– Чего не знаю, того не знаю.
– А что, если… – Голос султана задрожал. – Что, если раджа с островов собирается объявить мне войну?
– Пока я здесь, никто, кроме честных купцов, не войдет в ваш порт. Надеюсь, я убедил вас в своей невиновности?
– Не совсем.
– И что же нам делать?
– На соседней веранде ждут люди, приплывшие на спасательных шлюпках.
Янес похолодел, но не выдал своих чувств.
– Прикажите привести их сюда, – сказал он. – Я не оставлю камня на камне от их обвинений.
Султан хлопнул в ладоши. Дверь, которую охраняли раджпуты, открылась, и на веранду вышли люди, во главе которых шагал не кто иной, как Джон Фостер. Тут были и мужчины, и женщины, причем последние – ничуть не менее сердитые, чем первые.
Янес встал и приготовился столкнуться с жестокой бурей, которая уже нависла над его головой.
– Вот ты где, безжалостный пират! – крикнул капитан злосчастного парохода, потрясая кулаками.
Толпа поддержала его:
– Это он без причины потопил наш корабль!
– Повесить его!
– Расплата! Расплата!
Янес молчал, внимательно разглядывая вошедших, а когда султану удалось наконец добиться тишины, произнес:
– Вы уверены, господа, что это был именно я?
– Конечно уверен! – заорал Фостер. – Я вас узнал!
– Некоторые люди похожи друг на друга.
– Вы тот самый пират, и точка!
– Хорошо, я могу доказать, что ваш корабль потопила не моя яхта, а чья-то другая.
Янес нашел взглядом прекрасную Люси ван Хартер, которая пока не проронила ни слова.
– Госпожа, – сказал португалец, подходя к ней ближе, – вы подтверждаете, что четыре недели назад мы с вами танцевали на балу у губернатора Макао?
– Подтверждаю, – ответила голландка, не обращая внимания на свирепые взгляды соседей.
– В каком наряде я был?
– В мундире английского посла.
– Ну это уже слишком! – возопил капитан, размахивая руками, точно ветряная мельница крыльями.
– Тихо! – прикрикнул на него султан. – Продолжайте, милорд.
– Тем вечером я подарил сударыне кольцо, которое и сейчас сверкает на ее пальце. Так ведь?
– Совершенно верно, – все так же невозмутимо ответствовала голландка.