Роза откупоривает одну из бутылок и наливает себе бокал, игнорируя укоризненные взгляды Польди.
Польди. Чем скорее придет моэль, тем скорее все успокоятся, дело будет сделано, и тогда можно праздновать. Господин Якоб, хватит пробовать – я стояла за ними в очереди, и здесь еле на всех хватит.
Польди уходит с пустым подносом.
Якоб. Они все равно не начнут, пока все не соберутся. Нелли, ты привела отца?
Нелли. Нет, он, наверное, придет прямо из… Он у доктора.
Арон. У Людвига все в порядке, Нелли?
Нелли (скупо). Да, да. Он не болен!
Якоб догадывается, со злорадством.
Якоб. Ах, ты имеешь в виду доктора Фрейда. Самый знаменитый доктор в мире, а его до сих пор не сделали профессором! Может быть, это потому, что его пациенты не больны?
Нелли. А ты сам не думал к нему обратиться, Якоб?
Якоб. Ох, это немного ниже пояса, милая кузина! Можем сходить к нему вместе…
Нелли (Курту.) А что тетя Ханна?
Якоб. …рассказать про свои фантазии.
Нелли. Она придет?
Курт. Нет.
Якоб. Я сам с собой разговариваю. Как дядя Людвиг.
Курт. У нее урок фортепьяно.
Нелли. С учеником?
Гермина. Нет.
Курт (одновременно). Да.
Гермина (нетерпеливо). Ну папочка! (Объявляет.) Ей нужно заниматься. (Торжествующе.) У нее концерт на Зальцбургском фестивале.
Нелли. Ого! Это же замечательно, Курт!
Курт. Если быть совсем точным, она аккомпанирует Вайскопфу, но для нее это выход на сцену. Она не хочет делать из этого событие.
Арон (в основном обращаясь к Курту). Зальцбургский фестиваль? Республика, которой никто не хотел, пытается возродить труп католической Австрии Габсбургов. Все будут в орденах. Она будет единственной еврейкой в зале.
Курт. Кроме Шуберта. Ты говоришь ерунду. В Зальцбурге полно евреев, особенно во время фестиваля, только они себя называют социал-демократами. Но все равно, вы же знаете Ханну – она не хочет привлекать к себе внимание.
Арон. Потому что она еврейка?
Якоб. Нет, потому что она замужем за известным марксистом. Празднование победы Христианско-социальной партии в Зальцбурге – не самое лучшее время, чтобы привлекать к себе внимание. Поэтому она не будет выступать под именем Ханны Зеннер.
Курт. Именно. И что в этом предосудительного?
Якоб. Я не говорю, что в этом есть что-то предосудительное. Красавчик Карл уже в могиле, но гений его живет: коалиция мелких торговцев, ремесленников и буржуа во главе с католическим священником в роли канцлера смыкает ряды против евреев и социалистов – и все они ценители музыки!
Роза (Курту). Ты хочешь сказать, что ты коммунист?