Возвращение императора. Невероятные приключения в XXI веке. Петр I и президент: читать начало книги онлайн

– Я знаю! – сквозь зубы прошипела Натик. – Рядом председатель Дворянского собрания, – и, улыбнувшись, громко продолжила: – Там столько картин! И большие, и маленькие. Только мне не понравилось: они не были подобраны по цветовой гамме. – Она уже хотела сменить тему, но увидев, что председатель стоит и ее слушает, добавила: – Одна на портрете мне показалась ужасно вызывающей. Такой высокомерный взгляд, как мышь на крупу. «Мол, презираю я вас всех!» А еще аристократка.

– Интересно, что вы это подметили, – присоединился к разговору председатель, – вы, наверное, имеете в виду картину Крамского. Красивая девушка в экипаже, смотрящая на всех свысока?

– Ну, не знаю, насколько она красива…

– Дело в том, что изображенная там Матрена Саввишна не была аристократкой.

– Матрена Саввишна? – засмеялись девушки.

– Именно так. Она была горничной в богатом доме, и в нее влюбился, кажется, сын хозяев. Женился на ней, благодаря чему она значительно поднялась по сословной лестнице, как наш уважаемый, господин Головиков.

– Как интересно.

– Родственницы мужа ее не приняли. И однажды, когда Крамской находился у них дома, Матрена рассказала о своей встрече с одной из них и показала, как окинула эту даму презрительным взглядом. Уже после ее смерти Крамской и написал этот портрет. На нем она бросает вызов обществу, которое ее не принимает.

– А отчего она умерла?

– Не помню. Муж ревновал, считал, что она вольно ведет себя с мужчинами. С позиции сегодняшнего дня это, конечно, невинно. Но тогда он с ней развелся. Она хотела вернуться в деревню, но не успела и умерла.

– Бедная, – заахала Джил.

– Как все обманчиво в нашем мире, – заметила Натик и выразительно посмотрела в сторону Стеллы, – одни невинны, а их винят, а другие по уши в грязи, а все думают, что они чисты.

– Вы совершенно правы, – председатель проследил за ее взглядом и озадаченно отошел в сторону.

– По-моему, ты ей подгадила, – засмеялась Джил.

– Надеюсь, – усмехнулась Натик. – А то он такой чистюля. В подглядках не участвует и предпочитает ничего не знать.

– Летать в облаках легче, чем перешагивать через грязь.

Сам титулованный обладатель неверной жены и жировых подушек на животе был озабочен, как бы подольше не расплачиваться со «Святогором» и другими компаниями, устраивавшими банкет. Закатив грандиозный прием, он ограничился частичной предоплатой, а вторую половину кругленькой суммы отдавать не спешил.

Головиков Самсон Степанович не любил расплачиваться. Когда надо было платить, закусывал губу, мычал, чуть ли не ногтями впивался в купюры и тянул, тянул в свою сторону. Но чаще всего до этого даже не доходило. Головиков умел скрываться. Несмотря на заметную фигуру, он был неуловим. Назначая день оплаты, по старинке собирал всех кредиторов в одном месте и благополучно исчезал. Он мог смело разгуливать по городу в этот день, не боясь встретить протянутые к его кошельку руки ни в банке, ни в «Газпроме», ни в других организациях. Он, правда, не забывал периодически названивать в офис и говорить: «Скоро буду», чтобы страждущие не расползлись по Москве, а кучковались в одном месте, дав ему свободу передвижения.

Самсон Степанович был необыкновенно удачлив. Другого бы давно так припугнули, что он отдал бы все, что должен, и сверху приплатил. А Головиков, неизвестно каким местом чувствуя опасность, несколько раз, сам того не зная, предотвратил покушение на собственную персону. В этом смысле и подглядки его тоже спасали.

Но, конечно, долго это продолжаться не могло. Иногда ему все сходило с рук, и кредиторы, уйдя ни с чем, несколькими месяцами позже дожимали его и получали требуемую сумму. Шкура у Самсона Степановича была крепкая. И он очень надеялся, что пронесет и на этот раз.

Надо сказать, что чем активнее он вилял и увертывался, тем больше мужская аудитория подглядок ему симпатизировала. Все когда-нибудь были в головиковской шкуре. Когда его прижали, они потирали руки от удовольствия, но без его ежедневных уверток стало скучно. Даже развивавшийся роман Стеллы с водителем не давал такого захватывающего зрелища.

Глава 16. Петр посещает места своего детства и юности

С целью экономии времени Петр вместе с окружением переехал в огромную квартиру в Кремле. Он шутил, что сперва был хозяином всей земли русской, потом уместился на полутора метрах на два с половиной, а теперь опять разжился землицей из гроба, в покои переехал! Не остался Петр жить в покоях Теремного дворца, где отец его, Алексей Михайлович, с молодой Натальей Кирилловной жили.

– Хочу, – сказал, – чтоб окна мои не на старину, в прошлое, смотрели, а на жизнь идущую. – Выбрал себе несколько комнат с видом на Манежную площадь, Александровский сад. – Отсюда и дойти до меня легшее будет, ежели кто захочет. Подбери, Егор, надежных парней, чтобы на Троицких воротах дежурили, когда Кремль закрыт. Пускай следят, чтоб допускали ко мне всех, кто захочет.

В Кремле было спокойнее, уставал великий правитель от любопытных зевак, которые не давали ему прохода на улицах Москвы.

Когда ожившему царю надоело выделяться в толпе он повелел Егору подобрать для него что-нибудь современное из одежды, и Иван Данилович разворчался:

– Что ты его как ковбоя одеваешь? Зачем ему джинсы, к тому же коротки все?

– Да не идут ему костюмы! – объяснял Егор. – У него тело длинное, плечи не богатырские. Вот в джинсах ему хорошо, да и нравятся они ему. «Материя, – говорит, – крепкая». Вот мы пока и остановились на них и полотняных рубахах с большим воротником. Ну а то, что короткие, это временно. Шьют на него. Он все равно джинсы в сапоги заправляет. Не привык еще по-нашему. Еще куртки и свитеры одобряет. «На народ, – говорит, – в джинсах и рубахах выходить буду, а для Кремля новый кафтан заказал».

Иван Данилович был при Петре секретарем-помощником. Вернее, в этой должности он получал зарплату. Но на самом деле полномочия его были намного шире и распространялись практически на все, чем занимался царь. Он следил за всем.

– Каждой бочке затычка! – бурчал Егор, когда Иван Данилович его допекал особенно сильно.