Первая формула: читать начало книги онлайн

Стоило вспомнить их имена, и сердце сжалось. Внешне я даже не поморщился, но боль занозой засела внутри.

– Ну, птичка, что думаешь о нашем новом друге? – махнул Митху в мою сторону.

Развалившийся на подушках мальчик лениво глянул на меня сквозь щелки прищуренных глаз. Похоже, не прочь был снова завалиться в кровать. Через пару секунд он улегся на спину и пробормотал:

– Не знаю…

Митху потрепал его по спине и подозвал меня:

– Пойдем-ка. Пора знакомиться с новой семьей.

Не дожидаясь ответа, он направился к одной из боковых арок справа.

Я припустил за ним, бросив взгляд через плечо на оставшихся в комнате ребят. Оба посмотрели мне вслед. В глазах Джагги явственно читалось, что мне здесь не очень-то рады и упускать меня из виду он не намерен. Второй мальчишка продолжал щуриться, словно разомлевший на солнышке кот, которому больше ни до чего нет дела. Взгляд безразличный – и все же оценивающий.

Я прикинул, кого из них следует опасаться больше. Джагги чувств не скрывал, а вот другой мальчик знал толк в притворстве. Его мысли просто так не прочитаешь. Пожалуй, с ним будет сложнее.

Скользнув рукой по моей спине, Митху сжал мне плечо, и я отвлекся от раздумий, поспешая за ним сквозь занавешенную пледом арку.

Мы подошли к лестнице, где красный цвет стен сменился серым. Похоже, грубый тусклый камень никто и никогда не пытался отшлифовать. Двигавшийся впереди Митху приостановился и взглянул на меня через плечо:

– А ты умеешь ходить беззвучно…

Я кивнул.

– Знаешь, что я имею в виду? – указал он на камень под ногами. – Вот посмотри.

Я перевел взгляд на лестницу, не понимая, что хочет сказать Митху, и он решил объяснить:

– Видишь, на мне туфли, а на тебе нет. Порой, когда я нахожу очередную птичку, ее шаги говорят о многом. Некоторые попали на улицу из благополучных домов, где их кормили медом и молоком, миндалем и рисовым пудингом, где их руки и ноги натирали кремами. Кожица у них нежная, мягкая, и ходят они тихо, однако это не их заслуга. А вот твоя бесшумная походка выглядит привычной, и она мне тоже кое о чем рассказала. Так ходят в местах, где нет ни звуков, ни посторонних лиц, где ничего нет. – Я молчал. – Ты привык передвигаться босиком, и не только дома, но и на улице. Джагги ошибается. Из тебя получится отличный маленький воробушек.

До меня по-прежнему не доходило. Дом Митху я изучал внимательно и все же не мог сказать ничего определенного. Ну, живут у него два мальчика, и что дальше? Вряд ли сыновья, судя по их внешнему виду. Впрочем, приставать с расспросами я пока не решался.

Тем временем мы добрались до второго этажа и бок о бок пошли по узкому коридору, едва не касаясь красных, как внизу, стен плечами.

Здесь было множество дверей – я насчитал почти пару десятков с одной стороны и с другой еще столько же. Видимо, Митху почувствовал мой невысказанный вопрос и на ходу постучал в одну из комнат. Не останавливаясь, прошел дальше, барабаня костяшками пальцев в некоторые двери – словно совершал ежедневный ритуал. Завершив обход, он, не глядя на меня, застыл в начале прохода.

Через несколько секунд защелкали внутренние запоры. Комнаты открылись одновременно, и из каждой в коридор вышло по ребенку. Некоторые еще потирали кулачками заспанные глаза. На первый взгляд дети, все как один, напоминали Джагги – будто каждого из них специально подстригли и одели под копирку. Разве что лица немного отличались: разные носы, уши и, конечно, глаза. Только на такие подробности люди обращают внимание в последнюю очередь.

Дети – самые незаметные существа в мире, которых часто не видят и не слышат.

– Малыши приступят к работе после полудня, так что мы разбудили их чуть раньше, чем они привыкли, мой новый воробушек.

Хм… Я-то точно никого не будил. Кстати, почему он уже считает меня одной из своих маленьких птичек?

– В чем заключается работа, Митху… сам?

После недолгих раздумий я таки добавил к имени знак почтительного обращения. Вроде бы Митху ни на чем таком не настаивал, однако уважительную форму, скорее всего, оценит.

Если он и обратил внимание на мое секундное колебание, то ничем этого не показал.

– В каждом гнезде свои секреты, малыш. Если хочешь узнать наши, нужно немного подождать – и тебе все станет ясно.

Похоже, дети окончательно проснулись и теперь незаметно меня рассматривали, хотя ни одного прямого взгляда я не уловил.

Подобное умение приходит с практикой. Я, например, научился шпионить, подсматривая за работой Халима с труппой лицедеев. Не верится, что каждый из пары десятков детей освоил навыки незаметного наблюдения самостоятельно.

Значит, Митху обучал их азам сценического искусства? Но зачем?