– Ах ты хверсово отродье! – поразилась я.
Еще немного отступила, припоминая формулы, усиливающие защиту. Скрипя зубами, создала воздушный купол с мелкими молниями по периметру. Твари прыгнули на него и отшатнулись, жутко скуля на разные голоса.
Я проверила резерв и радостно оскалилась: сил оставалось достаточно. Даже смогла атаковать гадин огненными шарами.
Все это время неподалеку виртуозно ругался декан Мигруш. Сначала он укрепил купол над третьекурсниками, а потом, встав за бельвистиарфами, громко, хоть и с одышкой, припомнил мою родню до седьмого колена, витиевато поблагодарив их за рождение прекрасной меня.
Я кивала и обстреливала не желающих испепеляться гадин. Те распадались на кусочки и ползли ко мне по частям, распространяя вокруг дикий смрад.
Студенты под защитным куполом вели себя очень по-разному. Одни уже пришли в себя и громко обсуждали, как бы поступили сами? Другие просто наблюдали, часть из них конспектировала происходящее, диктуя текст магическим перьям-самописцам. Нескольких слишком впечатлительных ребят уложили чуть в сторонке…
На моих губах сама собой проявилась ностальгическая улыбка. Подумать только, совсем недавно я вот так же падала в обморок! Да, впервые увидеть бельвистиарфов и почувствовать их непередаваемый аромат – то еще «удовольствие». Мне, например, кошмары неделю снились. А потом я едва не утонула в болоте, пытаясь убежать от стаи диких ба́ктеров[8], и кошмары прошли.
Уставала тогда дико, стало не до страхов. Были же времена…
– Веселишься, хвер-рса тебе в печень? – прорычал декан, неожиданно выпрыгнувший сбоку и ловко бросивший лассо тьмы на остаток частей нежити, после чего быстрым отточенным движением стянул их вместе в петлю.
Лицо декана побагровело, глаза налились красным. Я моментально сориентировалась и повторила трюк Мигруша, набросив собственную тьму поверх его. Потянула силу на себя и… раздался хлопок.
Нежить размазало по земле ровным слоем. Декан Мигруш покачнулся, но устоял. А я, чуть пробежавшись назад из-за отдачи, упала, зацепив ногой ядовитую лиану. И сразу ощутила жуткую боль в правой голени. Зашипев, отпрыгнула в сторону и некрасиво выругалась. Жаль, что пока не умела делать это так же витиевато и абстрактно, как декан.
Мигруш подошел и навис надо мной огромной глыбой.
– Так! – рявкнул он. – Кто тут у нас напрашивается на отчисление?
– Никого нет, – ответила я, быстро поднимаясь и делая огромные честные глаза. – Вам показалось.
– Может, и так, – задумчиво кивнул Мигруш. Он бросил недовольный взгляд на мою ногу и отвернулся, бубня на ходу: – Туман здесь такой, что не видно ни зги.
Я понятливо помчалась прочь.
Вслед мне донесся зычный голос декана:
– Кто там вздумал упасть в обморок?! Покажите мне этих неженок с тонкой душевной организацией…
Дальше я не слушала. Свернула к Дикому болоту, прошла по старой тропинке и уже там притормозила, чтобы быстро принять лекарства и обработать рану. Обожженная нога распухла и сильно болела. Пришлось потратить около четверти часа на себя и лишь потом продолжать путь.
Думать о том, чем обернется встреча с деканом в Разломе, не хотелось. Но чуяла я своим «радаром»: конфеты, принесенные Максом, следует как можно быстрее передать Мигрушу.
На поимку мелкой нечисти времени ушло немало. С травмированной ногой и практически пустым резервом я охотилась слишком долго. В итоге едва успела привести себя в порядок, как пришлось бежать на урок. Благо Эйдс спросил меня первой, забрал нечисть и отпустил, поставив зачет.
Нога к тому времени снова заболела так, что я даже не стала откладывать поход в лекарское крыло. Там мне сделали несколько уколов, запугали осложнениями в виде хромоты, галлюцинаций и головокружений, а потом велели лежать, приложив к ране специальный компресс. Я так и сделала. Даже успела ненадолго задремать, но услышала свой будильник, которого не могло быть в палате.
– Ряшик, – простонала тихо, – хватит.
– А как же еда? – спросил рюкзак голосом Николаса Блайка. – Грустно.
И я резко села в постели, распахнув глаза.
– Точно! – выпалила, стукнув себя по лбу и посмотрела на настенные часы. – У него же через час зачет, на который мне нужно прийти.
– Успеем поесть, – завращал глазами Ряшик.
Я устало уронила голову на подушку и согласилась:
– Ты прав.
Морить себя и нежить голодом определенно не стоило. А компресс мог подождать до вечера. Пришлось вставать и кое-как натягивать брюки на больную ногу, а потом красться через пост дежурной сестры. До выхода оставалось совсем немного, когда послышались голоса. Я мигом нырнула за соседнюю дверь и закрылась, пережидая.
[8] Мелкая хитрая нечисть с болот. Размером с ладонь. Похожа на синюю белку. Кусается, вызывая галлюцинации. Топит нерадивых путников, чтобы сделать запасы на зиму.