В смысле, судья почти сразу объявил, что команда Ника разделила количество баллов с командой Воттер, но Блайка, судя по перекосившемуся лицу, это уже не очень радовало. Я счастливо аплодировала со всеми. Искренне улыбаясь, махала своему ненаглядному. Пусть у некромантов и не принято вот так выражать свои чувства, я готова была стать первой романтичной девицей на своем факультете. Ради Ника и его недовольства. Месть принесла облегчение, да такое, что даже головная боль слегка отступила на второй план.
Судья как раз объявил вторую часть, в которой каждый из студентов должен был отразить нападение профессора. Я кивнула, посмотрела на Блайка и… ощутила, как улыбка сползает с лица. Рядом с Ником стояла ненавистная уже Катарина Воттер. По-хозяйски положив ладонь ему на плечо, она что-то говорила, показывая в мою сторону. Затем они вместе уставились на меня. Пристально, изучающе. И – клянусь – я ощутила неловкость. Мерзкое чувство, надо сказать…
Воттер отвернулась первой, сказала что-то Нику, покачала головой и ушла. А Блайк вынул из своей сумки связеон и набрал меня.
Я ответила. Просто активировала артефакт, не говоря ни слова. Хорошего не ждала. И услышала только одно слово, сказанное холодным надменным тоном:
– Уходи.
Он отключился, убрал артефакт в сумку и, отложив ее в сторону, двинулся к арене, куда уже вызывали первую десятку стихийников для второй части зачета.
Я следила за Блайком и боялась моргнуть или шевельнуться. Слезы жгучей обиды стояли в глазах, собираясь пролиться у всех на виду и испортить годами взращиваемую легенду о том, что некроманты не плачут.
В голове не укладывалось, что Ник предпочел эту гордячку Воттер, а меня снова отправил подальше. Так разозлился из-за маленького спектакля с кричалками? Или оскорбился моим видом? Что ж, пусть. Значит, и мне пришло время отпустить прежние чувства. Этот Блайк точно не был тем, кого я когда-то считала другом. И сделку с ним следовало разорвать. Сегодня же. Без возможности нового общения.
Когда Ник вышел на арену, чтобы отразить нападение профессора, я все так же сидела на своем месте. Не двигаясь, не издавая ни звука. Я дожидалась финального момента его зачета. Блайк как раз виртуозно создал сразу несколько щитов от разных вариантов стихийных нападений и расслабился. Тогда я вновь поднялась.
– Мой гигант! – закричала, глядя на Николаса, как раз отражающего высоченный поток воды. – Всю ночь не спал и все равно лучший! Люблю тебя, Блайк!
Ник дернулся, повернул голову. И не удержал щит.
Выходка сработала даже лучше, чем я предполагала. Бедолагу откинуло назад, поволокло спиной по грязи, окатило с головы до ног не только его, но и всех, кто стоял вблизи. Студенты, готовящиеся сдавать зачет после Блайка, принялись возмущаться. Зрителей с первых рядов ограждал защитный контур, но и они испуганно отпрянули во время большой волны, ударившей о прозрачную стену. Несколько человек упало, началась ругань.
Сам Ник на удивление быстро вскочил и посмотрел на меня, отплевываясь от грязи и воды. Я все еще стояла среди зрителей пятого ряда. Как только наши взгляды встретились, широко улыбнулась «своему парню» и соединила пальцы в романтичную фигурку. Дунув в нее, призвала магию, и к Нику полетело тринадцать черных сердечек, через которые я видела его перепачканное лицо с прищуренными глазами.
– Незачет! – громко объявил профессор, и Блайк снова дернулся. Словно от удара. Перевел внимание на судью.
А я быстро пошла на выход, наступая на чужие ноги и приговаривая:
– Пропустите, пожалуйста. Мне еще нужно встретить любимого в душевой. Он очень любит сюрпризы.
Потом я бежала! Куда только делась усталость? Выскочила за ворота арены, осмотрелась, переводя дыхание, и неожиданно осознала: из-за меня Блайк не сдал зачет. Важный. В конце выпускного года.
И это я его подставила.
Зло мотнув головой, постаралась отогнать от себя непрошеные мысли и глупую совесть. Блайк заслужил! Разве нет?
Я растерянно вздохнула и побрела налево, к старым неработающим фонтанам. Меня снова начинало жечь изнутри, и я не понимала, это от лекарств, от усталости или от стыда? Последнее чувство мне абсолютно не нравилось. Но оно разрасталось внутри, наплевав на мое к нему отношение.
Никогда не думала, что настолько на кого-то разозлюсь, чтобы совершить откровенную подлость. И вот, пожалуйста, ступила на скользкую дорожку.
Остановившись у одного из фонтанов, прикрыла глаза, пережидая приступ головокружения и легкой тошноты. Мир качался из стороны в сторону, как и моя самооценка. Я пыталась найти оправдание своему поступку, как делала это всегда. Но сегодня не могла. Гораздо интереснее было ненавидеть Блайка, зная, что он подлец, и чувствуя себя лучшим человеком в сравнении с ним. А теперь…
– Тайлер Лачи! – громыхнуло сзади, и я подпрыгнула на месте, одновременно бросившись бежать.
Такова реакция некромантов, вбитая на уровне инстинктов с первого курса: добей или беги. Добивать Блайка запрещали закон и мерзкая совесть. А бегать я умела прекрасно. Жаль, Николас и тут оказался лучше.
Он догнал меня слишком быстро. Я даже не успела решить, что делать: отбиваться, кричать, изображать ледяную глыбу или попробовать изобразить обморок? Единственное, что точно не собиралась применять, – извинения. Даже внутренне признавая вину, я не была готова на такое.
– Куда это ты собралась, Тайлер?! – Ник – все еще грязный и мокрый – навис надо мной грозно сверкая глазищами и притесняя к полуразрушенной стене старого ангара. – Не слышала, как я тебя звал?
– Слышала! – мужественно ответила я.
– Но, как всегда, проигнорировала, – кивнул Николас.
Я уткнулась затылком в шершавую стену и собралась решительно высказать Блайку, куда он может идти и кого догонять! Но, подняв взгляд, растерянно замерла. Потому что в опасной близости от меня зависло его чумазое злое лицо.
– Не дергайся, Лачи, – предупредил Ник, и его горячее дыхание опалило мне кожу, – отсюда бежать некуда.