Дразнить этого красавчика было одним удовольствием. Его белая кожа была склонна к румянцу и покрывалась им за считанные секунды. Все чувства наружу, эмоции как на ладони.
Мой встречный вопрос заставил Э’эрлинга замяться и опустить взгляд. Пальцы скользнули по ремешкам на поясе, огладили ткань килта, сцепились в замок.
— Ты невозможная женщина. Невозможная!
— Зато уже не чудовище. И не эльфоедка. Прогресс.
Э’эрлинг разглядывал травинки, прилипшие к своим сапогам, а я — его широкие голые плечи, влажные от мороси, руки с соблазнительным рельефом, гладкую грудь с выпуклыми мышцами, напряженный живот с темной ямкой пупка. Мой взгляд скользнул ниже: по складкам темно-зеленой клетчатой юбки, льнущей к обнаженному члену (задрать бы ее!), и дальше — к коленям, что выглядывали из-под килта.
— Я хочу оседлать тебя, — шепнула я неожиданно для самой себя. — И заездить до смерти.
Э’эрлинг резко вскинул голову. Его губы разомкнулись. Между их сочной розовой мякотью мелькнула полоска белых зубов.
— Оседлай, — выдохнул он.
В следующую секунду мы уже вцепились друг в друга, словно два рычащих животных. Я до боли тянула Э’эрлинга за волосы, а он кусал меня за шею, будто хотел пометить, и запускал горячие ладони под мою тунику.
Сердце любовника неистово билось мне в грудь. Животом я чувствовала твердую выпуклость под килтом, спиной — прикосновения жадных рук. Они скользили по моей пояснице.
— Скажи мне! — потребовал Э’эрлинг, опаляя дыханием мое ухо. — Скажи!
— Что?
С недовольным рычанием он куснул меня за мочку.
— Только меня?
Его ладони переместились мне на живот. Сначала он не решался подняться выше и водил пальцами где-то в районе нижних ребер, но потом осмелел и со стоном смял мои груди. Когда Э’эрлинг впервые коснулся моих сосков, дрожь наслаждения прокатилась не только по моему телу, но и по его собственному.
— Только меня? — не унимался он. — О’овула нет?
— Нет.
— И А’алмара нет?
— Нет.
— И никого другого?
Вот ревнивец!
С хищной улыбкой я задрала его килт, поймала в ладонь воспрявшее мужское достоинство и, глядя Э’эрлингу в глаза, принялась мощно двигать кулаком. Мой любовник пошатнулся. Теперь он кусал не мою шею и не мочки моих ушей, а свои губы, чтобы не кричать от удовольствия. Его пальцы впились в мои плечи — похоже, кое-кому нужна была опора, чтобы удержаться на ногах.
— Триса. Коварная ты демоница! — Э’эрлинг содрогнулся и закатил глаза. — Что ты со мной творишь?
— Трахнуть тебя прямо тут? — шепнула я, качая кулаком и выдаивая из него стоны. — Или пожалеть твой моральный облик?
Ничего внятного мой любовник ответить не смог.
Глава 29. Триса
До моей палатки было далеко, поэтому я втолкнула Э’эрлинга в ближайшую и жестом приказала О’овулу проваливать на все четыре стороны.
От увиденного глаза последнего полезли на лоб, челюсть отвисла, но он оказался сообразительным малым и без лишних слов рванул к выходу. Секунда — и мы с любовником остались одни.
— Ты меня опозорила, — задыхаясь, шепнул Э’эрлинг и со стоном толкнулся в мой кулак. — Перед товарищем. Ты… в кого ты меня превращаешь? Я же теперь… Ужасно!
Тон у него был укоризненный, взгляд — поплывший, а член пульсировал и тек влагой на мои пальцы.