Огромные черные косы, перевитые жемчугом, висят по обе стороны высокой груди, точно змеи, концами своими пропадая в складках одежды. Голые руки покрыты драгоценностями. На шее лежит золотая цепь, концы которой соединены на груди под застежкой, изображающей жука-скарабея[136]. Его широко расставленные изумрудные крылья окаймлены рядом бриллиантов, а туловище, сделанное из голубоватого сапфира, украшено красными глазами. Над головой женщины высится царский венец-уреус[137], корона, переплетенная из двух золотых змей.

Лица женщины мы еще не видим. Но, несмотря на неверный свет факела, вся фигура дышит жизнью и красотою, драгоценности блестят и переливаются!

Еще мгновение, золотистая ткань, скрывавшая до сих пор лицо, всколыхнулась, скользнула, метнулась в сторону, и перед нами – живое лицо красавицы!

Мне не забыть его!

Желтовато-розовый, точно насыщенный солнцем цвет щек; огромные черные глаза; коралловые губы и какое-то неземное, вдохновленное выражение…

«Да ведь это Вера, моя жена, в час заката солнца!..» – проносится сознание в моем мозгу.

С отчаянным криком: «Вера! Вера!» – я бросаюсь вперед и падаю.

Факел мгновенно гаснет; музыка обрывается слабым, жалобным аккордом… наступает тишина и полный мрак.

Глава VIII

Сколько прошло времени – не знаю. Наконец дядя Фра зажег свой карманный электрический фонарик. Его слабый свет беспомощно тонет в окружающей нас тьме.

Все-таки мы освещаем то место, где стояла мумия, – она исчезла. У наших ног лежит кучка истлевших костей, почерневших и разорванных в лохмотья тканей, и между ними кое-где блестят драгоценные украшения.

Золото и драгоценные камни рядом с костями и прахом представляют нечто жуткое!..

Тихо, не говоря ни слова, мы выходим из подземелья и садимся на ступени храма. Луна взошла, и вся степь залита серебристым светом. Направо белеют палатки нашего лагеря, а вдали сверкает и переливается песок степи.

Мы молчим.

Дядя Фра пыхтит и курит папиросу за папиросой. Наконец он произносит:

«Ну и галлюцинация! Сроду не испытывал, эко нервы-то разошлись!»

«Галлюцинация!» – срывается у меня недоверчивым звуком.

«А что же, по-вашему действительность? – быстро поворачивается он ко мне. – А всему виной эти проклятые духи! Так и бьют в голову! – продолжает он спокойнее. – Наверное, это те самые, что употреблялись при особо важных богослужениях. Недаром египетские цари и их приближенные, одурманенные запахом таких духов, верили всему, что говорили им хитрый жрец или жрица».

«А музыка, а женщина?» – не сдаюсь я.

[135] Систр – древнеегипетский ударный музыкальный инструмент в виде изогнутой металлической пластины, в которую вставлены металлические прутья разной величины, бряцающие при встряхивании. Использовался в религиозных процессиях и других церемониалах, связанных преимущественно с культом Хатхор.

[136] В Древнем Египте скарабей служил олицетворением созидательной силы солнца, возрождения в загробной жизни.

[137] Урей, или уреус (уст.) – у древних египтян символ непобедимости и могущества.