– Вот, так лучше, а давай-ка расстегнем верхнюю пуговицу на кителе. Вот так, и еще одну, и еще…
Водитель отступил шаг назад.
– Наверное, я уже буду назад переодеваться.
– Начинай, – Стелла и не думала отворачиваться. – Ну, что же ты?
– Что она делает? – воскликнула Джил. – Она так все время?
– Ты что? Она примерницей была. Никогда за ней ничего. Давай посмотрим.
– Иди сюда, – требовательно сказала Стелла. – У тебя рабочий день еще не окончен. У меня есть работа для тебя, – и она повела его в другую комнату.
– Черт! – воскликнула Натик.
– А в спальне нет показа? – нетерпеливо прошептала Джил.
– В том-то и дело, что нет.
– Ты думаешь, Стелка знает о подглядках?
– Нет, конечно. Это привилегия титулованных. Я догадывалась о чем-то подобном в мое время – потому что меня, так же, как я тебя сейчас, предупредила бывшая подруга. Они не с нашего круга больше. Его в машине подорвали, а она с горя за иностранца замуж выскочила и уехала в Канаду. И ты, моя дорогая, об этом всём – ни слова. Так что, «кип квает».
– Ну что ты, я ни слова! Спасибо, Натик. Интересно, а почему не просматривают перед апробейшн. Казалось бы, вот когда проверять благонадежность и остальные качества.
Натик засмеялась:
– Дурочка, на испытательном сроке ничего интересного нельзя ожидать. И потом, никто ведь не заботится об их моральном облике. Всем на это начихать! Наоборот, чем больше развлекают, тем лучше. Но вот если начинают высказывать недовольство порядками, критиковать лидеров Дворянского дома, то… Ты ведь сама знаешь, как просто у нас решаются такие вопросы.
– А Головиков, значит, укатил и недосягаем для показа? Интересно, что у него за дела, на которые он не захотел брать водителя?
– Баба, наверное, – пожала плечами Натик. – Наши-то с тобой в бане не сами по себе развлекаются?
– И тебя это не волнует? – пытливо, заглядывая в глаза подруге, спросила Джил.
– Дорогая, есть вещи, о которых стоит думать, а есть – о которых нет! Если ты захочешь завести себе любовника, я буду лучшее алиби для тебя. Но если ты решила истерить о том, что сейчас поделывает твой муж, то уволь. Я в эти игры не играю! Принимай ситуацию такой, какая она есть. Поняла?
– Значит, Стелка с шофером втихую крутит!
– Это еще не доказано. Она осторожничает. Но Головиков сглупил – нанимать такого плейбоя на работу, когда у самого живот со всех сторон.
Самого Головикова этот вопрос не волновал. Он с нетерпением ожидал, когда пройдет год после присвоения титула. С этого момента уже можно считать себя полноправно вступившим в аристократическое общество.
Когда долгожданный день наступил, Самсон Степанович закатил дорогостоящий прием, арендовав роскошную базу отдыха. Торжества прошли великолепно! Гости разглядывали примелькавшуюся им за время подглядок Стеллу и косились в сторону водителя Головикова. Последний, очевидно, не знал о шашнях жены.
– Поздравляю, Стелла, с окончательным вступлением в наше общество! Вы, наверное, боялись, что не удержитесь! – подошла Натик к новоиспеченной титулованной.
– Спасибо, – сдержанно ответила Стелла. – Ну что вы, нам удержаться не стоило никакого труда. Времена изменились. Это раньше титулы давали кому попало, а теперь уже по заслугам.
– Ты слышала, что она мне сказала? – кипела Натик, делясь с Джил. – Кому попало! Изображает из себя французскую форель, а сама селедка пряного посола.
– Не говори! При стольких достоинствах нечего с шофером заигрывать!
– На нас смотрят, Джил, улыбайся, – проговорила Натик, растягивая губы в улыбке.
– Так что ты сказала в том музее было?
– В каком музее? Я там сто лет не была…