Ночи становятся короче: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Если эти солдаты еще придут ко мне, я угощу их коньяком. Нравятся мне эти русские ребята. С этими русскими в свое время не мог справиться Наполеон. Они немного наивны, несколько неотесанны, но это дело поправимое. Сейчас настало их время, а швабам пора катиться ко всем чертям.

— Но что будет с нами?.. — сокрушалась жена Хайагоша. — С мастерской, с делом…

— А если бы нас разбомбили американцы? — вопросом на вопрос ответил Хайагош. — Или если бы меня замучили в гестапо, как беднягу Абеля?..

Затуманенным взглядом он уставился в одну точку. Потом встал и пошел прятать бутылку с коньяком.

— А-а, как-нибудь проживем. Работать я еще могу.

Утром в дверь снова застучали. Хайагош встал с постели и пошел открывать.

— Иду, иду, черт бы вас побрал! — бормотал он, шлепая к двери.

За дверью тоже ругались и так колотили ногами, что посыпалась штукатурка. Хайагош открыл задвижку. Дверь резко толкнули. Хайагош зажмурился: в лицо ему посветили: карманным фонарем. В тот же момент кто-то с силой ударил его по лицу.

— Вот ты где, грязная тварь!.. Спрятался, думал, не найдем тебя! Надеялся, что все уже прошло?! Место твое на виселице, контра проклятый!

И снова последовал удар:

— Буржуй паршивый!

Вошедшие навели на женщин автоматы и скомандовали:

— Никому не шевелиться! При сопротивлении будем стрелять!

Хайагош ничего не мог понять: все эти ругательства выкрикивали на чистом венгерском языке.

— Одевайся! Быстро!..

Хайагош натянул на себя пальто.

Когда вышел из мастерской, увидел грузовик. Прикладами его подталкивали в кузов.

Машина тронулась. Хайагош с болью в сердце посмотрел на дом. Проехали памятник Кошуту. Повсюду следы войны: разрушенные дома, сожженные машины, танки, порванные провода. Только сейчас Хайагош увидел, как сильно пострадал город от войны. И, как это часто бывает в минуту большой опасности, стал вспоминать всю свою жизнь.

А жизнь у него до сих пор была интересной, с неожиданными поворотами… Хайагош вспомнил кондитерскую Бреннера со старой вывеской. Вспомнил, как вместе с молодой женой Идой работал в мастерской, работал упорно.

Вспомнил, как в первый раз потихоньку пробирался из комнаты Каролинки. Потом перед глазами встала Магда Ач. Она дружит с рабочими, ждет, когда у нас совершится революция.

Кто эти люди? Вооружены автоматами, но разговаривают по-венгерски… Куда они везут его? Они уже выехали из города. По шоссе едут куда-то на восток. Возможно, его сейчас расстреляют…

Хайагош решил спросить, куда же его везут. Спросил. Но ему ничего не ответили.

Машина мчалась по шоссе. Навстречу им то и дело попадались лошадиные упряжки с боеприпасами. По обе стороны от шоссе виднелись хутора, но никто не мог помочь ему. На перекрестках машину часто останавливали, проверяли документы. Рядом с шофером сидел молодой мужчина в меховой шапке, у которого были документы. Показывая их патрулю, он весело говорил по-русски:

— Фашист… Буржуй… Венгерский фашист!

В полдень приехали в Сольнок. Машина остановилась у здания полиции. Хайагоша толкнули в одиночную камеру. Сопровождавшие его ушли обедать, а Хайагош сегодня даже не успел позавтракать.

Через час с небольшим поехали дальше. Поздно ночью приехали в Дебрецен. Хайагош стал разглядывать виллу, из которой вышли какие-то люди.

— Ну чего ждешь, сволочь? Вылезай!..

Хайагош спрыгнул на землю и тут же упал: ноги за время долгой езды совсем онемели, затекли и не удержали его. Руки были связаны за спиной. Он так и распластался на мерзлой, припорошенной снегом земле. Кто-то схватил его за шиворот и поставил на ноги.

— Что с ним делать?

— Посадите вместе с остальными фашистами. Завтра разберемся.